После ужина Федорка ушел прямо в спальню. А Майя убирала со стела посуду.
— Майя! — позвал ее Федорка. — Майя!..
Майя вошла в спальню. Среди комнаты стоял Федорка, придурковато улыбаясь. Он кинулся к Майе, обнял за талию, поднял и понес к кровати.
— Пусти, дурак! — властна сказала она.
Федорка, не ожидавший такого оборота, опешил.
Майя сняла ожерелье, бросила его на кровать.
— Повесь себе на шею! — и вышла, притворив дверь.
Федорка не рискнул пойти следом, зная, что у Майи уже большой сын. Всю ночь он метался, изнывая от похоти и злости. А утром бросил в сани узел и уехал, не дождавшись хозяев.
Хозяйка вернулась от Шалаева поздновато.
— Ну, как тут моя голуби? — с приторной улыбочкой спросила она. — Небось всю ночку проворковали? Или не приезжал? — обеспокоилась купчиха.
Майя настроилась под лад хозяйки:
— Был. Ночевал.
Купчиха облизнула губы:
— Ну и как, а? Не наскучил?
Майя притворно вздохнула, посмотрев в глаза хозяйки:
— Какой он мужчина! Пролежал рядом всю ночь…
Купчиха всплеснула руками:
— Ой, стыд какой, ой, позор!.. Бедняжечка!.. — Майя не поняла, кого она пожалела: Федорку или ее. — А ведь был мужчиной. Сама знаю. Ему цены не было!.. Вот напасть! Не иначе, сглазили!.. Есть такие бабы, ведьмы!..
Кончив сокрушаться, купчиха спросила:
— Так как же теперь? От ворот поворот?
— А что делать? — с притворным сожалением ответила Майя.
— Ничего, заведешь себе полюбовника, глупая! Нашла о чем печалиться!
— Я так не могу. Не по мне это…
— А где он, уехал? — спохватилась хозяйка.
— Уехал, — ответила Майя и отвернулась, скрывая улыбку. «Теперь, может, отстанешь», — подумала она.
V
Шел 1916 год. Спиридонка и Джемалдин срубили домишко в таежной глуши, в ложбине, за высокой горой. А Федор поселился в домике охотника, затерявшемся в лесу. Хозяин и не подозревал, что у него квартирует сам Одноглазый. Рана у Федора затянулась, только темный шрам над левым глазом напоминал о трагедии в котельной. Да еще бельмо, если приглядеться. А так и не очень заметно было его уродство.
К Спиридонке и Джемалдину вернулся Влас. Он привел с собой еще двух парней. Вся пятерка безропотно повиновалась Федору.
Спиридонка по-прежнему лелеял надежду повстречаться с господином Серебряковым и припомнить ему ту зимнюю ночь…
Сбежав в золотоносную тайгу, Спиридонка не сразу стал разбойником. Года три или четыре он работал на одном из приисков, принадлежавшем господину Серебрякову, доставлял в шахты крепежный лес. Играючи поднимал шестипудовые столбы и не жаловался на усталость. Любил бороться, и никто не побеждал его в кулачном бою.