— Я вам повторяю: музей закрыт, экспонаты на реставрации.
— Ты меня не пугай этими словами. Я человек простой…
— Товарищ, экспозиция…
Мужчина прерывает сотрудницу:
— Знаем мы ваши экспозиции. Видали их. Работать надо. Я вам покажу. Дайте жалобную книгу. Я найду на вас управу. Я человек простой…
В конце концов его пускают. Директор разрешил. Другого бы не пустили, который «посложнее».
А «человек простой» — он все, что хочешь, пробьет: ему отказать нельзя. У него резко наступательный стиль. Он на «ты» хоть с женщиной, которую увидел впервые, хоть с академиком преклонных лет. Он безапелляционно выражает свои мнения по любому вопросу. И не пробуйте с ним спорить. В противном случае он начнет «резать правду-матку в глаза», что привык делать с детства.
Под видом «правды-матки» он элементарно грубит. Кому-то это не сошло бы с рук, а этому сходит: он ведь «простой».
Но, конечно, не такой уж он низкоорганизованный, одноклеточный. Он все это отлично знает сам и считает себя всех умней на свете. Маска «простого» ему нужна для того, чтобы прикрыть свою невоспитанность и невежество. Я не говорю: «Необразованность». Нет. Такие «простые» и с дипломами в кармане ходят. А понадобится им путевка на юг — идут в завком и начинают атаковать:
— Нет у вас внимания к простому человеку.
Осада будет снята только тогда, когда у действительно хорошего, простого работника путевку отберут, а этому «простому» отдадут ее.
Человеку честному, принципиальному, сознающему свой высокий долг перед обществом, маска никогда не нужна. У него лицо открытое. Но ему нужно уметь разбираться в комедии масок. Уметь, чтобы вовремя сказать: «Маска, я вас знаю!»
Когда я прочитал этот фельетон друзьям, началось обсуждение масок. Автора упрекали в том, что он не исчерпал темы до конца.
— Но это же не диссертация, — возражал он.
В общем, фельетон был дополнен.
Вспомнили о маске, которую можно назвать условно: «Как человек, я вас понимаю».
Вы обращаетесь с просьбой в учреждение, встречаете там какого-то сотрудника, излагаете ему просьбу, и он вам отказывает.
При этом он заявляет:
— Как человек, я вас понимаю. А как административное лицо…
Значит, как человек — он одно, а как сотрудник — другое. Опять раздвоение.
И до чего только доходят любители маскарада! На какие хитрости не пускаются!
Один хозяйственный работник придумал себе маску бюрократа. Да. И оказывается, это очень удобно. Для того чтобы жить спокойно, тянуть волынку, ничего не решать.
Встречаете вы его и говорите:
— Иван Иванович, что ж это такое? Наш вопрос лежит у вас три месяца, а вы ходу не даете!
Он, улыбаясь, отвечает:
— Правильно, бейте меня, старого бюрократа. Я и сам признаю — бюрократ я.
После того как человек себя назвал бюрократом, вы уже безоружны… Что с него взять?
Вот они какие — маски!
Происшествий не случилось…
Мое задание редакция определила так: «Напишите об общежитиях».