История Европы. Том 2. Средневековая Европа.: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Однако историческая действительность резко контрастировала с этой политической теорией. Писатели и историки ранней Византии оставили потомкам целую галерею портретов императоров IV—VI вв. Аммиан Марцеллин, Зосим, Прокопий, Агафий, Феофилакт Симокатта и другие авторы воссоздали поразительные по своей жизненности и многогранности образы этих правителей. Император Константин I рисуется современниками то как великий государь, мудрый правитель, защитник христианской религии, то как коварный тиран, запятнанный кровью жены и сына, непостоянный и вероломный в своей политике. Знаменитый язычник и философ на троне Юлиан Отступник (361—363) изображается то в самых черных, то в светлых тонах. Юлиан был храбрым полководцем и энергичным реформатором. Однако его попытка восстановить в христианизированной империи языческую религию потерпела полный крах. Полон противоречий и образ императора Феодосия I (379—395). Он отбил натиск варваров, укрепил православие, стабилизировал положение империи, но одновременно жестоко подавлял народные движения, беспощадно боролся с ересями, усилил налоговый гнет.

В ранний период наивысшего расцвета Византийская империя достигла в правление императора Юстиниана I (527—565). Юстиниан — одна из самых ярких, но вместе с тем противоречивых фигур на византийском престоле. Умный, властный и энергичный правитель, неутомимый труженик, инициатор многих реформ, он всю жизнь посвятил осуществлению своей заветной идеи возрождения былого могущества Римской империи. Но под маской великодушия, простоты и внешней доступности скрывалась натура беспощадная, двуличная и глубоко коварная. Юстиниан потопил в крови народные восстания, жестоко преследовал еретиков, расправлялся с непокорной сенаторской аристократией. Верной помощницей Юстиниана была его жена императрица Феодора. В молодости она была актрисой цирка и куртизанкой, но, став благодаря редкой красоте и необычайному обаянию императрицей, проявила недюжинный государственный ум, твердую волю, активно участвовала в управлении страной. Образы Юстиниана и Феодоры были воплощены в произведениях искусства, их правление прославляли услужливые панегиристы и хулили враги. В «Тайной истории» Прокопия, обличительном памфлете, написанном желчью, а не чернилами, были вскрыты все пороки и злодеяния этих правителей.

В первые десятилетия правления Юстиниана империя не только отразила натиск внешних врагов, могущественного Сасанидского Ирана на востоке, варварских племен гуннов, готов, славян и авар на севере, но и осуществила широкую завоевательную политику на Западе. Византийскому полководцу Велисарию удалось в 533—534 гг. завоевать государство вандалов в Северной Африке, где был основан Карфагенский экзархат под властью Византии. Более трудной и затяжной была война Византии против королевства остготов в Италии (535—555 гг.). Остготы, особенно при короле Тотиле, оказали византийским войскам решительное сопротивление. Но победа осталась на стороне империи. В состав государства Юстиниана вошла Северная Италия с центром в Равенне, Рим и окружающие его земли, вся Южная Италия и Сицилия. Основанный в Италии Равеннский экзархат надолго стал оплотом византийского влияния в этой стране. В 554 г. византийские войска совершили военную экспедицию против Толедского королевства вестготов в Испании и временно присоединили к Византии земли на юго-востоке Пиренейского полуострова. В середине 50-х годов VI в. территория Византийской империи увеличилась почти вдвое, Далмация, Италия, Северная Африка, юго-восток Испании, острова западного Средиземноморья — Сицилия, Сардиния, Корсика, Балеары — были присоединены к державе Юстиниана. Заветная мечта этого правителя о восстановлении Римской империи, казалось, была близка к осуществлению. Византия при Юстиниане вновь превратилась в самое могущественное государство Средиземноморья.

В ранней Византии сохранялась централизация административного управления. Империя разделялась на две префектуры: Восток, куда входили восточные области (включая Восточную Фракию) с центром в Константинополе, и Иллирик, охватывавший почти все балканские земли, с главным городом Фессалоники. Каждая из префектур делилась на диоцезы, а те, в свою очередь, подразделялись на провинции. В IV—V вв. существовало 7 диоцезов и свыше 50 провинций. В последующее время число административных единиц империи менялось. Во главе префектур стояли два префекта претория, которые пользовались огромной властью. Они ведали гражданским управлением в своей префектуре, назначали и смещали правителей диоцезов и провинций, распоряжались финансами, сбором налогов и пошлин с купцов, наблюдали за постройкой общественных зданий, за императорской почтой. В их ведении находилось содержание и снабжение армии, государственные мастерские и арсеналы, суд и все органы административного управления. Во главе диоцезов стояли викарии, они подчинялись префектам претория и руководили администрацией, судом и сбором налогов в диоцезах и провинциях.

