что красой околдовал.
Миша вправду был хорош.
Он высок и он пригож.
Синева озер в глазах.
Солнца луч на волосах.
Гордый профиль, губы — маки.
Собирал он охи, ахи
по селу со всех сторон,
только сам был не влюблен.
Для него сердечки бьются,
и ручьями слезы льются,
но его то не тревожит.
И утешить он не может
никого своим вниманием,
о другом его мечтания.
— Эх, Анюта, — говорил.
Он к соседке заходил
иногда по вечерам.
— За мечту я все отдам!
— Так о чем же твои думы?
— взгляд понятливый и умный
на него Анюта бросит.
— Да такого сердце просит,
что не встретить никогда!
Вот ведь горе-то, беда!
А девица утешает,
чаем, медом угощает.
У нее он был как дома.
С детских лет они знакомы.
Он считал ее сестрой