– Держи, – вернувшись, он всунул в руку Степе кружку с дымящимся кофе и уселся обратно в кресло первого пилота.
– Когда я впервые услышал от Фила эту сказку, – Шойс отхлебнул из чашки. – Я точно так же, как и ты, первым делом решил, что меня пытаются обмануть. Помнишь то заявление, когда Фил сказал, что он умирал?
Донкат кивнул. С того заявления все и началось. Мало того, они тогда тоже сидели на «Вершине». Да уж получились полные «альфа и омега», начало и конец. Начали на «Вершине» с нее же и сбежали.
– И я тогда задал себе как раз эти два вопроса, которые ты только что озвучил. Мало того, – Декстер еще раз улыбнулся, – в тех же самых формулировках. Я тоже вспомнил про душу….
В курьерах за недостатком места курить можно было только в специально отведенных местах, но кто может указывать пилотам? Декстер пощелкал тумблерами на панели управления, набрал на клавиатуре какую-то команду и на кресла начал поступать воздух принудительной вентиляции.
– Кури, – разрешил сакс и достал сигареты.
– Так вот, – Декстер понаблюдал немного за сигаретным дымом, утекающим через вентиляционное отверстие рядом с креслом. – Я Филу высказал все то же самое, что ты только сказал мне, и еще все то, что ты еще только скажешь. Мы, помнится, тогда долго болтали….
Шойс выдвинул из ручки кресла пепельницу (вот интересно, зачем она там, если в креслах нельзя курить?) и скинул пепел. Хитро посмотрел на Степу.
– А он для начала рассказал мне пару историй из нашей жизни, – сакс покряхтел. – Ты уж поверь мне, эти случаи мог знать только Фил….
Донкат мотнул головой, одновременно и соглашаясь и нет. Придумать соответствующую случаю сказку, или сказки в современном мире мог много кто.
– Про разные психологические придумки, которые заставляют человека убедиться, что перед ним свой, я знаю, – мотнул лохматой головой Декстер. – Не тот случай. Слишком много он знает того, чего сторонний человек знать не должен.
Он смущенно покряхтел и зачем-то оглянулся.
– Было там пару моментов, за которые, если о них кто-нибудь узнал, нам лет по двадцать астероидных работ бы светило. Молодость, молодость….
Степе вдруг вспомнилось предположение Селены, которое она, кажется, в торговом центре высказывала.
– Это, часом не шантаж был, а Шойс? – осторожно поинтересовался он.
– Нет, что ты, – замахал руками сакс, возмущенный такими предположениями. – Просто ты спрашивал, как я понял, что это Фил, я и объяснил. Вот скажи, ты сможешь понять, я ли с тобой говорю, пообщавшись со мной несколько дней через ком-центр?
Донкат пожал плечами.
– Ну, я не знаю, скорее всего, да. Ну, там, характерные твои шуточки, построения фраз, отношение к разным явлениям….
– Вот именно это я и имел в виду, – Декстер со значением поднял палец. – Это Фил, можешь мне поверить. Уж я-то знаю его манеру ведения беседы. Его видение мира, его способы принятия решений.
Он помолчал.
– А если это все же не Фил….
– То что? – подтолкнул его Степа.
– Тогда это все равно Фил, – криво ухмыльнулся сакс. – Потому что для того, чтобы так общаться, надо было стать им. И никак по-другому.
– Ладно, поверю, – вздохнул Донкат. – А как быть со вторым вопросом?
– Техническое исполнение? – уточнил Декстер. – А вот про то тебе лучше всего пообщаться с самим Филом.
– То есть как «пообщаться»? – не понял Степа.
– Просто, – пожал плечами Шойс. – А ты думал, что я только ради писем из «Вакуума» сорвался с места?
Он, сидя, отвесил Степе шутовской поклон.
– Спасибо тебе огромное за высокую оценку моих умственных способностей.
– Ну, я … я не знаю…, – Донкат замялся.