Константинополь был выделен в самостоятельную административную единицу во главе с префектом города (эпархом). Он руководил всей гражданской администрацией столицы, контролировал деятельность торгово-ремесленных корпораций, следил за порядком, благоустройством и снабжением города, ведал охраной императорского дворца, государственной казны и сената. Центральное управление, сосредоточенное в императорском дворце, включало ряд ведомств, во главе которых стояли чиновники высших рангов. Среди них особым влиянием пользовались магистр оффиций и квестор священного дворца. Магистр оффиций руководил внешней политикой византийского государства, заботился об охране императора, был начальником дворцовой гвардии и полиции, ведал оружейными мастерскими, арсеналами Константинополя и государственной почтой. Квестор был главным юристом империи, обладал широкой судебной властью, составлял и рассылал императорские законы и указы. Два комита ведали финансами, а препозит императорских покоев, обычно евнух, был доверенным лицом василевса и заботился о личных делах императора и императрицы. Штат чиновников в империи был очень велик. В Византии сохранялась унаследованная от поздней Римской империи изощренная фискальная система, тяжким бременем лежавшая на всем податном населении византийского государства.

Византийская армия, как и во времена Диоклетиана и Константина, делилась на пограничные и действующие, мобильные войска и включала как рекрутов из местного населения, так и варваров-федератов. Численность ее в V—VI вв. превышала полмиллиона человек. В защите Византии от внешних врагов первостепенную роль сыграл военный флот. Боевые галеры византийцев, благодаря техническим усовершенствованиям, значительно превосходили военные суда многих других средневековых государств.

На состав и характер господствующего класса в Византии оказали решающее влияние основные типологические особенности социально-экономического и политического развития общества. Сенаторы еще пользовались большими привилегиями. Они не могли быть арестованы и заключены в тюрьму без санкции сената или императора, были освобождены от налогов — за исключением поземельной подати. Сенаторы сохраняли также и политическое влияние, заседая в сенате или синклите — совещательном органе при императоре. Сенат подготавливал законодательные предложения, выполнял функции высшей судебной и апелляционной инстанции, обсуждал вопросы внешней и внутренней политики византийского государства. В состав сената входили представители старой аристократии, предки которых переселились из Рима в Константинополь. Пополнение сената происходило путем наследования сенаторского достоинства, через исполнение высших государственных должностей и по личной милости императора. Состав сената систематически расширялся за счет людей незнатного происхождения, выдвинувшихся на государственной и военной службе. Постепенно происходит слияние старой сенаторской аристократии и новой военно-чиновной знати.

Торгово-ремесленная верхушка византийских городов, в первую очередь Константинополя, постепенно также стала важной составной частью господствующего класса Византийской империи. Купцы, владельцы ремесленных мастерских, навклиры (владельцы торговых кораблей) не играли, однако, первенствующей роли в управлении и находились в орбите политического влияния сената, высшей аристократии и чиновничества. Характерной особенностью господствующего класса в империи являлась его нестабильность, отсутствие замкнутости византийской элиты. В империи не существовало непроходимых сословных перегородок и наблюдалась постоянная динамика в составе господствующего класса. Незавершенность и замедленные темпы развития раннефеодальных отношений в империи обусловили относительную слабость землевладельческой провинциальной знати, которая, хотя и оказывала влияние на местное управление, была отстранена от участия в центральных органах государства.

