— А как же… а, в случае осады все запреты снимаются и можно будет летать, делать артефакты, что там еще запрещено, — закивал Сергей.
Он ожидал услышать список того, что запрещено, но не вышло. В кодексе давались наказания за нарушения, но не перечислялось, что именно запрещено — список этот оставался «для использования службой контроля». Как подозревал Сергей, это был еще один из многочисленных невидимых со стороны регуляторов жизни магического общества. Учись ощущать, что запрещено и не переходить границу. Учить обходить правила и не попадаться. Учись учиться и взаимодействовать даже с кровными врагами.
— Умница! — воскликнула Эльза.
Даже потянулась обнять и прижать к себе. По-матерински, ха-ха-ха. Но сдержалась, а Сергей опять сделал вид, что ничего не заметил.
— Служба контроля в таком случае переходит частично в ряды защитников Хогвартса, а частично продолжает свои функции, но уже в немного ином ключе. Охрана ключевых зданий, выслеживание возможных шпионов и предателей, тех врагов, кто попытается пробраться внутрь.
Еще один мысленный вздох. Защита зданий. После той дерзкой вылазки в библиотеку Сергей пробовал «сходить на дело» еще два раза, нет, даже три, если считать ту попытку проникновения в здание ректора. Судя по обмолвкам Эльзы, каждое здание было автономно и самодостаточно и в то же время связано с общей сетью защиты. В каждом использовались свои щиты и допуски и схемы и ни в одном из них не было Гертруды Гефахрер, чтобы вовремя выйти и войти. Поэтому провал попыток был вполне закономерен и он обогатил Сергея опытом и пониманием, что нужен свой человек внутри.
Такой человек, как Эльза Ворлок.
При этом, разумеется, переход отношений с ней в горизонтальную плоскость не давал автоматической верности и перехода Эльзы на сторону Сергея. После вхождения в доверие начиналось самое трудное и речь шла вовсе не о сексуальных игрищах в «мамочку-наставницу», нет. Разыгрывание Эльзы «в темную», без обозначения своих истинных намерений, поддержание отношений, использование обмолвок, а затем вход с ее помощью в здание ректора, например. Подсовывание артефакта доминирования. Передача через нее отравы или бомбы или проклятия Гамильтону, все то, что неоднократно обдумывал Сергей — все это требовало исполнения Эльзой при сохранении ею незнания и не нарушении клятв.
В общем, задача уровня Гидеона, минимум.
— А вот интересно, — задумчиво произнес Сергей. — Как сражаться, если Академия закрыта щитами?
— Очень просто, — ласково заверила его Эльза, указала рукой на здание факультета боевой магии, к которому они приближались. — Для того и придумана боевая магия. Выскочить из-под щитов, ударить, скрыться. Враги будут пробовать то же самое, но внутри их будем ждать мы, служба контроля. При поддержке студентов, конечно, в случае осады учебная программа будет изменена.
— Хотелось бы, чтобы до такого не дошло, — вздохнул Сергей, — до осады, в смысле.
Осада, конечно, открыла бы массу возможностей по убийству Гамильтона, но она же означала бы, что враг вторгся на остров и успешно одолевает Британскую Империю. Толку с жизней и выполнения миссии, если все они будут потрачены в рабстве? Наоборот, парадоксально, но факт, в случае осады жизнь Гамильтона надо будет беречь, как зеницу ока, дабы ректор сумел вломить врагам и прогнать их прочь.
— Да, это была бы катастрофа, — согласилась Эльза, — но Император, Священные Рода и Альфред Гамильтон такого, конечно, никогда не допустят!
— Приложу все силы со своей стороны, — заверил ее Сергей.
Они продолжили прогулку, Эльза вернулась к теме самодостаточности Академии, а Сергей думал о другом (не забывая восхищенно смотреть на нее и поддакивать, приоткрывая рот). Персонал Академии был людьми, со всеми их слабостями, и, возможно, стоило еще пощупать Лоддарда, не физически, конечно, а со стороны подкупа. Карлайла попробовать прижать, раз уж он оказался слаб. Не мог же Гамильтон предусмотреть всего, закрыть все лазейки, да и обход правил, любимая игра взрослых магов, никуда не делся. Потому что, если не это и не прямые нападения, то оставались только долгосрочные варианты, растянутые на десятилетия. Например, внедрить Гефахрер преподавательницей, сумев как-то сохранить в тайне ее полную верность Гарольду Чопперу.
На это нужно время, время, время, которого у Сергея не было.
Он улыбнулся Эльзе, излучая обожание, восторг и жажду припасть к ее стопам.
Глава 40
Сергей передвигался по особняку Чопперов в Академии, не узнавая его. Сотрудники фирмы 'Магия Праздника", которую посоветовал Дункан и которая имела представительство в Холлоу и рекомендации от Академии и лично Гамильтона, преобразили все вокруг. Ту часть, куда им разрешили заходить, потому что Сергею вовсе не хотелось, чтобы кто-то увидел его заклинательный покой с записями по магии доминирования, зельеварню с сильнейшими любовными зельями, алхимическую лабораторию с образцами взрывчатки или артефакторную с заготовками под все это. Не хватало только мастерской маботов, но она стояла в планах.
— Гарольд.
— Лиза, — кивнул он в ответ. — Прости, я так и не научился играть в преферанс.
— Ничего, у тебя своя партия, — спокойно ответила та.
Они постояли несколько секунд.
— Ты не собираешься давать мне советов, как вести себя у Императора? — не выдержал Сергей.
Собственно, приём ему пришлось проводить именно по этой причине — из-за грядущего визита к Императору. Гамильтон, конечно, поднял акции Гарольда Чоппера, но одновременно с этим, гад такой, резко активизировал всю его стихшую было социальную жизнь. Дункан посоветовал собрать себя в кулак, провести приём, пережить все советы, улыбаясь и благодаря за помощь, и забыть, потому что у Императора все равно все будет так, как захочет император.
— Один из плюсов преферанса в том, что он отучает тебя давать советы, когда не просят, — улыбнулась Лиза.
— А если я попрошу?
Сергей сразу объявил, что приём будет настолько свободным, что он даже не будет выходить и встречать гостей. Есть приглашение — заходи и веселись (благо «Магия Праздника» брала на себя и эту часть), помни, что приём свободный и там будут не только Священные Рода. То есть попросту говоря — О’Дизли, Гертруда, Дэбби и Барри.
И Нинон, конечно же, Нинон.