"Фантастика 2023-99". Компиляция. Книги 1-12: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Садитесь, и слушайте, пожалуйста, внимательно. Может быть когда-нибудь это спасет вам жизнь. Нарушить сотворение заклинания можно, если вложить в чужую форму достаточно своей силы. Однако способны на этой лишь опытные маги. Да и действовать придется очень быстро.

Я поднял руку.

— Да, Ирмер-Куликов.

— Скажите, Степан Борисович, какой в этом смысл, если большинство из сидящих здесь никогда магами не станет?

— Кроме вас, конечно, — усмехнулся Изюмов. — Вы ведь уже стали героем всех светских хроник.

— И все-таки, ответьте, Ваше Благородие.

— Проявление дара процесс сакральный, который нельзя пытаться контролировать, — ответил Изюмов. — Вы бы знали об этом, если бы являлись членом нашего славного общества с рождения. Дар должен проявить себя сам.

— И что же будет, если мага подтолкнуть к проявлению? Разве дар станет слабее?

— Я слышал эти слова уже однажды. Поверьте, ничем хорошим для мага они не закончились. Его дар истончился, а ученики…

Он хотел договорить еще что-то, но тут в дверь постучали и в класс заглянул наш любимый фельдфебель.

— Добрый день, Ваше Благородие, — кивнул он Изюмову. — Его Высокопревосходительство к себе Ирмера-Куликова требует.

— Хорошо, Николай, идите, — сказал мне Степан Борисович. — А на досуге почитайте о Тульском эксперименте. И все поймете сами.

Его Высокопревосходительство в нашем лицее был только один, по фамилии Зейфарт. И я даже примерно понимал, о чем директор хочет поговорить.

— Николай, — встретил меня Зейфарт с улыбкой, как старого доброго приятеля. — Проходите, присаживайтесь. Наслышен о ваших подвигах.

— Добрый день, Ваше Высокопревосходительство, надеюсь, не из газет?

— Нет, у меня есть свои источники информации, — улыбнулся директор. — Более надежные. Значит, обзавелись кьярдом?

— На свою беду, — признался я.

— Но меня интересует другой момент. Тот самый, где вы успешно применили Оглушение и Кистень. Весьма неплохо для лицеиста подготовительной группы. Значит, дар проявил себя?

Я понял, что вопрос риторический, поэтому отвечать на него не стал. Потому Зейфарту не оставалось ничего кроме как продолжить.

— Я подготовил приказ о вашем повышении до портупей-юнкера, — достал директор из ящика стола новенькие погоны, — также вы амнистированы по всем статьям.

Я встал, вытянувшись по струнке, вот только забыл, что именно надо говорить в таких случаях.

— Служу Царю и Отечеству, — негромко, будто разговаривая сам с собой, подсказал Зейфарт.

— Служу Царю и Отечеству! — гаркнул я так, что стекла зазвенели.

— Офицерскую портупею и темляк на кортик вам выдаст фельдфебель Казаков. Он, впрочем, был не в восторге от освобождения вас от административных работ.

Я едва заметно ухмыльнулся. Вот в этом вообще не приходилось сомневаться. Мне даже казалось, что это незначительное повышения вскоре выйдет боком на занятиях фельдфебеля. Ну, теперь уж ничего не поделаешь.

— Это еще не все. Я тут подумал, что негоже такому выдающемуся студенту пребывать среди нулевок. В моих силах перевести вас в группу учащихся седьмого ранга. Конечно, это небольшое отступление от правил, но мне кажется, возражать никто не будет. Нужна лишь сущая мелочь. Ваше согласие.

Я задумался, но только с той целью, чтобы не обидеть Федора Григорьевича сразу своим отказом. Признаться, мне среди нулевок было вполне себе комфортно.

— Не могу ответить согласием, Ваше Высокопревосходительство. Правила есть правила, если каждый начнет нарушать их в угоду себе, то никакого порядка не будет. К тому же, мне надо удостовериться, что проявление дара не было случайным. Думаю, времени до зимних экзаменов будет вполне достаточно.

К тому же меня тешила надежда, что все мои товарище по учебе смогут проявить дар и сдать как минимум на седьмой ранг. Лиза уже сделала большой шаг в этом направлении. С Протопоповым, думаю, тоже дело не за горами. Самым проблемным в этой компании оставался Горчаков. Но у меня настрой по этому поводу был боевой.

— Ваш отказ делает вам честь, — ответил Зейфарт. — Хоть он несколько и разочаровал меня. Хорошо, Николай, не смею вас больше отвлекать от занятий. Всего доброго.