Серьезные имущественные и социальные различия существовали и в среде византийского духовенства и монашества. Большинство монахов и низший клир по материальному положению приближались к бедным слоям населения. Им противостояли высшие церковные иерархи, обладавшие статусом светских вельмож. Наиболее привилегированное положение занимали епископы городов, которые по мере ослабления муниципальной организации сконцентрировали в своих руках политическую и духовную власть в своих епархиях, а также игумены крупных монастырей. Характерным явлением для Византии было наличие многочисленного плебса, весьма пестрого по социальному и этническому составу: свободные мелкие ремесленники, работники частных и государственных мастерских, разношерстный пришлый люд, живущий случайными заработками, подаянием и воровством, составляли народ (демос) столицы и других крупных городских центров империи. Городское население объединялось в особые организации — димы. Необычайно большая роль зрелищ, особенно конных ристалищ на ипподроме и цирковых представлений, в жизни шумных многоязычных и многоликих по социальному составу городов империи породила образование цирковых партий — факций, первоначально спортивных организаций. В Константинополе и в других городах ранней Византии существовали четыре цирковые партии: левки (белые), русии (красные), прасины (зеленые) и венеты (голубые), которые различались по цвету одежд возниц конных квадриг, участвовавших в ристалищах на ипподроме. Доминирующая роль среди них постепенно перешла в венетам и прасинам, оттеснившим на задний план левков и русиев. В течение V—VI вв. димы приобрели немалое влияние в политической жизни городов империи, организуя вокруг себя свободное городское население. Правительство империи принуждено было признать за димами некоторые права: право предъявлять во время зрелищ в цирке требования к императору и его чиновникам, одобрять или критиковать их политику, участвовать в официальных церемониях и носить оружие. Димы были привлечены к обороне столицы, по димам составлялись отряды городской милиции. Формально они участвовали в провозглашении нового императора. В Византии император выбирался сенатом, армией и «народом» — димами. Фактически, разумеется, решающей силой были сенат и высшие командиры византийского войска, выдвигавшие нового василевса.

Внутри партий цирка существовало глубокое социальное неравенство. Во главе партии венетов стояли, как правило, представители сенаторской аристократии и владельцы пригородных имений (проастиев), в партии прасинов большим влиянием пользовались богатые купцы, навклиры, владельцы ремесленных мастерских. Рядовые димоты обеих партий были выходцами из народа: среди венетов было немало клиентов богатых вельмож, работников пригородных имений; среди рядовых прасинов преобладали мелкие ремесленники, подмастерья, моряки. Между партиями возникали и серьезные социально-политические и религиозные разногласия: прасины сочувствовали ереси монофиситов (см. ниже) и были связаны с выходцами из восточных провинций, венеты защищали православие и поддерживали ортодоксальных императоров. Движение димов и борьба факций все чаще и чаще принимали социальный характер, а низы обеих партий объединялись против притеснений властей.

Так произошло во время самого грозного народного восстания в Константинополе в 532 г., известного под названием «Ника!» («Побеждай!»). Это стихийное выступление населения Константинополя отличалось сложностью и пестротой социального состава участников. Для старой сенаторской аристократии восстание Ника открыло возможность использовать народное движение в целях свержения с престола ненавистного ей «выскочки» Юстиниана, выходца из средних слоев византийского общества. Недовольство сенаторской знати вызывали ограничение Юстинианом политических прав сената, наступление на сенаторское землевладение, выдвижение на высокие посты в государстве незнатных, но преданных императору лиц. Сенаторы опирались на партию венетов. Партия прасинов была недовольна высокими таможенными пошлинами и различными запретами, стеснявшими торговлю, в особенности с Востоком. Народные массы, рядовые димоты обеих партий страдали от налогового гнета и произвола ненавистных чиновников Юстиниана. Известную роль в восстании играли и религиозные разногласия между православными и монофиситами, которым покровительствовала всесильная императрица Феодора.

Восстание Ника началось во время праздника — дня основания Константинополя — 11 января 532 г. и длилось восемь дней. Стихийно объединившиеся димоты обеих партий напали на резиденции префекта претория и эпарха города и разгромили их. В городе начались уличные бои. Восставшие сожгли налоговые списки, захватили тюрьму и выпустили на свободу заключенных. Пожары охватили весь город, многие дворцы и храмы погибли в их пламени. Сенатская оппозиция выдвинула нового императора Ипатия, который был торжественно коронован на ипподроме при ликовании восставшего народа. Во дворце началась паника. Юстиниан в отчаянии решил бежать из столицы на кораблях в Малую Азию. Однако императрица Феодора, явившись на заседание императорского совета, горько упрекнув Юстиниана в позорной трусости, заявила, что предпочитает смерть потере власти, ибо «царская порфира — прекрасный саван». Юстиниан, собравшись с силами, начал наступление на восставших. В это время часть аристократии из партии венетов, испугавшись размаха народных выступлений, отошла от восстания. Немалую роль в этом сыграло и золото Юстиниана, розданное венетам через ловкого евнуха Нарсеса. Полководцы Юстиниана Велисарий и Мунд во главе крупного отряда наемников-варваров вероломно напали на восставших в цирке и всех перебили (убито было около 35 тыс. человек). Ипатий и его брат Помпей были казнены, замешанные в восстании сенаторы сосланы, их имущество конфисковано. Но особенно жестокой была расправа Юстиниана с народными массами. Димы оправились от этого страшного удара лишь к концу VI — началу VII в., но в конце VII в. они постепенно потеряли свое политическое значение.

