Наверно, в свете двух «светлячков» наш хоровод выглядел впечатляюще.
«Оль, опять снимаешь?»
«А как же, эпично. Фехтование на посохах с архиличем»
Глазницы Триабо наливались чернотой, явно готовит пакость. О, светлячка тебе в лицо, дёрнулся. Дёрнулся — получи. Смачный удар тяжёлым концом посоха снизу под подбородок, шею ему разомну.
Липкий ужас бушующим потоком полился от лича, заставив меня дать дёру от него. Остальные партийцы с криками и выпученными глазами делали то же самое.
Смог перебороть себя, остановился, развернулся. Горло лича подсвечено зелёным. С трудом вспоминаю, что это значит — сейчас будет большая магическая бяка. Стоп, «тишина», и никто никуда не едет. Подбегаю чуть ближе, прыжок, бросок, удар с клинком света, удар, уклонение, удар с разворота по ноге. Хруст? Это хорошо, это мне нравится.
«Аура ужаса» лича пропала, зато появились новые действующие лица — толпа зомби и умертвий. Напарники со всех ног бежали назад, далеко они успели смыться. Лучник начал стрелять прямо на бегу, лишь бы сагрить мобов на себя и не дать добраться до меня. Маг коротко останавливался и пулял огнешаром с той же целью. Приёмы сработали, мобы оттянулись на них.
Медленно убираю хп у лича, а это время, а это вероятность ошибки, что сразу убьёт меня. Надо ускоряться.
— Егор, волка ко мне, пусть заходит сзади и кусает за ноги по команде.
— Понял.
— Э, подходи и готовь свой огнемёт.
— Сейчас.
Когда «мои» собрались, волк вцепился в ногу лича, так что тому пришлось отвлечься на него. Я же воспользовавшись этим моментом, с размаху выдал сокрушительный удар по затылку. Есть, прошло оглушение на целых четыре секунды.
— Бойся, — кричу я, отбегая от нежити и начиная каст камнелезв.
Егор отвёл волка, и Эукарион включил огнемёт. Зверская штука, себе точно возьму. Лич пришёл в себя, святые слова тебе вдобавок и копьё от Светы.
— Стоп, — приказываю Э, и снова обрушиваю удар посоха с клинком света, крит.
— Сейчас опять врубит ауру ужаса, готовьтесь, — предупреждает Оля.
Точно, врубил. На этот раз прошло спокойнее, убежали недалеко, были готовы. «Тишину», чтобы не колдовал. Затем «эквилибрист», и все мои быстрые заклы летят в неживого непися, пока я бегу к нему. Егору и Элькариону пришлось побегать, удерживая внимание помощников лича.
Снова повторили трюк с укусом волка и поливанием заклами. Осталось чуть более семисот тысяч. Пришлось с ним бодаться ещё две с лишним минуты, ожидая откат у наших мощных заклов — дважды использовали «оглушение» и заливку заклами. Победа! Тела лича и его прихвостней рассыпались в прах, так что даже пролутать оказалось нечего.
Громкими криками отпраздновали успех, и собирались прочесать зал на предмет трофеев. Основная группа также ломилась в чат с поздравлениями.
— Погодите радоваться, если не найдём филактерию и не уничтожим её, он скоро снова восстанет, — а Ольга права.
— Тогда надо все найденные предметы уничтожить, — вспомнил я «сказки» про личей, — И ладно, если филактерия здесь, он ведь мог её запрятать в «жопу мира».
— Остаётся надеяться, что игровая механика поступила правильно для нас. Прочёсываем, все вещи сюда, включая камни.
Затратили полчаса, тщательно обыскивая всё помещение и простукивая стены (искатели кладов доморощенные). В центре зала совсем небольшая кучка, немного поломанных вещей, костей и камней, которые смогли «оторвать» и принести.
— Жги, — скомандовал КиллДед Эукариону, тот включил огнемёт.
После прожарки на всякий случай я посохом раздробил остатки.
— Ну что, по-моему, её тут не было, — вынесла вердикт жрица, — Не повезло.
— Двинём, а то остальной рейд на говно исходит, — довольно уныло предложил Егор.
— Мы точно обошли всё? — спрашиваю я.
— Согласно карте, да.