Дело о молочной реке (СИ): читать начало книги онлайн

— Ну ма-а-ам!

Толпа жадно обсуждала случившийся спектакль, журналисты удовлетворенно переглядывались, так что я понадеялся, что полоса моего безделья наконец закончится. Газеты здесь, правда, не сильно читают, но сплетни тоже разносят немало новостей. Кто-то да прознает про меня. Кто-нибудь, кому нужны услуги мага-дознавателя. Хорошего и дорогого.

Когда я запер дверь и двинулся к лестнице, то на меня пахнуло пивным духом. Запахом довольно вкусным, но очень уж густым. А за дверью на лестницу обнаружился и источник — крупный бобр с большими кожистыми крыльями. Ну да, обычный летающий бобр, вторая ипостась Грогрегира, драгли или гнома, как я называю эту расу. В основной ипостаси — низкорослого существа, даже меньше метра, с оливковой кожей, зелеными волосами и бородой. Впрочем, и на теле у него шерсти хватает. Зрачки квадратные и телосложение плотное. Нет, плотным оно было два месяца назад, а теперь этот коротышка превратился почти в мячик.

Я покачал головой, подумав, что в крылатой ипостаси я этого оборотня давно не видел, но разъелся он в обеих.

— Ты летать-то еще можешь? — спросил я.

— Могу, милорд, — с готовностью ответил Гроги, как обычно путая правильные обращения, принятые в обществе. Ну да, наши слуги могли запросто назвать меня просто по имени, а в следующем предложении, в зависимости от настроения, поднять мой статус до титулованного. Я уже давно махнул рукой, ибо в своем кругу мне было все равно. — Но недалеко. Ярдов может на сто.

Ничего себе! Раньше он мог километров десять пролететь, а теперь меньше ста метров… А все пиво. Пиво и сосиски. Пиво он всегда любил до потери пульса, а к сосискам по настоящему пристрастился уже здесь, когда начал ходить к одной работнице мясной лавки на соседней улице, девушке его расы. И вот… всего за месяц очень сильно поправился.

Впрочем… Что наши слуги делают с собой, это их дело, а в работе претензий как раз нет только к гному. Он и хозяйством полностью управляет, и готовит отлично, и даже по моим заказам иногда что-нибудь мастерит.

Гелила тоже ничего так… С обязанностями личной служанки Аристы справляется кое-как, но зато заряжает амулеты и немного колдует под руководством моей демоницы. Как-никак Гелила — настоящая, хоть и слабая, тёмная ведьма.

Меньше всего толку от Ауна. Просто слуга, занимающийся уборкой, стиркой и мытьем посуды. Криворукий, как и подобает избалованному раньше принцу. Но его все устраивает, и он совершенно не рвется что-то учить и чего-то добиваться.

Ну да, все слуги у нас работой не перегружены. Соседи даже косо посматривают, когда случается что три колобка выкатываются куда-нибудь вместе.

Еще раз окинул взглядом оборотня и заметил, что у того в руке молоток. Вооружился на всякий случай, хотя на глаза посторонним ему показываться в ипостаси бобра нельзя, потому как оборотней простолюдины побаиваются, но послушать же интересно.

Я спустился вниз на минус второй этаж, где у нас туалет и ванная, чтобы к канализации поближе. Здесь еще до нормального водопроводно-канализационного хозяйства с трубами не доросли, но стараются. Смыл кровь с разбитой скулы, а затем направился в нашу с Аристой комнату.

Миновал минус первый этаж, где царит Грогрегир. Собственно, его комната, как любителя пещер. Кроме лежанки у гнома здесь даже стола нет, а все пространство заставлено бочонками, в которых созревает пиво. Грог парень не жадный и всегда рад нас угостить, но мы сами не великие любители. Хотя, когда я все-таки пробую, то ловлю себя на мысли, что остановиться трудно. Хорошо отрезвляет только взгляд на самого пивовара.

Первый этаж — холл, в котором ничего нет. Он же и роль гостиной исполняет. Второй — кухня. Третий — комната Гелилы и Ауна, которые почти сразу съехались, найдя друг в друге родственные души. Ну да… Души криворуких лентяев.