Своеобразие общественного развития Византии ярко проявилось и в области правовых отношений. В отличие от других стран средневекового мира в Византии, особенно в ранний период ее истории, сохранилось единое кодифицированное действующее право. В основу законодательства этого времени были положены лучшие достижения римской юридической мысли. Была завершена разработка римской теории права, получили окончательное оформление такие теоретические понятия юриспруденции как право, закон, обычай, уточнено различие между частным и публичным правом, определены нормы уголовного права и процесса, заложены основы регулирования международных отношений.

Создание при Юстиниане (в период с 528 по 533 г.) Свода гражданского права (Corpus Juris civilis), при известном несовершенстве этого грандиозного творения византийских юристов, является свидетельством высочайшего взлета юридической мысли в VI в. Его творцы — Трибониан, глава всего предприятия, и его помощники профессора права Феофил и Грациан из Константинополя, Дорофей и Антоний из Бейрута — показали себя не только как великолепные знатоки римского права и юриспруденции, но и как вдумчивые, порою творчески мыслящие ученые-юристы.

Свод гражданского права (современники называли его «храмом правовой науки») состоял из четырех частей. Первая часть — Кодекс Юстиниана — был создан из переработанных согласно требованиям эпохи основных законодательных установлений действующего римского права. Вторая часть, самая обширная, — Дигесты — представляла собой сборник огромного числа правовых норм, заимствованных у римских юристов; третья часть — Институции — являлась кратким руководством по юриспруденции для византийских юристов. И наконец, последняя часть Свода гражданского права — Новеллы — включала новые законы, изданные самим Юстинианом на протяжении времени с 534/535 по 565 г. Византийские юристы в своем обобщающем труде учитывали те существенные изменения, которые произошли в реальной жизни с римских времен. Впервые была юридически признана теория естественного права, согласно которой от природы все люди равны и рабство, основанное на подчинении чуждому господству, противоречит человеческой природе. Оценить в полной мере значение этого постановления можно, только вспомнив, что даже величайшие философы древности Платон и Аристотель считали деление общества на свободных и рабов присущим самой человеческой природе. Прогрессивные реформы были проведены в сфере семейного права, улучшено правовое положение женщины. Особенно ярко это проявилось в законодательстве самого Юстиниана. Большинство его новелл вводило новые юридические нормы в области публичного права, охраняло права церкви, облегчало отпуск рабов на волю. В новеллах законодатель уже не оглядывается назад, в глубокую, хотя и почитаемую древность Рима, но больше устремлен вперед, в эпоху средневековья. Юридическая санкция принципа частной собственности, регулирование торгово-ростовщических операций, прав наследования, семейного права и других институтов римско-византийского законодательства оказали бесспорное влияние на дальнейшее развитие юридической мысли в Западной и Восточной Европе. Именно благодаря своду гражданского права Юстиниана сокровища римской юридической науки смогли стать достоянием юристов средних веков и нового времени.

Византийское государство в течение всей своей истории находилось в центре сложной внешнеполитической борьбы. Внешняя политика Византии осуществлялась с помощью изощренной дипломатии, действия которой искусно сочетались с военным давлением. Византийские правители умели громить сильного врага чужим оружием, хитрыми интригами, натравив на него его же союзников. Окруженная опасностями, Византия в ранний период постоянно старалась избежать одновременной борьбы на два фронта. И всегда, когда ей это удавалось, она выходила победительницей из самых острых ситуаций. Девизом византийской дипломатии оставался испытанный принцип политики римлян — «Разделяй и властвуй!». Вся внешнеполитическая деятельность империи направлялась из единого центра — императорского дворца и находилась под неустанным строжайшим контролем государства. В сравнении с неупорядоченной, распыленной, зачастую действовавшей несогласованно дипломатией варварских королевств или княжеств централизованная, твердо направляемая государством византийская дипломатия имела свои бесспорные преимущества. Византийская империя обладала огромным штатом высокообразованных дипломатов и массой переводчиков, обученных языкам почти всех народов мира. Заслугой византийской дипломатии является разработка еще в ранний период правил посольского дела: порядка приема и отправления посольств, определения прав и обязанностей послов и других дипломатов. Для охраны своих дипломатов Византия ввела в международное право принцип неприкосновенности личности посла, процедуру заключения и расторжения договоров с иностранными державами, создала формуляры международных договоров, составлявшихся обычно на языках обеих договаривающихся сторон, установила церемониал их подписания. Византийские послы ввели в практику систему верительных грамот, были определены и другие формальности дипломатического ритуала. Пышный церемониал приема иностранных послов в императорском дворце Константинополя должен был своим блеском ослепить варваров, внушить им представление о силе Византийского государства, скрыть от них все его слабости.

