— Да?
— Я не могу поверить, что говорю это, но да.
Он кричит, отбивая победный ритм по воротам, обнимает меня за талию и кружит вокруг себя. Я сдерживаю крик, чтобы не напугать козлят, смеющихся над его выходками.
— Истон? Мы собираемся уходить, — зовет Элайджа из павильона.
Он опускает меня на землю и убирает волосы с моего лица.
— Увидимся.
Из меня вырывается теплый смех.
— Пока, чудак.
Хана спускается с небольшого холма, спускающегося с павильона, и присоединяется ко мне. Мы прислоняемся к воротам, наблюдая, как уходят два хоккеиста.
ГЛАВА 11
ИСТОН
После того, как я поворошил горящие поленья, чтобы развести костер, я с удовлетворенным стоном опускаюсь в раскладное садовое кресло, похлопывая себя по полному животу. Ночи, подобные этим, — вот где это происходит. Я люблю быть на льду вместе со своими парнями, но так же здорово посидеть с ними у костра во дворе после ужина.
— Должен сказать, дни, когда ты готовишь, самые лучшие, чувак, — я показываю ему большой палец вверх.
Кэмерон усмехается, проводит пальцами по волосам, чтобы пригладить взъерошенные каштановые локоны, прежде чем надеть шляпу на голову.
— Ты всегда так говоришь, — указывает он.
— Правда, — вмешивается Ной, тоже выбитый из колеи.
Наш постоянный пляжный парень еще более непринужденный, чем обычно, длинные мускулистые конечности раскинуты на своем сиденье.
— Если ты когда-нибудь бросишь играть в хоккей, ты сможешь зарабатывать на жизнь приготовлением пищи, — говорит Мэдден.
Кэмерон дергает головой с улыбкой, которая немного напряженная.
— Что ж, посмотрим. На данный момент я полностью в хоккее, — он пинает складной стул Мэддена, опрокидывая его. — Может быть, вы, ленивые говнюки, могли бы научиться готовить. Это не сложно.
Мэдден вытягивает ноги, чтобы стабилизировать себя, и мрачно хмурится.
— Все, что я пытаюсь приготовить, сгорает. Это бессмысленно.
Некоторые из нас стонут в знак согласия. Он один из немногих членов команды, которого мы ограничили в ротации по приготовлению пищи, взамен оставив его на обязанности уборщика.
— Подожди, Маккинли там спит? — Ноа делает жест подбородком. — Грейвс, проверь, нет ли признаков жизни.
Мэдден ворчит, вытягивает ногу, чтобы подтолкнуть его носком ботинка, не вставая. Маккинли не двигается с места, растянувшись на столе для пикника, сложив руки в качестве импровизированной подушки. Его толстовка натянута на голову.
— Братан, серьезно, как он может так спать? — Тео встает, чтобы ткнуть в него пальцем.
— Меня это поражает, — говорю я. — Я завидую, что он может погаснуть, как огонек, где угодно.
Кэмерон, Броуди и Ноа присоединяются к нему, делая дерьмовую работу, сдерживая хихиканье, пока они фотографируют его. Это не имеет значения. Он храпит все это время. Даже когда Броуди снимает с Джека капюшон, чтобы поднять его голову, поднимая знак мира, в то время как Ной поджимает губы, чтобы сдержаться.
Задняя дверь открывается, и еще трое наших товарищей по команде высовывают головы. Эрик Холланд, наш запасной вратарь, вместе с Дэниелом Хатчинсоном и Ником Бриггсом — трое самых крутых парней в команде. Хатч — выпускник, а Бриггс — второкурсник, который держится поближе к нему.