– Все еще копаешься в информации с «Тезея»? – Он толкнул Муру его светящийся криль, а сам сел напротив.
– А я думал, ты хочешь отвлечь меня от дел.
Я хочу прервать твою голодовку. И найти собеседника, а то приходится говорить со стенами.
Мур пожевал, сглотнул:
– Не говори, что я тебя не предупреждал.
– О чем?
– Я смутно помню, как ты говорил, что, возможно – и даже вероятно, – в следующие двенадцать дней от тоски полезешь на стены.
– Поверь, я не жалуюсь.
– Нет, жалуешься.
Ну чуть‑чуть. – «И почему на камбузе все на вкус как машинное масло?» – Но все не так плохо. У меня есть КонСенсус и Ли, я даже питаю надежду ее депрограммировать. А по сравнению с перспективой проваляться с грузом следующие шесть месяцев небольшая раздражительность и одиночество – это такой пустяк…
– Поверь мне, – еле заметно улыбнулся Мур, – есть вещи гораздо хуже долгого беспамятства.
– Например?
Мур не ответил.
Зато ответил «Венец». Он за секунду превратил половину переборки в кровавую стену, усыпав ее сигналами тревоги.
И все они кричали: «СЕНГУПТА».
***
Мур связался с Центральным узлом, пока Брюкс отклеивался от потолка.
– Ракши. Что…
Ее слова обрушились на них каскадом, от паники она чуть не визжала:
– Она идет сюда черт она поднимается она знает…
В желудке у Брюкса заныло.
– Я к ней подобралась и она знает разумеется она знает она же вампирша твою мать и знает все…
– Ракши, где…
– Послушай меня ты тупой таракан она уби… о черт…
Канал отрубился до того, как Ракши договорила, но это уже значения не имело. Сенгупта завопила так, что, наверное, ее было слышно до самого Марса.
Мур поднялся сквозь потолок за одно мгновение. Брюкс последовал за ним, ухватился за проходящий поручень, и бесконечная лента конвейера плавно потащила его к Центральному узлу. Полковник не стал тратить время на такую ерунду: он взлетел по лестнице, перепрыгивая две ступеньки за раз, потом – три, четыре. Уже в невесомости отскочил от вершины оси, а Брюкс к тому времени преодолел лишь половину пути. Дэн не возражал и надеялся, что, когда он доберется до цели, Мур уже уладит конфликт, яростные крики Сенгупты сменятся спокойными рассудительными голосами, и все решат помириться…
Ракши неожиданно замолкла.
Дэн старался не обращать внимания на бормочущий в голове голос: «Возвращайся, идиот. Пусть Джим все разрулит, он же солдат, черт побери. А ты что будешь делать с вампиршей? Тебя потом в побочный ущерб спишут. Ты – еда. Вот так, паразит. Просто развернись и беги. Как обычно».
Равнодушный конвейер притащил его прямо на поле боя.
Дэн появился в южном полушарии, чувствуя, как у него дрожат колени. Никаких рассудительных разговоров. Здесь вообще все молчали.