"Фантастика 2023-99". Компиляция. Книги 1-12: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Высокопревосходительство, — покраснел я вновь. — Увидел, как Алексей Симеонович его применил. Решил повторить.

— Похвально. И весьма недурственно, надо заметить. Заклинание четвертого уровня сложности, да еще в виде первого сотворения… Знаете ли вы, что спасли жизнь Максутову? Хотя бог с ним. Знаете ли вы, что смертельно рисковали, применяя его? Ведь Зеркало действует именно так. Отражает большую часть нанесенного урона, а меньшая достается заклинателю. Правда, за столько короткий срок вы могли сотворить только его.

У меня комок в горле встал. Так, значит, вот что сделал министр. Повесил на меня заклинание, а совсем не на себя. Получается, это меня пытались убить, а не Алексея Симеоновича? Вопрос кто и зачем? Я же вроде даже никому дорогу не переходил.

— Видимо, на этот счет у вас нет ответов, — воспринял мое молчание князь правильно. — Тогда перейдем к делу. Сначала вы, Петр Филатович, — обратился он к нотариусу.

— Благодарю вас, ваше высокопревосходительство, — смешно взмахнул рукой собеседник, отчего бумаги, зажатые под мышкой, чуть не полетели на пол. — Тут сущие пустяки, надо лишь поставить подпись. После чего все имущество ныне покойного Даниила Марковича и его средства перейдут к вам. С одной оговоркой.

Я даже не удивился. Сейчас будет какая-нибудь приписка мелким шрифтом, вроде «вступающему в наследство надлежит каждое утро кричать петухом, умываться слезами девственниц и бить себя веригами». Наши банки такое часто практиковали. Разве что без слез девственниц.

— У господина Ирмера было только одно условие. Все достанется вам, если вы примете его фамилию. Необязательно отказываться от своей. У вас, к примеру, может быть двойная фамилия.

— Это упростит получение герба, — вторил нотариусу князь. — Так как у Ирмера более нет наследников, то вы можете взять за основу его изображение, добавив несколько деталей. Ибо в противном случае необходимо сначала прошение в Департамент Геральдики об изготовлении нового герба. После состоится решение общего собрания и определение Сената, затем нужна процедура согласования с герольдмейстером и подношение к министру юстиций на высочайшее утверждение…

— Я понял ваше превосходительство, — прервал я его к явному неудовольствию князя. Ладно, отметим себе — нельзя перебивать старших по титулу и званию. — Я возьму фамилию Даниила Марковича. И в то же время оставлю свою.

— Превосходно, — почему-то обрадовался нотариус, будто был сам заинтересован в происходящем. — Тогда подпишите, пожалуйста, здесь, здесь и здесь. И еще вот здесь. Эти бумаги остаются у вас, берегите их, эти у меня.

— Спешу поздравить вас, граф Ирмер-Куликов, — то ли с насмешкой, то ли искренне сказал Разумовский, протягивая мне уже приготовленную заранее грамоту. — Мы немного спешим и делаем все в обход заведенных правил, но таковы времена. Отныне вы подданный его Императорского Величества. Со всеми правами и обязанностями. Еще, господин граф, думаю, не надо напоминать, что об инциденте с господином Максутовым лучше никому не говорить. А сульфар, скажем, достался вам по наследству. Налог только на него все же не забудьте заплатить.

Я стоял теперь уже в своем доме, наделенный дворянским титулом, наряженный в дурацкую одежду. Во рту образовалась горечь, как у ребенка, которому пообещали мороженное, а дали рыбий жир. Разумовский заранее знал, что я соглашусь на условия покойного Ирмера и возьму двойную фамилию. И грамоту сразу подготовил. Что называется, увяз клювик, всей птичке пропасть.

Но больше всего я не мог понять, почему мне так не нравится интонация, сделанная на слове «обязанностями».

Интерлюдия

Вся компания разместилась во флигеле, выходящем во внутренний двор. Его построили уже после перехода. И все потому, что бывший особняк Морозовых был относительно небольшим (учитывая царские запросы), оттого супруге императора, Елизавете Сергеевне, сильно докучали собрания. Пусть и целью которых были дела исключительно государственные. За довольно редким исключением.

Его Величество Роман Николаевич, несмотря на кажущуюся строгость, а порой и суровость с поданными, жене противиться не мог. Оттого и переместился сюда. Впрочем, довольно скоро обставил новое место согласно собственному вкусу. Разместил во флигеле письменный стол, многочисленные диваны для «компании», массивное кресло для себя.

Помимо прочего здесь стояли книги, небольшая коллекция оружия, и еще один крохотный столик — курительный. Именно за ним сейчас восседал его Величество, облачившись вполне неофициально, в бархатный костюм. Елизавета Сергеевна считала, что бархат хорошо поглощает табачный дым и запах, и они не выходят дальше флигеля. Поэтому после совещаний император переодевался и только потом посещал супругу.

Сейчас Его Величество пил пряный испанский портвейн, запасов которого, кстати, почти не осталось. По разумению Романова, в этом мире давно было пора заняться поиском хорошего алкоголя. Вот только покамест имелись более насущные дела.

Компанию Его Величеству составляли великий князь Владимир Георгиевич, сын дяди Императора, председатель Государственного Совета Максутов Игорь Вениаминович, личный Вестник Его Императорского Величества Вельмар Илья Викторович, а также сенатский обер-прокурор и действительный тайный советник граф Покровский. К слову, последний был единственным недомом среди присутствующих.

Вся немногочисленная компания молча курила, пила кто коньяк, кто портвейн и ждала. Пятого постоянного члена приближенных к Романову. Ныне отбывшего по срочному делу обер-гофмейстера двора Его Императорского Величества князя Разумовского Бориса Карловича.

Нынешний хозяин дома в очередной раз стряхнул папиросный пепел, погладил свои роскошные усы и заговорил.

— Каким он вам показался, Игорь Вениаминович?

— Обычный мальчишка, Ваше Величество, — пожал плечами Максутов. — Неглупый, физически развит хорошо. Но на этом все, таких тысячи. Почему Ирмер выбрал именно его мне непонятно.

— Надо было раньше этого Ирмера дожимать, — добавил Владимир Романов.

Холодное лицо брата Императора выражала крайнюю степень решимости, отчего походило на восковую маску. Владимир Георгевич вообще оказался не похож на прочих Романовых. Ни статью, ни природной красотой, ни магическими данными он не вышел, да и умом, если говорить начистоту, тоже.

После выпуска из лицея четвертого ранга добился, а потом за все года еле дополз до второго. Да как не пыжился, на нем и остался. Может вследствии этого, а может чего еще, но имел он характер жесткий, порой даже жестокий. Единственное, за что его привечал сам брат, Император Великой России, так за собачью преданность.

— Мы, Володенька, очень уж крепки лестничным умом, — вздохнул Его Величество. — Да после драки кулаками-то не машут. Дар у мальчишки, мы, стало быть, забрать просто так не можем?

— Технически, можем, — с радостью отозвался обер-прокурор. Будто только этой фразы и ждал — И прецеденты подобные были, Ваше Величество.

— Вот только прецеденты были с вашими подданными, — сухо заметил Максутов, глядя на Императора. — А он из застенцев. Сейчас все взоры того мира будут обращены на него. Придется даже время от времени выпускать его, показывать, что все с ним хорошо.

— А если иллюзией заменить? — спросил Император.