- Ратти? – зачем-то спросил я у темноты… и она не преминула мне ответить.
- Он самый. Крайне неприятный человечишка, если верить чужим словам – голос доносился откуда-то сверху, поэтому я вскинул голову… и едва не ослеп, когда под потолком загорелась целая череда больших осветительных ламп. Мне пришлось потратить целый десяток секунд, чтобы проморгаться и вернуть себе зрение, после чего я наконец-то смог осмотреться.
Нижняя часть огромного помещения и правда оказалась практически пустой и лишь не замеченная мною большая клетка в самом дальнем углу с мечущимся по не измененным зверем, похожим на очень большую рысь, не позволяла назвать эту пустоту абсолютной. На высоте примерно пяти метров над полом расположилось несколько больших металлических площадок с переброшенным между ними прямым мостом. Судя по всему, наверху раньше хранились ингредиенты для варки мыла. Их оттуда должны были засыпать в гигантский чан под тем самым мостом, после чего мужики начинали крутить продетое сквозь пол большое металлическое весло, перемешивая получившуюся смесь для мыла. А в конце, затушив греющую котел домну, кто-то начинал разливать быстро густеющую массу по формам.
Сейчас же от этого всего осталось лишь память. Домна, котел, мешки с ингредиентами и даже ту самую лопату – отсюда уже много десятков лет назад было вывезено абсолютно все и на верхних площадках осталась лишь пыль… да группа недружелюбно настроенных людей, целящих в меня из длинных многозарядных винтовок. Оружия с такими вытянутыми формами я в городе не видел, поэтому вполне логично предположил что все здесь присутствующие это наши гости из Сувуркара.
- Какая организация приема! Какая драматичная постановка начального вступления! И все ради одного меня? Ох. Прошу представьтесь господин. Хочу знать кому обязан такой шикарной встречей – разлился я рекой бессмысленно красивых слов, при этом обращаясь к единственному имперцу не имеющему при себе какого-либо стрелкового оружия. Не так уж и трудно было догадаться, что он маг и заодно командир этой группы из восьми человек.
- Наглый и бесстрашный – мне тебя таким и описывали. А еще они утверждали, что тебя невозможно убить пулей – взмах руки, за которым следует слаженный залп. Точнее должен был последовать, а на деле лишь три пули прошили воздух рядом с моей головой, еще три оружия дали осечку, а у последнего и вовсе, с громким хлопком пороховых газов, разорвало ствол, подарив стрелку легкий ожог лица и рук.
- Хмм. И тут мне не соврали. Опытный и не глупый дознаватель, искусный мастер рун и очень опасный боец, не боящийся пуль и якшающийся с самой смертью – по-моему, у тебя слишком много талантов для одного человека – задумчиво проговорил невысокий широкоплечий мужчина с внушающей уважение мускулатурой, при этом потирая свой, такой же широкий, гладко выбритый подбородок. Голова его тоже была лишена волос и забавно сияла в свете висевшей над ней лампы – На тебя кое-кто из «Веселых» строил большие планы, но ты оказался крайне ненадежным и опасным человеком. А когда стало понятно, что ты еще и тот самый мститель в маске… В общем, мне разрешили проверить тебя на прочность и если получится, то и убить. Ну уж с последним я расстараюсь. Думаю девятой ступени сродства с огнем, даже с учетом твоей заемной удачи, мне хватит с лихвой.
- Долго говоришь. Давай уже, представься и сразу начнем – нетерпеливо предложил я, при этом осторожно перекладывая уже начавшую медленно растворяться таблетку от одной щеки к другой.
- Какой нетерпеливый – с усмешкой высказался имперец и видимо тоже решив не затягивать эту беседу, наконец-то последовал моему совету-просьбе – Ладно, раз ты так торопишься, то не буду тебя задерживать на пути к твоей стихии и представлюсь. Альгис Гимар, на бой с тобой вызвался я, Бартудий Искамис. Сильнейший маг дуэлянт шестой когорты первого легиона и командир двенадцатой контубернии. Буду рад померяться с тобою силой – здоровяк совершил короткий поклон уважения к сопернику и дождавшись пока я повторю этот жест, он наконец-то объяснил мне зачем тут клетка с тварью хаоса – Надеюсь, наш бой будет интересным… но сперва я хотел бы проверить тебя. Мне говорили что ты охотишься на измененное зверье словно на глупую дичь и можешь добыть по несколько голов за один день. Такие истории впечатляют томных барышень и грезящих подвигами детей, ну а мне нужны доказательства. Поэтому, перед нашей дуэлью, я хочу чтобы ты показал мне свою охотничью сноровку.
