Перед выходом он просмотрел всю информацию, которую можно было собрать про уничтожение амулетов. Ничего конкретного, ни одного очевидца или участника. Сплошные сказки да байки. Да, ломать амулеты можно. Да, владелец при этом, скорее всего, погибает. Да, были мастера, которые это делали. Имен нет. Конкретики никакой. Именно это Сибейра и поведал всем по пути сюда.
– А как умерли Стрелки? – поинтересовался он.
– Как будто начали вытягивать наизнанку их самих. Точка фокуса начиналась где-то в грудных клетках. Через амулеты ее только протягивали.
– Амулеты доступны?
– Теперь это просто деревяшки и камни, – Шаман протянул на раскрытой ладони горку каких-то ошметков: – Хальер – ноль, делай с ними все что хочешь. Вся хальер ушла туда, – он кивнул головой на неподвижное тело.
– Интересно, – бездумно протянул Сибейра, вглядываясь в изменчивую дымку. – А дотронуться можно?
– Только аккуратно, – разрешил Шаман. – Я потянулся, до сих пор рука ноет. Ничего страшного, но ощущение какое-то необычное.
– Угу, – согласился дон Антонио и протянул руку.
Дымка приняла кисть. Вначале ничего необычного не происходило, но по мере того, как рука уходила дальше, начинались странности. Очертания руки размывались, пропадала чувствительность. Не онемение, а нечто непонятное: будто рука начинает растворяться. В каком-то месте Сибейра почувствовал, что уперся. И – всё. На следующем миллиметре ощущение растворения усилилось настолько, что дон Антонио выдернул ее, даже не успев задуматься почему.
– Твою мать, – ошарашенно выдохнул он.
– На что похоже? – влез Шаман.
– Да хрен его знает, – Сибейра тряс рукой, к которой мгновенно вернулась чувствительность, как только прервался контакт с дымкой. – Ты прав, ломит сильно. Такое ощущение, будто ее разобрали и тут же обратно собрали.
– О, точно, – поднял палец Шаман. – А то я никак не мог сформулировать. Мысли есть?
– Пока никаких. А что с разумом? – Он поднял глаза на девушку (его уже оповестили, что ее зовут Сова), которая ни на шаг не отошла от лежащего Ланьи, не обращая внимания ни на толкучку вокруг, ни на странные явления и ощущения. В больших заплаканных глазах плескалась такая надежда, что Сибейра перевел взгляд на Кащея. Он терпеть не мог огорчать красивых девушек. Однако ответила именно она.
– Он там есть, – Сова указала рукой на дымку. – Если просто голосом звать, то он не слышит, но если добавить туда хальер, тогда как-то реагирует. Иногда он начинает пропадать, размываться, я его сильнее звать начинаю, и он опять появляется. Я его вижу как темное пятно. А недавно там еще кто-то появился. Кружит вокруг него. Правда, с этим «чем-то» его стало легче звать.
– А как это проявляется, ну что он слышит? – поинтересовался Сибейра.
– Он четче становится. Если вы спрашиваете, появлялся ли он, то – да. Один раз я его как-то очень сильно позвала, – она немного смутилась, – он почти появился, я лицо увидела. А потом – всё. Больше так не получалось.
– А давай, девочка, попробуем вместе позвать, – предложил из-за плеча Сибейры Кащей. – Я тоже немного смыслю в том, что ты делаешь. Ты мне расскажешь, чтобы я подстроился, и попробуем.
– Вы Мастер Разума? – вскинула глаза на Кащея девушка.
– Ну не знаю насчет мастера, – пожал плечами Кащей. – Но я в любом случае больше многих в Братстве понимаю, о чем ты говоришь. А уж тут-то точно. Попробуем?
– Давайте, – Сова свела брови, явно готовясь что-то сделать.
– Тшть, тихо, – остановил ее Кащей. – Не так быстро. Я еще не до конца вижу, как ты это делаешь. Давай посидим вон там, – он кивнул на диван в углу комнаты, – поговорим. Ты мне всё покажешь, а потом попробуем.
– А как же… – девушка беспокойно оглянулась на лежащего Ланью.
– Не переживай, – успокоил ее уже Шаман. – Во-первых, мы здесь. Без присмотра его не оставим. Если что будет происходить, мы тебя позовем. А во-вторых, нам всем всё равно надо подготовиться. Либо мы тут начинаем сеанс хальер, устраивая светопреставление на всю округу, либо, если ничего не получится, перебазируемся в Улитарт и уже там попытаемся что-нибудь придумать. Не переживай. Раз уж мы здесь, то просто так не уйдем. Мы своих не бросаем.
– А мы свои? – робко спросила Сова.
– Он, по крайней мере, точно, – из-за спин сгрудившихся магов донесся голос Мастера Ацекато. – Сараси Са-Сефара пришла к нам от его имени, поэтому Ирил Ланья сейчас считается подданным Братства. До тех пор, пока сам не опровергнет заявление Са-Сефары.
– А я?
– А ты сама должна решить. Хочешь ты в Братство или нет. В выборе ты свободна. Насильно в Братство мы никого не тянем.
– Вы погодите человека грузить, – вступился за совершенно сбитую с толку Сову Кащей, оттирая от нее тощим плечом всех магов, на лицах которых явно читалось желание начать просвещать неофита. – Дайте сначала разобраться и переместиться в безопасное место, а потом уже будете спрашивать. Помните, как в сказках? Молодца сначала накормить, напоить и в баньке помыть надо, а потом и грузить всякими глупостями.
– А потом этот молодец начинает Кащея Бессмертного по частям разделывать, – захлебываясь от рвущегося хохота, срывающимся голосом на грани фальцета выдал Колобок, до поры прячущийся за спинами остальных магов.