Во внешнеполитических интересах византийского правительства умело использовались торговые, религиозные и культурные связи империи с самыми различными странами и народами. Особенно крупная роль во внешней политике Византии принадлежала церкви и церковным миссиям. Распространение христианства являлось важнейшим дипломатическим орудием Византии на протяжении многих столетий. Гибкость и изворотливость были в равной степени присущи и миссионерской деятельности православной церкви. Стараясь скрыть истинные политические цели под маской благожелательности, стремясь привлечь на свою сторону симпатии новообращенных народов, в частности проповедью христианства на местных языках, Константинопольская патриархия применяла более гибкие методы миссионерской деятельности, чем папский престол. Такая гибкая политика православной церкви во многом способствовала утверждению византийского политического и идейного влияния в христианизированных ею странах. Византийский опыт оказал большое влияние на организацию дипломатического дела в средневековых государствах Юго-Восточной и Восточной Европы, служа долгое время своего рода эталоном и для многих варварских народов.

Взлет могущества Византийской империи в правление Юстиниана оказался, однако, недолговечным. При преемниках этого императора Византия вступила в полосу упадка. Успехи Юстиниана были куплены слишком дорого — ценой истощения экономики государства и разорения народных масс. В последние десятилетия VI в. чрезвычайной силы достиг накал социальной борьбы. Выступления народных низов происходили в Константинополе, волна крестьянских восстаний прокатилась по Египту, не прекращались массовые движения в восточных провинциях — постоянных очагах ересей и сепаратизма. На рубеже VI—VII вв. угрожающий характер приняли волнения в византийской армии. В последующие десятилетия страна оказалась ввергнутой в пучину внутренних смут, вылившихся в подлинную гражданскую войну при императоре Фоке (602—610). Она охватила Малую Азию, Сирию, Палестину, Египет. Византия быстро теряла часть своих владений на Западе и на Востоке. Но тем не менее идея всемирной монархии с центром в Константинополе жила еще долго не только в самой Византии, но и в варварских королевствах Запада. Вплоть до создания на Западе империи Карла Великого варварские королевства — пусть номинально — признавали верховную власть константинопольского императора; варварские короли почитали за честь получать от него высшие имперские титулы и пышные инсигнии своей власти, при дворах западных правителей чеканили монеты, имитирующие византийские солиды. Долгое время многие правители Юго-Восточной и Западной Европы стремились подражать обычаям и нравам византийского двора, использовать систему византийского государственного управления и дипломатии в качестве образца при создании административного аппарата в своих странах.

VII столетие было трудным временем в истории Византии. Самая страшная опасность появилась с Востока — со стороны могущественного Арабского халифата. Последний выдающийся правитель той эпохи, талантливый полководец и вдумчивый реформатор военного и административного устройства империи император Ираклий (610—641) сперва одержал победы над персами на Востоке, но затем отступил перед арабами. Недовольное деспотическим правлением империи население восточных областей поддержало новых завоевателей. В 634—640 гг. арабские войска завоевали Палестину, Сирию и Верхнюю Месопотамию. В 636 г. они разгромили армию Ираклия на реке Ярмук. В последующие два года арабы завоевали Иерусалим и Антиохию, нанеся страшный удар империи. Египет подчинился власти халифов почти без сопротивления. К 642 г. восточные провинции Византии были потеряны. К концу VII в. арабы захватили последние владения Византии в Северной Африке — Карфаген и Киренаику.

На Балканах в 681 г. возникло на территории империи первое независимое варварское королевство — болгарское государство хана Аспаруха. Византийское влияние в Италии, в Африке, в странах Закавказья (в Армении и Лазике) было значительно ослаблено. К концу трагического VII столетия Византийская империя превратилась в средневековое государство, намного меньшее по размерам, чем прежде, но зато отличавшееся большим этническим единством, политической и религиозной сплоченностью. Империя стала теперь по преимуществу греческим государством, малоазийские области, приобретшие первостепенное значение в жизни страны, были населены греками и давно эллинизированными племенами. Греческий язык превратился в официальный государственный.