- Без проблем. Открывайте клетку – вновь коротко ответил я и наконец проглотив магический наркотик, двинулся в сторону мечущейся кошки.
- Поднимайте! – отдал приказ имперец и сразу двое стрелков, закинув свои длинные винтовки на лямке себе за спину, двинулись к уже мною подмеченному канату, тянущемуся от клетки к подвешенной под потолок катушке и уже оттуда к правой от меня металлической платформе. Глаза у твари, при ближайшем рассмотрении, оказались золотистыми, а поднимаемая мужиками вверх створка очень тяжелой… поэтому я решил не утруждать ни удерживающего контроль демона и тянущих канат имперцев. Дождался того мига когда пьянящая сила наполнит все мое тело и сразу пошел в атаку.
Изменив в плетении несколько витков площади на те что отвечают за силу воздействия, увеличил давление земного притяжения на медленно поднимающуюся вверх створку. Стрелки конечно не удержали эту возросшую в несколько раз массу и шагнули вперед, обрушивая металлическую створку клети, словно топор палача, на хребет сунувшейся в появившуюся щель твари. Не поняв что произошло, мужики продолжили тянуть канат, чем я и поспешил воспользоваться. Усилив тело заранее подготовленным плетением, стремительно взбежал по решетке клети и ухватившись правой за прочную плетеную бечеву, вспыхнувшим на левой ладони пламенем, за краткой мгновение ’’пережог’’ ее полуметром ниже, позволяя упертым имперцам втащить меня наверх.
Спрыгнув на платформу, я создал стену из льда, в которую вонзилось несколько пуль и тут же ударил волной праха, практически мгновенно убивая двух бойцов с канатом и на пределе дальности накрывая еще нескольких стрелков на широком металлическом мосту. Чтобы потом не отвлекаться от боя, я высунулся из-за ледяной стены и потратив пять пуль, подстрелил трех оставшихся имперцев с винтовками. Странное, недавно появившееся у меня чувство подтвердило что их ранения оказались смертельными, лишь после чего я вышел из-за своего хрупкого укрытия и предложил своему противнику.
- Ну что уважаемый Бартудий Искамис, может перейдем уже наконец-то к нашей дуэли? – видимо из-за исключительной вежливости и открытости оппонента, я тоже не хотел грубить и не без труда подавляя вскипающую во мне жажду боя, подбирал в своей речи максимально корректные слова.
- А ловко ты их – оценил мои ’’маневры’’ имперец и даже похлопал в ладоши, видимо ни в малой степени не жалея о гибели своего отряда – Кстати. А я знаю почему ты так торопишься. Этот неприятный человек по имени Ратти говорил что ты пользуешься «Могуществом», а у этого наркотика, на сколько мне известно, сильно ограничено время основного эффекта. Поэтому… - имперский маг сунул руку в карман и извлек оттуда знакомую таблетку – Вот! Давно хотел попробовать, но все ни как не решался, да и запрещено в нашей армии употребление магических наркотиков, под страхом понижения денежного довольствия и звания. Ну а раз меня занесло в ваши дали, то почему бы не испробовать это запрещенное чудо прямо здесь и сейчас. Так сказать, для уравнивания нашей силы – закончив свою мысль этот коренастый болтун закинул таблетку в рот и проглотил с дуру не жуя, при этом едва не подавившись ею.
- Нужно было разгрызть. Так эффект наступает чуть раньше – зачем-то проговорил я. Рассказывать ему о том что никакого усиления маг девятой степени сродства не получит, так как «Могущество» лишь увеличивает скорость наполнения плетений и множит количество доступной энергии (которой у него в резерве и без того должно быть много), ему конечно же не стал. Такая откровенность перед боем была не в моих интересах.
