Меня охватила тошнота. Кто с кем-то так разговаривал? Особенно с кем-то, с кем они только что были близки.
Мими выпрямилась, но ее нижняя губа дрожала.
— Ты вернешься. Ты всегда возвращаешься.
Он усмехнулся.
— Продолжай говорить себе это.
Она развернулась, светлые волосы развевались, когда она шла по коридору.
Трейс вздохнул.
— Выходи, Маленькая Птичка. Никогда не ожидал, что ты такая вуайеристка.
— 28~
Я с трудом сглотнула, заставляя себя выйти из своего маленького укрытия вдоль стены. Я бы не позволила Трейсу заставить меня чувствовать смущение или стыд.
— Больше похоже на то, что на меня напали с чем-то, чего мне никогда не нужно было видеть.
Фиалковые глаза Трейса сияли и искрились, но за всем этим что-то скрывалось. Мертвенность. Все в этом было неправильно, и у меня возникло внезапное желание обнять его и никогда не отпускать.
Какого черта? Я только что видела, как он занимался кое-чем с одной из худших девчонок в школе. И все же что-то в этом было не совсем правильно. То, чему я только что стала свидетелем, не было взаимовыгодным отношением между двумя людьми. Это была не страсть. Это была клиника.
Я нахмурила брови, изучая Трейса.
Он оттолкнулся от стены.
— В чем дело, Птичка? Никогда не видела маленького перепихона в коридоре?
Я покраснела. Я ничего не мог сделать, чтобы остановить это.
Трейс рассмеялся.
— Боже, видела бы ты себя. Я почти подумал, что ты девственница.
Выражение моего лица помрачнело. Я хотела скрыть смущение, но, стерев с лица все признаки эмоций, выдала себя.
У Трейса отвисла челюсть.
— Ты, блин, издеваешься надо мной.
Я вздернула подбородок.
— Кем я являюсь или не являюсь — не твое дело.
Трейс сжал челюсти и втянул воздух.
— Поступи умно и держись от меня на расстоянии, Маленькая Птичка. Так будет лучше для нас обоих.
А потом он просто исчез.
Я заморгала, вглядываясь в тени в коридоре. У меня возникло внезапное, странное желание заплакать. И даже не потому, что Трейс снова дал понять о своей неприязни ко мне. Это было нечто большее. Это было глубокое осознание того, что Трейс ненавидел себя. От этого понимания у меня скрутило живот.
Заставляя ноги двигаться, я побрела вглубь здания. Один коридор вел в другой и еще в один, пока, наконец, я не нашла искомое место. Теплый свет библиотечных ламп приветствовал меня внутри.
Войдя на цыпочках внутрь, я огляделась. Я не видела никаких признаков студентов или даже преподавателей. И когда я увидела открытый внутренний дворик, то ухмыльнулась. Температура сегодня была не слишком холодной, поэтому я выскользнула на улицу и села за длинный стол.