Боевые животные: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

(«Вокруг света», 1977, № 10)

Дело было на севере, в департаменте Па-де-Кале, в равнинном краю. В здешних пейзажах есть нечто щемящее — бесконечная скучная равнина под низким небом; могильные пирамиды терриконов и тянущиеся ввысь кафедралы заводов, дымящие, словно корабли в открытом море, домики из красного кирпича, скудные палисадники, девушки в платьях с пышными буфами, подающие местную амброзию — пиво; запах жареной рыбы с картошкой, жесткий акцент…

Неяркий край основательных людей, крепко вросших в нещедрую землю. Тем ярче прекрасное зрелище благородной страсти, какую являют сегодня — не чудо ли? — петушиные бои.

Итак, это было в Лансе. Представьте себе две-три сотни мужчин кряжистой северной породы, сидящих на грубо сколоченных скамьях вокруг так называемого «галлодрома» — обычно это заднее помещение кафе. Посередине площадка в 4–5 квадратных метров, огороженная металлической сеткой. Сверху свисает большая люстра. Представьте, вокруг ринга три сотни голубоглазых здоровяков в клетчатых кепках на головах, крепко посаженных на крутые плечи. Они сидят вроде бы спокойно, ведя неторопливый — по обычаю — разговор. Откуда-то выходит человек и подвешивает на веревочках две грифельные доски. На той, что слева, написано мелом: «Коши», на той, что справа, — «Рамбакур». На ринге появляются еще двое. Аудитория мгновенно смолкает, вытягиваются шеи. У тех двоих в руках большие фанерные чемоданы. Они наклоняются, с превеликими предосторожностями ставят ношу на пол: мать не могла бы более бережно нести новорожденного первенца. Но прочь сравнения: это петухи!

В зале тут же поднимается буря неистовства. Со всех концов несутся крики, призывы, в голосах людей слышатся мольба, надежда, угроза, вызов. Едва успеваешь уловить: «Коши — четыре тысячи! Да, четыре! Пять! Рамбакур — две тысячи!» Сравнить это можно разве что с биржей за час до открытия. Заключаются пари. Никаких записей, ничего — все на честности. Уж если вы оказались здесь, значит, вы человек, заслуживающий «доверия и уважающий дисциплину», как записано в № 1 «Официального устава петушиных боев», принятом и опубликованном «Федерацией петушатников севера Франции».

Порядочный человек, одним словом. Какие уж тут бумажки! Достаточно одного слова. Вполне может статься, что вы сами петушатник и привезли с собой своего любимца, или друг петушатника, это много значит. Это уже гарантия.

Ну, а кроме того, вы же не сошли с ума и не хотите подвергнуться страшным санкциям, которые обрушатся на вас согласно № 14: на первый раз — выговор с публикацией в газете «Галльский петух»; затем «временное исключение из конкурсов» и, наконец, «полный запрет на участие».

Какой петушатник после этого осмелится нарушать правила, пускаться в махинации, занижать вес птицы или увеличивать принятую уставом длину шпоры? Да и как можно терять голову на глазах у земляков, воззрившихся на вас из-под клетчатых козырьков! Невозможно. Если петушатнику случилось когда-либо запятнать свою честь, ему не оставалось ничего другого, как купить билет в Японию и совершить там харакири.

Пока суд да дело, Коши и Рамбакур поглядывают на толпу сердитыми черными глазами. Лишенные гребешков головы (украшение срезается в шестимесячном возрасте) поворачиваются из стороны в сторону, втягиваются, вытягиваются. Петухов выносят на ринг и держат в специальных ящиках с маленькими отдушинами. Если боец раньше времени увидит противника, его может от волнения хватить апоплексический удар.

После нескольких слов церемония представления закончена. Оба менеджера уходят с ринга и вбрасывают туда противников, после чего захлопывают решетчатые створки. Им категорически запрещено натравливать птиц (№ 9), а затем, во время боя, «возбуждать их и стимулировать, подражая кудахтанью курицы или издавая любой другой звук». Предписывается абсолютная бесстрастность. Конечно, никакими параграфами не запретишь сжимать до боли челюсти или смертельно бледнеть. Северные страсти!

Момент наступает торжественный. Галлодром смолкает.

Слышатся лишь тяжелое сопение и время от времени сдавленный шепот зрителей, которые продолжают делать ставки.

Пернатые противники, напрягши мускульные торсы, начинают прохаживаться по площадке, бросая друг на друга надменные взгляды. Они разят острее лезвия. Кстати, вследствие этой последней детали бой приобретает характер стремительный и благоразумный. Не будь стальных шпор, битва продолжалась бы слишком долго.

Петуха вооружают следующим образом: вокруг шпоры наматывается лента, а поверх нее на кожаном ремешке укрепляется держак из алюминия. В держак вставляют обоюдоострое лезвие длиной ровно 52 миллиметра.

Вся манипуляция точь-в-точь напоминает суету тренера вокруг боксера, когда он перед матчем бинтует спортсмену кисти и любовно натягивает перчатки. Еще одно сходство с боксом: петухи разделены на три весовые категории (легкую, среднюю и тяжелую), от 8-10 фунтов и выше. Избыток в 100 граммов влечет за собой штраф и дисквалификацию. Продолжительность боя — 8 минут. Но, как правило, он заканчивается раньше — ничейным результатом (если оба противника лежат больше одной минуты), техническим нокаутом (один из противников лежит больше минуты) либо смертельным исходом (один из противников мертв).