Отвечать имперец и не подумал. Лишь беспечно махнул рукой и прикрыл глаза, видимо прислушиваясь к своим ощущениям. Нам пришлось прождать целый десяток секунд, прежде чем нутро начало впитывать заключенную в таблетку магию. Непривычный к такому маг огня дернулся, будто бы от удара и немного согнулся под давление могучих потоков энергии мира. Еще какое-то время он потратил на привыкание и лишь после этого наконец-то распрямился и открыл полные веселого огня глаза.
- Это… Это просто невероятно! Я чувствую ее! Я чувствую эту силу! Она течет сквозь меня. Я прикасаюсь к ней…
- Главное не тони в этом потоке. Слабые духом привыкают к этой гадости мгновенно, а потом больше не могут без нее жить и вступают на путь бесконечного поиска новой таблетки. И вообще… лучше не думай об этой силе. Думай о нашем бое. Согласись, это же куда интереснее – мои слова отвлекли Бартудия от мыслей о собственном могуществе и заставили задуматься. Миг-другой и вот он несколько раз кивает головой, видимо соглашаясь с моими словами, после чего я буквально всем своим существом почувствовал как он формирует какое-то невероятно сложное плетение и начинает вливать в него огромное количество энергии. Посчитав эти движения силы за молчаливый призыв к бою, решил не дожидаться этой атаки и начать действовать.
Скидываю с себя плащ и сразу делаю из него стену, перекрывая этой ’’баррикадой’’ мостик между нами. А затем едва успеваю отбежать в сторону, когда в него ударил пламенный шар «Гнева светила». Созданная стена продержалась всего секунду, треснула и тут же разлетелась градом раскаленных осколков. Пробившая себе путь сфера немного уменьшилась в размерах и изменила траекторию, но полет свой продолжила. Стремительно преодолела несколько метров, прожгла металлический пол и вновь уменьшившись улетела куда-то на первый этаж.
Отмечая это лишь краем глаза, я пошел в ответную атаку. Не собираясь более играть в благородство, выхватил из кобуры револьвер и отправил в него последнюю пулю в барабане. Увы, но противник успел среагировать на мое движение руки к оружию и созданной за мгновение волной пламени слегка замедлил снаряд, давая себе возможность отскочить в сторону. А еще через секунду, видимо озаботившись своей безопасностью, создал «Расплавленный панцирь» - самую сильную защиту магии огня. Воздух вокруг имперца раскалился настолько сильно, что начал густеть и будто бы становиться жидким. С учетом невероятного количества силы которую он в нее влил, эта полупрозрачная сфера стала практически непробиваемой, взамен приковывая человека к одному месту и сильно ограничивая разнообразие его атак… чего я собственно и добивался.
Три отправленных в противника молота воды, достигли своей цели и за доли секунды превратились в густую паровую завесу, лишившую Бартудия Искамиса еще и обзора. Времени у меня оставалось мало, поэтому нужно было действовать наверняка и пока противник, не имея возможности выбраться из окружившего его облака, пытался бить своим любимым «Гневом светила» наугад, я, отщипнув понемногу от толстых стен, создал целую череду обманных каменных преград. После чего, спрятавшись за одной из них, принялся формировать в своем разуме сразу несколько сложных плетений.
Наконец догадавшись разогнать пар огненным вихрем, имперец наверняка не обрадовался тому что увидел. Несколько десятков каменных стен заполонили противоположную платформу, мешая меня заметить и заставляя дуэлянта на ходу менять тактику боя. Он явно решил ударить взрывным плетением по площади, но я, узнав при помощи «Волны познания» направление первого удара, не стал прерывать концентрацию в своем непростом деле. Не обращая внимания на грохот и трясущийся пол, уверенно довел оба плетения до своей конечной формы, а затем, не давая врагу совершить второй удар, наконец-то сделал свой выпад.
