На экране был наш президент и их министр иностранных дел. С виду — обычный репортаж делегации на высшем уровне. Только стоит знать, один из них человек, а другой — инос.
Забавнее всего, что кличку дало само правительство. Точнее, после появления иноземного города они нарекли вторженцев «оккупационными силами иномирных существ». Военные сократили всю эту тряхомудию до «иносов». А следом слово ушло в народ.
Правда, с тех пор многое поменялось, конечно. Теперь пришельцы именовались «наши иномирные партнеры», но простой народ все равно называл их иносами. По старой памяти. И боялся так же, как и раньше.
— Всех их надо к ногтю! — брызгала слюной тетя.
— Надо, надо. Весь мир в труху, теть Маш. Ты бы только закусывала.
На столе расположились дешевенькие пресервы, буханка черного хлеба и початая бутылка водки. Вторая, только уже пустая, лежала на полу. Такой себе натюрморт.
— Уничтожить всех, чтобы неповадно было. Пока они на нас не напали!
— Ты опять по Рен-ТВ передач насмотрелась? Да и вроде пытались уже уничтожить. Ничего не получилось.
Официально это назывался «акт принуждения к миру и отступлению оккупационных сил к предыдущей точке дислоцирования». Короче, туда, откуда они прибыли. А кто-то из блогеров обозвал «семидесятиминутной войной». Потому что именно столько в появившийся посреди нашего миллионника чужой город летели ракеты.
Что было потом — непонятно. Нас всех вырубило. И военных, и гражданских. Упало несколько самолетов близ города, зарегистрировали кучу аварий со смертельным исходом. После оказалось, что и большинство военной техники выведено из строя, без шанса на восстановление. А чужой город накрыт непроницаемым щитом, сквозь такой и мышь не проскочит. С тех пор и начались медленные и неповоротливые танцы, которые принято называть дипломатией.
Я сварил себе гречки, приправив ее сливочным маслом. Отрезал немного дешевой колбасы с привкусом картона и начал быстро есть. Надо успеть размять ребят. На тренера надежды никакой.
На прощание тетя Маша поцеловала меня в щеку. В нос ударил резкий запах дешевой водки.
— Так на маму похож, — сказала она и ее голос сорвался.
Я обнял ее и улыбнулся. Когда тетя заводила разговор о матери, значит, она доходила до нужной кондиции. Еще рюмка-другая и уснет.
Что до матери — да, похож. По крайней мере, если судить по фотографиям. Вживую я ее не помнил, как и отца. Они разбились, когда мне только исполнилось три года. Ехали на машине вместе с тетей Машей, которая и была за рулем, когда на встречку вылетела фура. Автомобиль понесло и их выкинуло в кювет. Отец умер сразу, мать уже в реанимации. Тетя выжила. И хоть и не была виновата, но это ее надломило.
Я тряхнул головой, скидывая морок прошлого. Было и было. Давно это уже все пережили, надо двигаться дальше. Сейчас самое главное — предстоящий турнир.
Не скажу, что у меня были какие-то особые надежды на его счет. Что обычная детско-юношеская спортивная школа могла противопоставить профессиональным академиям? Да ничего. Мы даже не СДЮСШОР. Поэтому что имеем? Ободранные мячи, тренера-пьяницу и поле с кочками за школой.
К тому же, возраст у нас уже подходил. Почти всем нашим семнадцать, это я на год младше к ним случайно затесался. После совершеннолетия всех вежливо попросят из системы детско-юношеского футбола. Государство дало нам все, что могло. Да и так понятно, профиков из нас не вышло. Теперь на вольные хлеба, играть любителями. Или скорее уж учиться и работать. Так будет более правдиво.
Но на прощание хлопнуть дверью хотелось. Вот мы и заявились на областной Волжский турнир. Даже денег на взнос собрали. Большинству помогли родители, я же подрабатывал в тайне от тети курьером.
— Кулик! — окликнул меня уже на улице знакомый голос.
Ко мне спешил наш долговязый нападающий Максон. По совместительству — лучший друг. Длинный с горбинкой нос, чуть оттопыренные уши, зато идеально зачесанные волосы и выбритые виски. За прической Максон следил лучше, чем за состоянием бутс.
— Как мы их вчера, а? — улыбался он, словно жил в престижном районе Самары, а не на Портянке. — Все три игры выиграли. С первого места вышли.
— С группой повезло, — сухо заметил я. — Сегодня самая заруба будет.
— Ну так порубимся, — легкомысленно ответил Макс. — Ты чего рюкзак взял?
— Мяч, фишки, вода, бутсы, форма. Это только ты после игры не переодеваешься. Погнали быстрее, а то опоздаем.
— Куда опоздаем? Времени еще вагон.
— Я через Волгина пройти хочу.
— Опять на своих иносов будешь пялиться?
Я не ответил. Ну да, так уж получилось, что мне повезло дважды. Если, конечно, это можно назвать везением. Мало того, что иномирцы появились в моей родной Самаре, так в довершение ко всему — еще и в нашем районе. Да что там, практически на соседней улице.
Конечно, нас сначала даже временно выселили. Правда, через месяц вернули обратно. Лишь ближайшие дома к городу, окруженному туманной стеной, оставили безлюдными, да выставили солдат и ограждение. Теперь район пересечения Мориски и Гагарина был четко заблокирован.