— Ты уже забыл, что обещал повысить его минимум до графа? Хотя не вижу проблем.
— Как ты говоришь с отцом? — нахмурился Оскар, подав голос.
— Не позволяю запереть меня в комнате и решить, что мне будет лучше. Даже не знаю с кем. Видимо, наедине с собой, как заметил Кирк. Пап… я люблю тебя, я очень волновалась, понимая, что дома меня считают погибшей или пропавшей. Просто, пожалуйста, не отнимай моё счастье, беспокоясь за меня.
— Хорошо, будь по твоему, — сдался Осборн, я же немного улыбался. Эрвига же, кажется, сцена даже немного тронула.
— Тогда мы закончили с этим, — расслабилась Эшли, ненадолго обняв отца. — Но мы ведь здесь не только за этим.
— Она права, — начал Теодор, смотря на меня внимательно. — Два вопроса. С чего ты взял, что можешь исцелить Эшли… И правда ли можешь раз и навсегда заставить этого старого дурака перестать подозревать мою дочь?
— Теодор… мы ровесники, — проворчал Фрост, который действительно выглядел куда старше мага Жизни.
— К-хм, по порядку, да и да. Позвольте продемонстрировать решение и ограничение первого, — я стал строить одно очень сложное заклинание Жизни. Ставший светло-зелёным узор магии всё нарастал и сдвигался на глазах изумлённой публики. Больше и сложнее. Но в итоге… начал колебаться, несколько не дойдя до полного завершения, а ведь его ещё контролировать. — Это заклинание называется Истоки Реки Жизни. Оно даёт огромный контроль над телом. Я могу заставить работать то, что сломано изначально, или то, что не может быть восстановлено организмом. Но, как видите, оно стало нестабильным, даже не дойдя до завершения. А ведь его нужно завершить, запустить и контролировать, работая над пациентом. Однако когда у меня это получится, я превзойду ваших магусов Жизни, а ведь, насколько знаю, в Гелфорде самые сильные имеют ранг магистра, вроде вас.
— Невероятно… да, верно, магусов нет, — произнёс Теодор. Присцилла тоже уставилась с шоком, я отпустил заклинание. Оно просто рассыпалось исчезающими зелёными искорками и слабой волной маны. — А… второе?
— Так ли нужно? — спросил я, засомневавшись. — Но если интересно, то всё просто до банальности. Клятва на душе. Если намеренно солжёт — умрёт. Вот только это довольно грубо, я бы не стал. Это считается актом недоверия. Да и зачем? Изгнала меня не ваша дочь или кто-либо ещё, а Гелия. Исполнитель виноват в неосторожности, допустив то, что Эшли считали мёртвой.
— Если бы она тебя не подпустила… этого бы не было, — хмуро сказал Осборн.
— Да, не было, — согласился я. — Вероятно, умерла бы, едва покинув Мелтем. Если бы меня сразу отогнали подальше, и я не следил как дела в бою у Эшли, а сосредоточился на своём противнике. Ну или позже на арене не ломанулся бы с такой силой, пробивая барьер, спасать её от добивающего удара того архимага молний. Это уже, честно говоря, раздражает.
— Он прав, отец, — добавила Эшли. — И это не его я подпустила, а сама хотела быть ближе. Кстати, старшим архимагом я стала с его помощью.
Теодор, помассировал переносицу, видимо даже ему надоели причитания непонятно чем недовольного Осборна, наверняка и до моего прихода постоянно по этой теме ездил.
— Хорошо, раз так, то давайте…
— Пускай, — сказала Присцилла. — Отец, ты знаешь, что я сказала правду. Повторю её ещё раз. Давай, Кирк.
— Как хотите, — пожал я плечами и быстро соорудил заклинание клятвы, направил на неё под внимательными взглядами. — Скажи «я клянусь душой, что не кидала артефакт в Кирка Ларсена, что привело к пропаже его и Эшли Фрост».
— Я клянусь душой, что не кидала артефакт в Кирка Ларсена, что привело к пропаже его и Эшли Фрост, — произнесла Присцилла, ощущая как слова отдаются на душе. Такая клятва душу не свяжет, не имеет фактора долгого действия. Заклинание погасло, ничего не произошло. — И всё?
— И всё, — кивнул я. Не она. Тогда кто? Впрочем, мало ли врагов.
— А если бы я солгала?
— Корчилась бы от боли из-за страшного удара по незащищённой душе. В лучшем случае. Как я и сказал — нарушение принятой клятвы частенько убивает.
— Вот видишь, — Теодор уставился на Осборна.
— Хорошо, приношу извинения за подозрения, — вздохнул он. Я же поглядывал на Эбней. Они-то тут что забыли? Лотти на меня всё более странно смотрела и немного дулась. — Также хочу сказать, что с твоим родом пока всё стабильно. Твоя сестра вышла за Найта задним числом, и ты передал род под контроль ему.
— Благодарю за помощь, это радует, — облегчённо кивнул я. Всё же сдержал обещание. Эшли не ошиблась.
Осборне же снова смотрел на меня, уже спокойнее, видимо первая реакция «отгородить от неизвестного» прошла.
— Есть планы, что делать сейчас?
— Если глобально, то стать сильнее, устроиться здесь, вероятно, охотником или особым членом гвардии. Предпочитаю больше свободы действий, так что лучше первое, хоть и готов помогать по необходимости. Я исследователь, артефактор, алхимик… и да, сильный боец. Но пока сил мало, не могу даже исполнить обещание Эшли. Но исполню, алмар всегда держат слово. Буду жить здесь, разве что отлучусь показать одному роду тварей, что я про них не забыл. Если прямо сейчас, то не знаю. У меня мало информации. Вы можете меня направить, а я в остальное время буду идти к рангу магистра. Ещё не представляю, что сейчас со смертью Грэма Рассела будет.
— Хорошо его спровоцировал, — хмыкнул Вилмер.
— Тогда… ох, что я говорю. Будь пока нашим гостем, — решил Осборн. Отлично. — Нехорошо выходит, не находишь? Предложение дочери герцога, а у тебя одно имение с крохотным городишком где-то в провинции и нет денег. Так что приходится жить в её же доме.
— Отец… — проворчала Эшли, указав себе на пояс. — Видишь артефакты сбоку? Щит являлся сокровищем его королевства. Один этот подарок дороже, чем вся та одежда и оружие, что подарил мне ты за всю жизнь.