С убитой птицей дело ясное. В случае тяжелого ранения мучения петуха мгновенно прерывают за кулисами (так и хочется сказать — «в раздевалке»). Но если раны не опасны, бойцу делают укрепляющую инъекцию и бережно уносят для последующего ухода и лечения. Храбрецы, которым удается выстоять пять-шесть боев, отправляются потом почивать на лаврах, то бишь на насесте, среди хохлаток. Там они могут сколько угодно рассказывать о своих подвигах и поучать молодых петушков, достойных перенять эстафету у героических папаш.

Побежденных же, сваренных в белом вине, украшенных кольцами лука и благоухающих ароматными травами, подают на стол вскоре после состязания.

Петушиные бои восходят к глубокой древности. Судя по ученым изысканиям, их знали все великие цивилизации: египетская, греческая, римская, ацтекская и прочие. В разговоре с петушатником вы можете ссылаться на любые примеры, все равно к вашим рассказам он добавит собственные сведения.

Найдется ли человек, который любит петухов больше, чем настоящий петушатник? Никто лучше крестьянина из Коши или Рамбакура, шахтера из Эвен-Льетара, металлиста из Бапома или горожанина из Ланса не знает повадок своих птиц, не умеет лучше воспитывать и растить их, никто не восхищается ими так, как они. Шести месяцев от роду их тщательно отбирают, начинают кормить лучшим зерном, подогревают для них воду, выводят гулять на солнце. Когда петушатник держит на ладони пушистый комочек, в глазах его столько нежности… Из этих комочков вырастают птицы благородные, свободные, красивые и гордые. Им не подмешивают в пищу химические вещества, не впрыскивают гормоны, их не запихивают тысячами в клетки, где круглосуточно горит сильная лампа. Они не идут потребителю в замороженном виде. Им дают радость (да, именно так!) проявить в один прекрасный день свой бойцовый инстинкт. Если они погибают, то в бою. Если побеждают, их ждет счастливая старость всеми любимых патриархов.

Рамбакур и Коши все еще продолжают горделиво расхаживать. Боже, до чего они красивы — загляденье! Невольно хочется сравнить их с героями песен трубадуров, с богатырями эпоса. Ну прямо Ахилл, выступающий против бесстрашного Гектора!

Доспехи золотые, рыжеватые, черные, голубые; голова с остатками алого хохолка поставлена высоко, ноги ступают с царственным величием. И вдруг…

Атака. Штурм. Мгновенный скачок обоих противников. Они сталкиваются грудь с грудью. Крылья трепещут, перья на шее встают дыбом. Словно два факела смешались в один. Это искра азарта, вспышка инстинкта, вызов — какие еще слова употребить? Гордость в ее чистом виде.

Они расходятся, собираются с силами и вновь вкладывают их без остатка в прыжок. На сей раз Коши оказывается чуть проворней — на какую-то долю секунды, не больше — и взлетает чуть выше противника. Мгновенный удар лезвия — и Рамбакур падает на ринг поверженный, бездыханный, ногами кверху.

Победитель встряхивает головой, словно сбрасывая с глаз невидимую пелену, распускает жабо, разок-другой рассеяно клюет несчастного соперника и удаляется к выходу медленным шагом. Мавр сделал свое дело.

Владельцы — все так же бесстрастно, как и раньше, — поднимаются на ринг. Один уносит под мышкой Коши; второй берет за лапы Рамбакура.

Турнир продолжается. Новые герои сходятся в поединке. Вот Мартиник против Эрнеста, Блютех против Металлиста, Молодец против Рискового… Бойцов нарекают либо по названию деревни, откуда они родом, либо по имени хозяина, либо дают кличку, подходящую к случаю, — по-разному… Во всем этом чувствуется Фландрия Уленшпигеля. Во времена испанского господства фламандцы собирались на петушиные бои.

(«Вокруг света», 1976, № 1)

Петушиные бои, сражения бойцовых рыбок, тараканьи бега… Что еще? Еще есть бои жуков, правда, известны они немногим, потому что популярны только на севере Таиланда. В боях участвуют кванги (это местная разновидность жуков-геркулесов) — насекомые с крепким панцирем и большими рогами. Владельцы содержат квангов на палочках сахарного тростника — конечно, привязывая их длинной ниткой, иначе бойцы могут запросто разлететься. Ухаживают за ними самым внимательным образом: по утрам — обязательно умывание жуков нежной росой, затем плавательная разминка в тепловатой дождевой воде, после этого бег по пересеченной местности и полеты (разумеется, опять-таки на привязи).

По воскресеньям тренеры со своими подопечными и болельщиками собираются в селениях на базарных площадях. Как и положено в таких условиях, зрители возбуждены, поднимается шум, гам, заключаются пари. Бой происходит на обрубке дерева длиной 1 метр и шириной 15 сантиметров — размеры «ринга» жестко обусловлены. Обычно сражение длится 12 раундов, а вот продолжительность каждого раунда не ограничена: бойцы бьются до тех пор, пока не войдут в «клинч», т. е. пока не сцепятся рогами. Такая ситуация носит название «па-та-крарм».

Соперников разъединяют, дают отдохнуть, а затем бой продолжается. Смертельных исходов не бывает. У одного из квангов не выдерживают нервы, он бросается прочь с деревянного ринга, а оставшийся объявляется победителем. Если же все 12 раундов не приносят никому успеха, значит, силы равны, оба кванга — победители. Боевая ничья.