– Расстраиваетесь? – Щербин тоже закончил вечерний инструктаж и подошел к беседующим.
– С чего ты взял? – немного ядовито поинтересовался Шаман.
– Во, – землянин указал на забытую и раскрошенную в пальцах сигарету Шамана. – За тобой раньше не замечалось.
– Да? – Шаман вспомнил про сигарету и начал отряхивать руки. – Ну, да, расстраиваемся. А ты как?
– Да тоже ничего хорошего, – поделился Щербин. – Последние сутки как в воду опущенный хожу.
– Если честно, то и мне не по себе, – вставил Кащей. – Просто решил не обращать внимания.
– Вот как? – растерянность Шамана начала исчезать. Он повернулся в сторону костра. – Демчи, солнце мое, а бери свою темную половину и давайте-ка ко мне.
– Шату-ун! – задрав голову, завопил Демчи, не утруждаясь пешими поисками.
– Я сказал, бери, а не ори, – поморщился Шаман.
– Кто звал? – из-за пышного куста появился искомый.
– Если ты про вопль раненой Твари, то это он, – Шаман показал на Демчи, – а так – я.
– А эту Тварь куда ранили? – обрадовался любимой теме Шатун.
– Стоп, – прекратил начинающуюся обычную перепалку Шаман. – Ребятушки, обойдите-ка всех и поинтересуйтесь, не почувствовал ли кто чего-то необычного за последние сутки. Особо обращать внимание на подавленное настроение.
Наблюдающий Теренс одобрительно кивнул сквозь клубы ароматного дыма.
– А я и сейчас могу сказать, – Шатун решил не бегать долго. – У меня….
И уперся в вытянутую руку Шамана.
– Я попросил собрать информацию ото всех, а потом милости прошу ваши личные переживания. Договорились?
– А если нет? – это не бунт, просто Шатун не успел остановиться.
– А если нет, то в этом случае, – сделал большие глаза Шаман, – я попрошу господина Щербина и сараси Ланью на некоторое время отправить тебя в прямое подчинение вот этому товарищу. – Длинная рука Шамана уперлась в Демчи.
У того вспыхнули глаза.
– Ваше Магичество, – Демчи театрально заломил руки, – пожалуйста, на два дня. Все, что угодно, только разрешите. Верну настоящим человеком, чем угодно клянусь. Перевоспитанным.
– Уже ушел, – испуганно порскнул сторону Шатун, видимо, поверив в реальность угрозы.
– Через два дня мы как раз до могильника доковыляем, – прокомментировал Кащей.
– Как раз там и отпустим, – хохотнул Шаман. – Тогда точно никакие Твари нам страшны не будут.
– Я все слышу, – донесся голос Шатуна.
– А что там происходит? – поинтересовался Щербин, глядя куда-то в сторону.
Все повернулись за ним. На краю поляны стоял Григор. На его плече воинственно растопыривал крылья Бата. Григор пытался стащить его с плеча, но малыш не давался, каждый раз уворачиваясь и продолжая пронзительно верещать. Именно эти вопли и привлекли внимание Щербина.
– Что там, Григ? – зычно позвал Теренс.
Вольд, оставив попытки стащить раздухарившегося боно, направился к нему.
– Ругается, – пояснил он, показывая на Бату. – Говорит, что нам туда идти нельзя ни за что, потому что там страх.