В ближний бой подойти не пыталась, тоже оценила умение противника и ждала возможности. Вот только её непрерывно били молнии, что отчётливо целились в торс или грудь. Хотя формально тут было до двух побед, очень мало кто не определял окончательного победителя после первой. И он явно был из тех, кто хотел вывести противницу из игры за одну стычку.
Я напрягся. Маг молний хорош. Тактика Эшли не давала результатов: Лата умело маневрировал по ристалищу, не задерживаясь в заледеневших после удара областях. Как отлаженный механизм, идеально отрабатывал свою тактику в бою на истощение и брал верх. Всё также молча, с каменным лицом.
— Я же говорил: «Порченая женщина и слабачка», — флегматично, как совершенно очевидную вещь, кинул Якоб.
Но я уже сорвался с места. Усиление активно, несусь вниз к щиту.
Эшли попыталась поставить всё на ближний бой, поняв, что сдаёт в столкновении магии. Однако ничего в нём не добилась. Он умело блокировал и парировал атаки, не давая и шанса коснуться покрова клинком. Сердце пропустило удар, когда видел, как он замахивается в широком ударе в шею. Наконец лицо изменилось: лёгкая ухмылка — месть.
Девушка едва успела отогнуться назад, поставив на пути кончик меча, сбив атаку. Однако молнии уже плясали в руке её противника, что в ближнем бою получил передышку от магии. Удар мощным грозовым разрядом. Точно в живот.
Вижу, как Эшли направляет всё в стихийный щит, но его пробивает, как и ослабший покров. Тело свело в судорогах, но пока жива.
Астральные молнии заплясали вокруг, я влетел в барьер арены, посылая предел своих ударов в несущие части его структуры. Перебив основные контуры непроницаемого с обеих сторон купола. Тот архимаг собирался ударить ещё раз. Держаться, нельзя его атаковать.
Примитивный на мой взгляд, хоть и мощный барьер пробило, когда он собирался послать ещё одну молнию в падающую Эшли. Судья ещё только начал поднимать флаг, объявив о поражении, слишком поздно.
Стихийный щит, горящий аметистовым, стеной возник меж противниками. Молния бессильно разбилась об него, а я подхватил Эшли, сразу начав незаметно исцелять.
— Она уже проиграла, — холодно сказал я, глядя на мужчину, быстрым движением убравшего клинок в ножны и заложившего руки за спину.
— Это мог быть обманный манёвр, — равнодушно сказал он. На лице мелькнуло недовольство.
— Победитель Лата Рамикссон! И, кажется, рыцарь спас свою даму от контрольного удара! Удивительная мощь и напор, даже барьер арены не выстоял!
Я же плюнул на всех и подхватил Эшли под ноги, поднял на руках. Жива, в порядке и в сознании. Только обожжённая дыра на одежде и ожёг на животе. Уже прекратил лечить, ничего опасного. Подбежали целители, в том числе перепуганная Присцилла.
Отдал девушку им, начавшим исцеление. Слабая травма. Технически, может выйти снова.
— Кирк, спасибо. Снова, — сказала она негромко, в окружающем гвалте едва слышно.
— Конечно, — улыбнулся я, поднимая выпавший из её рук меч, девушку уносили в отдельное помещение. Подлатают и вернётся к нам. Меч потом отдам, пошёл назад к нашим местам неподалёку. Присцилла рядом. — Убедилась? Хотя удивлён, что ты на неё не обижена.
— Ты… её действительно спас. И она ошибается, потому и не обижаюсь, — ровно ответила она, тем не менее, морща лицо, как будто жуёт лимон. — Твои мотивы или надежды, если есть, странные. Хотя да, обижаюсь на неё немного, но всё же не желаю смерти, беспокоюсь. Что сделаешь с этим, если встретится?
— Не знаю, это была месть. Стоит ли уничтожать отношения с Мауда дальше? Или быть тем, кто остановит маятник ненависти? Хотя если встречусь, на своих двоих не уйдёт.
— Думала, ты импульсивнее.
— Я не столько импульсивный, сколько не терплю плохого отношения к себе или тем, кто мне понравился. Был бы импульсивным, давно бы умер.
И это правда. Общая картина и умение охладить голову важны. Я мстителен и быстро принимаю решения, но не импульсивен. Эшли жива, этому хватит и побоев.
— И всё же… спасибо, — почти выдавила она из себя, когда мы уже заходили в ложу Гелфорда. — Ещё один удар…
— Знаю, больше верь в Эшли, даже если она проиграла. Пока она в безопасности.
Вернулись на свою ложу. На лице Якоба играло лёгкое недовольство, но открыто говорить «жаль не сдохла» он не посмел. Сел на место, разглядывая клинок Эшли с надписью: «Мой хлад оставит пустошь, мой свет мрак тьмы рассеет».
— Молодец, — сказала Филиппа, на лице читалось облегчение. Дочурку Фроста едва не убили. — Как ты пробил барьер? Он на удары архимагов рассчитан.
— Ваше высочество, вы понимаете в артефакторике? — вместо этого спросил я. Следующий бой был не интересен в любом случае.
— В основах, обычный уровень для мага, поясни, — в глазах появился интерес.
— Приведу аналогию: барьер — это крепость. Вот только крепость стоит на фундаменте и в данном случае фундамент — это набор колонн над пропастью. Сломать пару нужных и крепость начнёт осыпаться. Барьер такого размера не может быть сплошным, он состоит из цепей маны, что поддерживают структуру и питают его части. Чем лучше барьер — тем прочнее и защищённей структура. Но я выбил её. Кроме того, он больше заточен на противостояние ударам изнутри, а астрал хорошо портит структурированную магию.
— То есть ты на бегу, ведь раньше не было надобности, проанализировал структуру барьера и проделал в нём дыру? — выгнула она бровку.