– Не знаю, – пожал плечами сакс. – Так выходит. Ты слушай давай.
Овальный свистнул пару раз и подпрыгнул на месте.
– Времени, говорит, у него мало, – пояснил Декстер. – Тяжело держать эту физическую форму.
Ага, Степа даже обрадовался. Это все-таки не он шизофреник, это обстоятельства поменялись.
Овальный засвистел громче и застучал ладонью по камню.
– Просит отдать, – перевел Декстер.
– Нет, – хохотнул Степа. – Не отдадим, себе оставим. Нам понравилось.
Овальный озадаченно посмотрел на него.
– Шутка, – Донкат широко распахнул глаза. – Забирай прямо сейчас. Только можно мы отойдем?
Декстер показал взглядом на камень. Овальный закивал и засвистел.
– Это неотъемлемая часть, – перевел сакс. – Только так и можно. Потому что пока мы с ним связаны. С Таиксаной.
– Таиксана, таиксана, таиксана, – вдруг засвиристел овальный.
Степа постарался улыбнуться.
– Да-да, именно таиксана, – он показал глазами на камень. – А теперь давай ты нас выпустишь.
Вся процедура не заняла и двадцати минут. Даже обидно. Столько нервов, пота и крови ради двух десятков минут и счастливого овального?
Освободившись от камня, Степа первым делом отскочил от него метров на десять и начал охлопывать себя, сам плохо понимая, что он хочет найти. Декстер тем временем не стал транжирить возможности и взял в оборот нового обладателя жертвенника.
Как они общались, для Степы осталось загадкой, но к тому моменту, как овальный начал подергиваться рябью, оглядываться и окутывать странной дымкой многострадальный жертвенник, вытягивая из него запрятанного Таиксану, лицо Декстера приобрело некий налет глубоко-философской задумчивости, никогда ранее ему не свойственной. Хотя, все когда-то случается первые.
Закончив с жертвенником, овальный как-то совсем уж по-деловому огляделся, как будто проверяя, не забыл ли он чего. И поковылял к Степе с Шойсом, истаивая прямо на глазах. Череда коротких свистов…
– Он говорит, что очень благодарен, – перевел сакс. – Говорит, очень долго пытались это сделать, и только благодаря тебе все получилось.
– Да бросьте, – смутился Степа.
Овальный свистнул громче.
– Просит прощения, что так все сумбурно и коротко, но что-то у него там не срастается.
– Да ладно, – махнул рукой Донкат. – Дело житейское.
Овальный закивал.
– Да, говорит, – Декстер закивал в такт с овальным. – Тем более все равно еще увидимся.
Донкат поперхнулся, но выяснить ничего не успел. Овальный опять подернулся рябью, заморгал, как некачественная дальняя гала-связь и пропал, рассыпав перед уходом целую трель мелодичных свистов.
– Приносит извинения за все неудобства, причиненные до этого, а также за все те, которые будут причинены.
Сакс задумался, глядя на пустое место, оставшееся после овального.
– Ты не знаешь, о чем он?
Степа покачал головой.