Дементэ опустила глаз на лужицы под ногами. Не отстанут. Значит, надо проучить молодь.
Дементэ сама была не намного старше этих дур, но пережитые тяготы выжали юность из её души, словно масло из оливок, оставив только жмых. Она уже не понимала сколько ей лет.
Но раз учить, значит учить.
Девушка дотронулась пальцами до одежды, где висел на шнуре ключ Мирассы. Он скроет поступки, не даст ни инквизиции, ни магессам, ни духам-хранителям городских районов почуять силу. Но начинать нужно не с силы.
Дементэ сделала шаг назад, а потом хлёстким движением ударила ближайшую цеховицу по лицу своей лампой на верёвке, словно кистенём.
— Сука! — закричала та, согнувшись и схватившись за скулу, из которой обильно пошла кровь. А потом цеховица отлетела к стене, так как получила удар коленом по лицу. Это значит пока можно отнять из общего счета одну неприятельницу. Осталось две. А вот теперь можно и силу применить.
Огонёк на лампе завизжал, как бешеная крыса. Сорвался с фитиля и вцепился в одежду следующей жертвы, приняв облик большого тарантула. Всего лишь школа паука, и пауку просто сказали прыгнуть. Но паук и огонь в одном лице способны напугать многих.
— Снимите это! Снимите!
Паука визжал и шевелил длинными светящимися, как раскалённые в кузнечном горне проволочки, лапками, а цеховица стола и орала, занеся руку, но боясь притронутся к созданию.
Дементэ снова замахнулась лампой на верёвке, а затем обмотала палицу третьей, словно кинутым боло. Неприятельница попыталась достать до обидчицы ногой, но получила ботинком в голень и захромала, хотя и не выпустила оружие.
— Тварь магистратская, — процедила она, наверное, приняв дементэ за подмастерье гильдии чародеек. Пускай, это лишь на руку.
Дементэ потянула верёвку на себя, а когда цеховица упёрлась, опустила хватку и сама подалась вперёд, ударив со всей силы ногой под дых. Ремесленницы не солдатки, драться любят, но не умеют, и потому жертва упала на четвереньки, пытаясь сделать хотя бы один вдох.
По мокрой грязной брусчатке покатился уроненный фонарь, тут же погаснув, и переулок теперь освещался только огненным пауком. Палица с кожаными ремешками на рукояти сменила владелицу, тут же взмыла в воздух, опустившись на голову цеховицы, орущей и пытающейся стряхнуть с себя безобидного духа.
Короткий бой кончен. Девица рухнула на землю, и дементэ оглядела поле боя, а затем поднесла лампу к пауку, ползущему по одежде жертвы. Безобидный дух прыгнул на фитилёк, снова превратившись в тусклый язычок.
Дементэ поглядела сперва на свой трофей-дубинку, а потом с кротким «Спасибо» пнула по лицу пытающуюся дышать цеховицу и быстрым шагом отправилась прочь — к схрону.
Сектантка шла, не заметив, как за её спиной возникли три фигуры. Они не стали следовать за дементэ, а остановились у поверженных цеховиц.
— Добить? — с надеждой спросил Бестафур. Хриплый бас казался чуждым миру, где правят женщины, но его владелец и сам осколок прежнего.
— Не надо, — покачал головой одетый в алый плащ с глубоким капюшоном слащавый юнец. Юнец, которому несколько тысяч лет. — Эта глупышка думает, что я не выслежу её. Но ключ Мирассы она получила из моих рук, и я добавил к плетению чар свои петельки, которые чую издалека.
— Не пойму, — поддев ногой стонущую в темноте цеховицу, спросил демон. — Что за игру ты затеял.
Темень не помеха духу, и он видел всё, что творится в переулке.
— Тебе платят за дела, а не вопросы, — ответил Инфант Кровавого Озера
Бестафур криво улыбнулся, но в разговор вмешалась Сагрента:
— Мы не глупые мыши, готовые лезть в мышеловку за наживкой на смерть. И мы не верим светлым, которые готовы на любую гадость в угоду своим мерзким интересам, а потом оправдывают всё это благими намереньями.
Инфант замолчал ненадолго, а потом ответил:
— Я всего лишь хочу убедиться, что всё идёт по плану.
— По какому плану? — хрипло прорычал Бестафур.
— Сейчас эта глупышка отправится к ближайшему месту силы. А ближайшее — это Афлигида. Скорбящая мать.
— Безумная старуха, — усмехнулся демон. — Она никого не будет слушать, а эта глупая сектантка сгинет в её владениях.
— Неважно, кто кого будет слушать, — улыбнулся Инфант. — Главное — запечатать все это мести, а потом придумать сказку, что я предотвратил бегство безумных тварей руками халумари. А чтобы сказка казалось ярче, надо взрастить силы зла и силы добра. От места к месту они станут сильнее, и их конечная битва будет заметна даже старшим богам. Кстати, нужно кое-что незаметно сделать.
Когда Инфант отвернулся, чтоб нагнать больше самозначимости перед наёмниками от мира тьмы, Сагрента поглядела на Бестафура, кивком указала на нанимателя и незаметно провела чуть ниже живота руку, сложенную в особом жесте: большой и указательный палец сложены в кольцо, а остальные плотно сведены и выпрямлены.