— «Чего»! Ничего! Митя сердится. В стенгазету никто не пишет, — сказал Трубачев.
— А я виноват? — вспыхнул Саша. — У нас редактор есть — Одинцов.
— «Редактор, редактор»! Что мне, за всех писать самому, что ли? — буркнул Одинцов.
— Ну ладно, — сказал Трубачев, — сегодня соберем редколлегию.
— Ребята! — закричал Одинцов. — После уроков — редколлегия. Сейчас же давайте заметки в стенгазету!
— А о чем писать? Что писать? — раздались голоса.
— Пишите о чем хотите!
— Мое дело сторона! Я стихи дала, — вскочила Синицына.
— Я тоже одну заметку написала, — сказала Зорина, оглянувшись на подруг.
— А я не умею ничего — я не писатель, — заявил Петя Русаков.
— Мазин! — крикнул Васек.
— Чего?
— Пиши заметку!
— Хватит с меня географии.
Ребята захохотали:
— Он теперь с Трубачевым рыбу возит!
— В Белом море купается!
— У него на Северной Двине крушение произошло!
— Эй, Мазин!
— Ребята, без шуток! — сказал Васек. — Кто еще заметку даст?
— А чего Трубачев командует? Пускай сам тоже напишет! — крикнул кто-то из девочек.
— И напишу! — покраснел Трубачев. — Сегодня же. Кто еще?
В классе стало тихо.
— Я дам рисунок, — сказал Малютин.
— Кто еще? — повторил Васек.
Над партами поднялось несколько рук. Одинцов сосчитал.
— Хватит, — облегченно сказал он и сел на свое место.
На большой перемене Васек вместе с ребятами вышел на школьный двор. Ребята сейчас же затеяли перестрелку снежками, но Васек потихоньку удалился в самый угол двора и, засунув руки в карманы пальто, стал ходить по дорожке вдоль забора. Его беспокоила заметка, которую он обещал сегодня же дать в стенгазету. Он завидовал Одинцову, который легко справлялся с такими вещами.
«Он, может, вообще будущий писатель, а я, наверно, архитектор какой-нибудь — о чем мне писать? — Васек сердился на всех и на себя. — Если б я еще дома сел и подумал, а так сразу — какая это заметка будет!»
Он слышал веселые голоса и хохот ребят, видел, как ожесточенно нападали они друг на друга, как шлепались о забор и разлетались белые комочки снега.