«Воля земли» навалилась на здание заброшенного завода небольшим столбом многократно усилившегося земного притяжения, обрушивая внутрь часть еще довольно добротной крыши, корежа и обламывая стальные балки потолочного перекрытия и заставляя мага огня опуститься на колени. Его полупрозрачный щит оказался настолько сильным, что не только отклонил и частично расплавил все рухнувшие обломки, но даже ослабил воздействие моего плетения. Но даже так, давление на пространство оставалось на столько концентрированным и мощным, что уже через несколько секунд Искамису пришлось вжаться в пол… который вскоре рассыпался под ним, будучи разъеденным магией смерти. Не ожидавший такой подлости от прочного металла, мужчина не успел ничего сделать и рухнул прямо на пол первого этажа, явно что-то себе сломав при приземлении. Ну а я, не давая ему даже возможности сдвинуться с места, метнул в лежащего противника свой, уже принявший форму копья, ремень. Мое усиленное тело придало ему такое ускорение, что заостренный стальной стержень пробил не только спину имперца, но и вошел на десяток-другой сантиметров в прочный каменный пол.
Захлебнувшийся кровью и криком, враг попытался нашарить единственной целой рукой копье и видимо расплавить его, но чудовищно сильная боль не позволила ему сосредоточиться на формировании плетения. А через несколько десятков секунд я уже спустился вниз по лестнице и слабым уколом «Тления» превратил его конечность в иссушенную, обтянутую кожей палку. На моих пальцах отрасли длинные костяные когти и я занес руку для последнего удара... но так и не совершил его. У меня почему-то не было ни малейшего желания убивать этого имперца.
Силач и любитель подраться, он явно не стремился в Каррос. Его, как опытного мага-дуэлянта, придали в усиление к диверсионной группе. Абсолютно бесполезное для него и очень скучное задание, в котором он практически не принимал участия, на протяжении последнего месяца оставаясь лишь бесполезным наблюдателем. Демонолог и рунные маги делали все сами, не подпуская огненного громилу к тонким диверсионным задачам и городским интригам. И вот, когда появилась возможность нырнуть с головой в горнило сражения с сильным по слухам противником, он ринулся в него не раздумывая, наплевав на предупреждения об опасности и о том что это не первостепенная их задача. Он просто хотел подраться.
Простой, прямой, честный – понимание сути этого человека пришло ко мне из неоткуда, просто свалившись на мою голову и введя в замешательство. Я осознал что даже среди врагов есть неплохие и вполне нормальные люди, не горящие захватническими идеями и наслаждающиеся своей простой и понятной жизнью. Понял что даже в огромной армии Империи таковых большинство. Пропустил эти мысли сквозь себя и осознал, что более не вижу в лежащем у моих ног войне врага. Противник, соперник, дуэлянт, азартный мужик – кто угодно, но только не враг.
Убрав когти, я опустил занесенную для удара руку. Потом легко выдернул и отбросил в сторону свое копье. Плетение исцеления сформировалось за несколько секунд… и практически сразу рассеялось, когда меня коснулось чувство близкой смерти. Бартудий Искамис умер и я почему-то был уверен в том, что его не вернет к жизни даже «Подношение плоти». Стихия смерти не пожелает отдавать свою добычу. Был в этом абсолютно уверен, но все равно попытался. Спешно начертил натекшей кровью сложный рисунок, влил в него силу самого мира… и глядя как рассыпается прахом тело имперца, почувствовал как вместе с могуществом из меня уходит и глупая надежда на какое-то чудо.
Смерть вновь надомной поиздевалась и чиркнув когтем по сердцу испила мою боль полной чашей. Рассмеялась в лицо, обдав манящим холодом забвения, а потом вновь сбежала, оставив глупого и наивного человечка ни с чем.
Я постоял несколько минут, бездумно наблюдая за тем, как залетевший сквозь дыру в потолке ветер играется усыпавшим пол серым прахом. И лишь когда мне удалось очистить разум от лишних мыслей и загнать эмоции в самый дальний и темный угол своего разума, я наконец-то встрепенулся, подобрал с пола жетон с рисунком сжатого кулака и какими-то цифрами, а затем устремился прочь. Прочь от заброшенного завода, от этого сражения… и от праха человека, так недолго бывшего моим врагом.