На четвертом этаже спортзал, если так можно назвать комнату полтора метра шириной и метров десять длиной, как и все в нашем доме. Но где-то тренироваться мне и Аристе все-таки надо. Мы оба хорошие воины, и форму терять не желаем. Я не только очень сильный по местным меркам, но и умелый. А моя демоница слабая, так как бугрящихся мускулов у нее нет, но очень искусная фехтовальщица. Да и метательница всего, что под руку попадет… как я мог ещё раз сегодня убедиться.

Мы сначала хотели здесь устроить свою спальню, но… звукоизоляция очень так себе, поэтому мы предпочли разделить спальни лишним этажом.

Так что хозяева, или официально хозяин с рабыней, живут на последнем пятом этаже. Над нами только чердак, на котором установлены бочки для воды, подводящейся с горных ледников по акведуку и подающейся в богатые дома и в городские фонтаны для остальных жителей. Для последних бесплатно, а нам приходится раскошеливаться. По крышам ходит специальный элинг и заполняет бочки из труб, записывая объемы в ведомость. Зато с ведрами носиться никому не надо, а моемся мы часто и со вкусом. Жара…

Жара — это настоящая беда южного города. Элинги теплолюбивы, но тоже до определенного предела. А вот человеку здесь просто катастрофа. Особенно если человек носит доспехи. Но я выкрутился. Грогрегир по моим идеям сделал разводку трубочек, и теперь у меня внутри доспехов кондиционирование на магической тяге. Амулеты, охлаждающие и нагнетающие воздух, правда, разряжаются очень быстро, но Гелила их постоянно заряжает.

Желания куда-то идти у нас пропало, но мы неплохо провели время. Сначала Ариста очень бурно извинялась, затем мы все-таки вылезли из кровати и пошли позаниматься в спортзал, а уже к утру, когда деловая жизнь города замирает и настает время вечерних, точнее утренних, развлечений, к нам явился курьер.

Я сначала обрадовался, что так быстро сработала моя реклама, но нет. Курьер пришел с письмом к Ауну. Того вместе «с невестой» приглашали на какой-то шабаш любителей искусства.

Причем оба ценителя что живописи, что изящной словесности прочитать записку сходу не сумели, поэтому принесли ее нам. Ну да, Гелила вообще была полуграмотной, даже на своем родном коринском языке она еле умела что читать, что писать, а общий язык, или как его иногда возвышенно называют «божественный», на котором как раз говорят и пишут в Ристале, только начала изучать, и сильно не продвинулась, особенно в чтении.

А Аун хорошо знает только свой родной основной язык Лонии, на котором на Жемме говорят только он и Ариста, которая его очень быстро выучила. А божественный язык иномирный принц, переквалифицировавшийся в слугу, только начал учить.

В общем, вот такие ценители искусств, внезапно ставшие популярными среди местных художников, поэтов и музыкантов.

— Не знаю, кто это, — развела пухлыми ручками темная ведьма. — Но адрес в весьма престижном месте. И пойти очень хочется.

— Да чего непонятного-то, — усмехнулась Ариста, разглядывая карточку. — Приглашают вас в тусовку, конкурирующую с той, от которой вы огребли. И знаете что… Если не хотите, чтобы отовсюду погнали, то держите языки на привязи. В том смысле, что художники — твари ранимые, помните об этом.

Я просто махнул рукой, разрешая завтрашнюю отлучку, хотя раньше они особо и не спрашивали. Сегодня вечером вот только Гроги предупредили, что уходят, а я даже и в курсе не был.

Вообще, ночной образ жизни элингов нормального человека напрягает, конечно, но местное светило Солино очень жестокое, так что других вариантов нет. Днем по улицам только стража шастает, в доспехах с опущенными забралами, да еще и в темных очках.

Солино как раз взошло и залило весь этот мир смертоносными лучами. Я покосился на горшок с буйным кустиком, из которого маги время от времени за немалые деньги делают для меня индивидуальное лекарство для профилактики лучевой болезни, а затем перевел взгляд на глаза Аристы, зрачки в которых сначала уменьшились, а затем превратились в щелочки, делая девушку похожей на кошку. А если еще добавить торчащие сантиметров на десять в стороны ушки. Заостренные, да в обрамлении роскошных платиновых волос, здорово оттеняющих смуглую кожу…

Спать оказалось еще рано, поэтому Ариста попросила меня проверить ее рукопись. Она оказалась самым крупным специалистом по цивилизации Лонии на Жемме, потому что очень тщательно допросила Ауна про его родной мир. Вот и собрала всё, что тот знал.