Я повернулась, чтобы посмотреть на него. Он сменил форму и теперь был в белой футболке и серых джоггерах для бега трусцой. Хлопчатобумажная рубашка никак не скрывала мускулистую грудь под ней. Это было прекрасное сочетание с по-мальчишески красивыми чертами лица.
— Я хочу домой, — честно сказала я.
Дэш нахмурился.
— Не похоже, чтобы твой дом был таким уж потрясающим местом.
— Только не в Луизиану к Мэриенн. Я хочу в Мичиган к своему отцу. — Слезы обожгли мне глаза. — Я хочу время и место, которых больше не существует, но я так тоскую по дому, что чувствую, как мое сердце рвется на куски.
На лице Дэша промелькнула боль.
— Это худший вид тоски по дому, который только существует.
Что-то в выражении его лица подсказало мне, что он понял гораздо лучше, чем я могла предположить.
— Я скучаю по дому каждый день, но когда все тяжело… боль становится живой, дышащей штукой.
Я впилась пальцами в икры.
— Почему ты не можешь пойти домой?
Дэш одарил меня грустной улыбкой.
— Это время и место, которых больше не существует.
— Что случилось?
Он сглотнул, его адамово яблоко дернулось.
— Ты не обязан мне говорить, — поспешила сказать я. Последнее, что я хотела сделать, — это причинить кому-то еще боль.
Дэш покачал головой.
— Все в порядке. Я просто нечасто говорю об этом. Моя семья была убита пару лет назад. После этого отец Колта взял меня к себе. Я мог бы сохранить дом своей семьи, но это место больше не было домом, поэтому я отказался от него.
Боль пронзила мою грудь. Он потерял всех в одно мгновение.
— Мне так жаль. — Я протянула руку, переплетая свои пальцы с его.
В тот момент, когда наши руки соединились, я потерялась в море видений. Младшая версия Дэша, слезы текли по его лицу, когда Колт крепко обнимал его. Затем появилась его гораздо более старая версия с седыми волосами и морщинистым лицом. Он обнимал женщину.
— Сегодня я люблю тебя еще больше, Лейтон.
Я вырвалась из нахлынувших на меня образов. Взгляд Дэша был прикован к нашим соединенным рукам, как будто прямо там лежали все богатства мира. У меня на кончике языка вертелся вопрос: видел ли он как-то это.
Дэш покачал головой, заставляя себя посмотреть мне в лицо.
— Соболезную о твоем отце. Колт много рассказывал мне о нем. По рассказам, он потрясающий.
Я прерывисто вздохнула.
— Да. Мой лучший друг. Я просто хочу… Я не знаю… снова найди какую-нибудь твердую почву под ногами. Я подумала, что, может быть, смогу получить ее здесь, но…
— Теперь ты не так уверена.
Я кивнула.
— Я не хочу никому навязывать свое присутствие.