Миланский вокзал: читать начало книги онлайн

– Я предлагаю вам послушаться инспектора. В противном случае буду вынужден указать на это в своем служебном отчете.

В замешательстве Карбоне несколько раз открыл и закрыл рот, но, не найдя что ответить, в конце концов выругался, повернулся на каблуках и стремительно ушел.

Мужчина приблизил лицо к уху Меццанотте и прошептал:

– В управлении есть и те, кто ценит то, что вы сделали, инспектор. Хочу, чтобы вы это знали. – Он кивнул ему в знак уважения и исчез так же незаметно, как и появился.

Меццанотте был так удивлен, что ему даже не пришло в голову поблагодарить его. Он постоял несколько секунд как вкопанный, затем поднялся и воскликнул, обращаясь к своим людям:

– Так, ребята, шоу закончено, у нас есть работа!

Но через какое-то время, все еще напряженный и взволнованный дракой, которой ему удалось избежать, Рикардо осознал, что перспектива продолжить задержание болельщиков, переживших столкновение с полицейскими, его несколько удручает.

Столб черноватого дыма, который продолжал выходить из горящего поезда, становился все гуще и гуще, а из окна туалета виднелись языки пламени. Приказ предписывал ограничиться вспомогательной ролью, но Меццанотте подумал, что нет ничего плохого в том, чтобы отправиться тушить пожар до того, как он станет действительно опасным, поскольку пожарная команда еще не могла вмешаться, и никто с ним не справлялся.

Подозвав четырех коллег, Рикардо знаком приказал им следовать за собой. Он заметил, что основная масса столкновений происходила на главной платформе, в то время как на другой стороне путей ситуация была более спокойной, происходили лишь отдельные потасовки. И поэтому намеревался совершить вылазку с той стороны.

Уже уходя, Рикардо заметил, что Колелла следует за ними. Агент Филиппо Колелла не был человеком действия. На курсах он потерпел неудачу в прохождении испытаний по физической подготовке, а на стрельбище не попадал в мишень даже случайно. То, что он вообще умудрился окончить обучение, было настоящим чудом. Но, хотя большего увальня Меццанотте не знал, он признавал, что Колелла быстро соображает. И, надо отдать ему должное, прекрасно разбирался в компьютерах. Он был бы идеален для работы в отделе криминалистики, но покровителей, равно как и связей, у него не было, поэтому Филиппо и направили в Полфер. Меццанотте знал, что вовсе не смелость подтолкнула Колеллу следовать за ним. Просто тот чувствовал себя увереннее, если он, Меццанотте, был поблизости.

– Филиппо, оставайся здесь!

Они обошли локомотив и стали подниматься на платформу, вдоль которой стоял ряд металлических столбов, поддерживающих арки навесов. Полицейские бежали пригнувшись, чтобы избежать попадания предметов, швыряемых немногими ультрас, все еще остававшимися в поезде. В какой-то момент Меццанотте увидел, как из окна вылетела какая-то сфера размером с апельсин. Как в замедленной съемке, он заинтригованно наблюдал, как непонятный предмет приближается к ним. Рикардо осознал, что происходит, когда заметил, что из «апельсина» торчит короткий зажженный шнур. Но было уже слишком поздно.

Он только успел крикнуть:

– Берегись! Осторожно!

Потом все исчезло за вспышкой, и Меццанотте очутился на брусчатке. В ушах у него звенело, грудина сдавливала легкие, горло перехватило, то и дело накатывала тошнота. Он с трудом поднялся на ноги, совершенно оглушенный, его ноги онемели, а голова кружилась. По спине стекала струйка ледяного пота.

«Господи Иисусе, – подумал Рикардо, – это было так близко…»

Он огляделся. Его офицеры лежали на земле; их, судя по всему, тоже мутило, но все они, похоже, были в порядке. Меццанотте что-то кричал им, но ни они, ни он не слышали ничего из-за звона в ушах. Тогда он сделал им знак встать.

Они возобновили обход состава, на этот раз более осторожно, продолжая пригибаться рядом с вагонами. Время от времени Меццанотте вытягивал шею, чтобы заглянуть в окна. Когда они добрались до седьмого вагона, который предшествовал сгоревшему, Рикардо замер, как будто его внезапно осенила какая-то мысль. Он заглянул в распахнутую дверь. Никого не было видно, а дверь туалета, разбитая и частично сорванная с петель, висела боком на площадке. Меццанотте поманил мужчин и пошел дальше, но теперь медленнее, заглядывая в каждое окно. Пока, примерно в середине вагона, не остановился. Память у него была что надо. В купе через проход он увидел агента сопровождения «Полфера», того самого, который забаррикадировался в туалете седьмого вагона и о котором не было никаких новостей с тех пор, как его мобильный телефон разрядился. Он скорчился на сиденье, вокруг него стояли трое ультрас. Один наставил на него нож.

