Переплетение: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Но как бы там ни было, а настроение у Николая портилось каждое утро, когда он, просыпаясь, понимал, что на работу идти не просто не надо, а даже и некуда, и что он с недавних пор — безработный.

Слово-то какое… Сроду не думали, что у нас такое возможно будет, но вот, почувствовали, как говорится, на собственной шкуре. И это в то время, когда цены на всё стали расти буквально как на дрожжах. После того как в январе их отпустили, товары на прилавках появились, да вот только купить их было не на что.

Денег на жизнь не хватало. Сбережений у молодых не было, «свадебные» деньги почти все ушли на ремонт дома, выручало лишь то, что прошлым летом, ещё до свадьбы, посадили в огороде всё, что полагалось. Картошка, морковка, капуста, соленья всякие — всё своё было. С мясом выручали родители Николая, которые уже пару лет приспособились держать поросят, а Екатеринины родители в прошлом году завели молочную козу и кур.

Ей самой пришлось буквально через пару месяцев после родов возвращаться на работу. Своя картошка с капустой — это, конечно, хорошо, но деньги тоже нужны. Сильно выручала тёща, которая прибегала водиться с внучкой каждый раз, когда дочери нужно было на смену.

Николай искал новую работу. Съездил на завод ЖБИ, но вернулся ни с чем: брать брали, но вовремя платить тоже не обещали. Хотел устроиться на стройку, готов был хоть кирпичи таскать с раствором, но всё строительство в их городе к этому времени замерло. Встречался со знакомыми, однако никто ничего посоветовать не мог, все сами находились в подвешенном состоянии, не зная, что будет завтра.

Иногда он нет-нет да и прислушивался к тому, что толкуют в поселке о шахте, а вдруг опять там всё закрутится, и снова нужны будут шахтеры, но нет… Всё чаще звучало новое слово «приватизация», поговаривали, что их шахту тоже скоро будут приватизировать, передавать в частные руки. Кто-то этому радовался, говорили, дескать, поделят шахту поровну на всех работяг, сами будем хозяевами, сами будем прибыль делить промеж себя, каждому дадут его долю, а кто-то только посмеивался: «Ага, жди… Догонят и ещё дадут. Так дадут, что не унесешь». Поэтому будущее виделось весьма туманным.

Тесть, зашедший как-то в конце июня попроведать внучку и принесший банку козьего молока, сел на крыльцо и тихонько выругался.

— Пап, ты чего ругаешься-то? — попеняла ему дочь, стоявшая тут же и державшая на руках маленькую Анютку.

— Заругаешься тут… Сегодня в магазине был: масло сливочное — двести сорок рублей за кило, а у меня вся пенсия шестьсот! Как жить-то? А ты говоришь — чего ругаюсь… — Он свернул самокрутку с махоркой и закурил. — Во, на махру перешел, бляха-муха… Видала?

— Да уж совсем бы бросал. Здоровее будешь, — улыбнулась Екатерина.

— Так, придется… — проворчал тесть. — С ними жрать бросишь, не то что курить.

Николай без работы становился всё более молчаливым и хмурым. Вынужденное безделье (работа по дому и в огороде была не в счёт) тяготило и раздражало его.

— Ничего, Коль, проживём, — успокаивала мужа Екатерина. — Огород есть, родители помогают, не помрем же с голода. Чего ты, в самом деле…

Она после рождения дочки несильно, но располнела и даже как-то немного подурнела лицом. Может, не отошла ещё от родов как следует, а может, заботы о ребенке заставляли её не обращать внимания на себя как раньше. Однако в доме, несмотря на это, по-прежнему всегда был идеальный порядок.

Николай на слова жены только злился:

— Я — здоровый молодой мужик! Чего мне огород твой? Я же не пенсионер, чтобы с грядочками возиться, мне работу надо нормальную! Мне семью кормить надо!

Екатерина тихонько подходила со спины, обнимала его и целовала в затылок.

— Проживём… Ты только не переживай так. Нервные клетки не восстанавливаются — это раз, и все болезни от нервов — это два. Я тебе это как медик говорю, — улыбалась она. — А ты мне здоровый нужен, понятно?

Муж сердито поводил плечом, освобождаясь от объятий жены, и выходил на улицу.

Безрезультатно промыкавшись три месяца, он уже подумывал устроиться грузчиком в местный хозяйственный магазин, но что-то пока удерживало его от этого шага, думал решиться ближе к осени, если за это время ничего не подвернется.

2

И вот подвернулось… Примерно через неделю после того, как Николай с Екатериной в узком семейном кругу (были только родители) отпраздновали первую годовщину своей семейной жизни, после обеда к их дому лихо подрулила красная «Лада-девятка». С пассажирского сиденья возле водителя из машины вышел невысокий, коротко стриженый, плотный парень с простым широким лицом. Подойдя к калитке, он облокотился о забор.

— Хозяева! — крикнул парень. — Ау! Есть кто живой?!

Николай, который в это время в огороде поливал помидоры, услышав чужой голос, вышел во двор.

— О-о! Какие люди! — узнал он в приезжем своего бывшего одноклассника Олега Токмакова. — Олежка, какими судьбами?

— Колян, здоро́во! — заулыбался в ответ приехавший.

Николай вышел за ограду, и бывшие одноклассники, крепко пожав друг другу руки, обнялись. В школе они были дружны, но Олег после восьмого класса ушел учиться в строительный техникум, и их пути разошлись. Время от времени они, конечно же, виделись, знали, кто чем дышит, но не более.

— Ну, рассказывай, как жизнь? — Николай оглядел гостя с головы до ног. — Из наших кого-нибудь видишь?

— Да нормально всё, а из наших… — Олег пожал плечами. — Так, реденько кого-нибудь встречу. Кто уехал, кто ещё где. Да фиг с ними! — он безразлично махнул рукой. — Я чего приехал‑то… Слышал, ты без работы маешься. Правда? Или уже нашел чего?

— Да нет, не нашел пока, ищу… Не знаю, куда ещё сунуться.