Меццанотте прислонился к корпусу вагона и задумался. Вмешательство в эту ситуацию, безусловно, выходило за рамки его юрисдикции. Самым правильным было бы позволить позаботиться об этом мобильным отрядам. Но немногочисленные полицейские поблизости были слишком заняты стычкой с фанатами, а вызывать подкрепление по рации было бы слишком долго, учитывая, что коллегу в любой момент могли изувечить или, чего доброго, убить. Следовало бы связаться с отделом, но Рикардо уже знал, что комиссар Далмассо никогда не позволит ему действовать, поэтому он решил не делать этого, несмотря на тоненький голосок в голове, говоривший ему, что он нарвется на неприятности, которые ему совсем не нужны. С того момента, как этот голосок прозвучал в его голове, прошла, казалось, целая жизнь.

Свист в ушах становился назойливым гудением, но ноги больше не дрожали. Меццанотте собрался с силами – и решился. Он приказал трем своим людям вернуться к двери, мимо которой они только что прошли, а сам с четвертым офицером отправился в противоположный конец вагона. Они поднялись по ступенькам и оказались в конце коридора. Там было абсолютно пусто; такое ощущение, что тут вволю похозяйничала целая орда варваров. Жестом Меццанотте приказал продвигаться вперед, не издавая ни звука. Как только он увидел, что один из офицеров расстегнул кобуру, чтобы вытащить пистолет, жестом показал, что этого делать не стоит. Не хватало только, чтобы кто-то погиб, как двумя годами ранее на саммите «Большой восьмерки» в Генуе…

Не успели они сделать и нескольких шагов, как из купе в центре вагона вышли два человека. Лица их были хорошо видны. На молодом человеке были фирменные джинсы и голубая рубашка, и он выглядел как хороший мальчик из среднего класса. Другой, в военных брюках и толстовке, был выше ростом, с бледным лицом и запавшими щеками. Рикардо узнал их по фотороботам из отчетов спецподразделения. Юри Де Виво и Фабрицио Джанноне, более известные среди «Повелителей хаоса» как Хирург и Ниндзя.

Оказавшись перед полицейскими, эти двое на мгновение замешкались, затем обменялись понимающими кивками и начали наступать: Джанноне – в сторону трех офицеров, Де Виво – в сторону Меццанотте и другого полицейского.

Хирург вынул складной нож из заднего кармана брюк и щелкнул лезвием. Его глаза были глазами завзятого наркомана, успевшего недавно поймать кайф пару-тройку раз. «Ни хрена себе, – подумал Меццанотте. – Вот же влипли…» Бороться голыми руками с человеком, вооруженным ножом, – дело нешуточное, тем более если он знает свое дело, а тесное пространство затрудняет движение. Действовать надо быстро и точно. Рикардо подал знак офицеру, чтобы тот отошел, расположился сбоку, чтобы стать менее легкой мишенью, и поднял руки ладонями наружу, устремив взгляд на противника, пытаясь предугадать момент, когда тот начнет атаку.

Некоторое время они молча смотрели друг на друга. Де Виво сделал несколько финтов, на которые Меццанотте не клюнул, затем попытался нанести удар в живот, сделав быстрый выпад. Но Рикардо был готов: он уловил почти незаметное сокращение зрачков в тот момент, когда Хирург решил сделать выпад. Отойдя чуть в сторону, вытянутой рукой перехватил предплечье Де Виво, направив нож в другую сторону. В то же время нанес сильный удар в челюсть открытой ладонью. Зажав руку, которой он парировал, Рикардо поймал вооруженную руку Де Виво в локтевой сгиб и нанес шквал ударов коленом в грудь, продолжая наседать до тех пор, пока не увидел, что нож выскользнул из его пальцев. Точный удар по затылку мгновенно лишил Хирурга чувств.

Меццанотте, тяжело дыша, прислонился к стене и провел тыльной стороной ладони по залитому потом лбу, а офицер наклонился, чтобы надеть на задержанного наручники.

В другой части коридора троим полицейским также удалось нейтрализовать Джанноне. Без сложностей не обошлось, судя по подбитому глазу одного и кровоточащей губе другого.

– Юри, Фабрицио, что за фигня? Что вы тут устроили? Эй, ответьте, где вы, черт возьми?

Голос доносился из купе, из которого недавно вышли Джанноне и Де Виво. Меццанотте подошел поближе, бросив быстрый взгляд внутрь. Посреди купе стоял офицер. Судя по его истощенному виду, он был совсем плох и мог стоять только потому, что парень за его спиной поддерживал его, обнимая за шею и удерживая пистолет у виска. Невысокий, темноволосый, смугловатый, брутальный с виду – это был, несомненно, Макс Овиди, идейный вдохновитель и лидер «Повелителей хаоса» собственной персоной. С виду – крутой.

Меццанотте постарался придать своему голосу как можно больше спокойствия и уверенности.

– Овиди, я инспектор полиции. Твои друзья уже свое получили. Мы их взяли. Ты один, у тебя нет выхода. Плохи твои дела, так что сдавайся. Ты же не хочешь, чтобы тебя обвинили в похищении, верно?