Коренные перемены произошли в сфере социально-экономических отношений. В результате этих перемен в основном подвергалась ломке рабовладельческая экономическая система и наметилась победа прогрессивных общественных тенденций, расчищавших путь к феодализму. Империя вступила в период становления и победы феодального строя. Этот длительный период, охватывавший около пяти столетий (VII—XII вв.), в свою очередь, можно подразделить на два этапа: генезис феодализма в VII—IX вв. и развитие и окончательное торжество феодальных отношений в X—XII вв.

В VII—IX вв. основную роль в экономике Византии играли Малая Азия и Балканы. В значительной их части преобладали изрезанные горами местности с малоплодородными почвами, что обусловило хозяйственную замкнутость отдельных районов и распространение мелкого крестьянского хозяйства. Прибрежные области Малой Азии, равнины Фракии, Южной Македонии и Фессалии с их плодородной почвой стали главными областями высокой агрокультуры и вотчинного домениального хозяйства. После потери Египта именно Фракия превратилась в житницу империи. В земледелии, как и в ремесле, в Византии больше, чем в каком-либо другом регионе Европы сохранялись античные традиции. Особую роль в развитии производительных сил сыграли демографические сдвиги VII—IX вв., связанные с расселением варварских племен на территории империи. Поселившись на византийских землях, славяне — на Балканах, другие народы (армяне, мардаиты, персы, арабы) — на востоке страны значительно увеличили производительный земледельческий слой населения империи. Умножая ряды свободного крестьянства, славяне в то же время содействовали укреплению общинного крестьянского землевладения в византийской деревне. В VIII—IX вв. шло интенсивное расширение посевных площадей посредством внутренней колонизации и освоения новых земель. По-прежнему главное место в сельскохозяйственном производстве принадлежало хлебопашеству, виноградарству и разведению оливок. Повсеместно было распространено также огородничество и садоводство. Важной отраслью хозяйства являлось животноводство — разведение овец и коз, породистых лошадей, свиней (особенно в Западной Малой Азии и Вифинии, где было много дубовых лесов). В это время наблюдается почти полное исчезновение колонатной зависимости, основной фигурой в сельском хозяйстве становится свободный крестьянин-общинник. Свободная крестьянская община стала центральной ячейкой хозяйственной жизни Византии, основой ее экономики. Одним из ее истоков были местные, соседские общины-митрокомии, связанные коллективной ответственностью перед государством за поступление податей, в которых сохранялись античные традиции — рабство, влияние частной собственности и римского права. Другим ее источником стали общинные порядки славянских племен. Славяне принесли с собой общину, отличавшуюся большой сплоченностью, устойчивостью и прочностью внутренних связей. В отличие от ранневизантийских митрокомий она сохраняла некоторые элементы общинно-родового строя славян, в частности традиций большой семьи, большесемейной собственности и кровнородственных отношений. В результате синтеза этих двух компонентов сложился качественно новый тип общины, засвидетельствованный важным юридическим памятником раннего средневековья — Земледельческим законом.

Византийская община периода генезиса феодализма представляла собой соседскую общину с присущим ей дуализмом общинной и частной собственности. Приусадебные участки и пахотная земля находились в собственности общинников, а неподеленные земли, в том числе сельскохозяйственные угодья — пастбища, леса, луга, воды, составляли общинную собственность. Характерными особенностями византийской сельской общины были отсутствие периодических переделов земли, медленная кристаллизация аллода. Купля-продажа земли была крайне редким явлением, хотя уже существовали такие виды отчуждения, как обмен, аренда, заклад. Однако внутри общины шел процесс имущественной и социальной дифференциации — выделялись более богатые общинники, которые имели рабов, арендовали земли односельчан, и разорившиеся крестьяне-апоры, наемные работники-мистии, рабы. Тем не менее более двух столетий община оставалась деятельным сплоченным коллективом с устойчивой экономической структурой и крепкими общественными связями. Значительная консолидация и жизнеспособность византийской общины отличали ее от современных ей общин Западной Европы. Внутренняя эволюция общины, имущественная дифференциация и вызревание элементов феодализма в ее недрах, равно как и захват общинных земель динатами (сильными), послужили важным источником формирования феодальной вотчины в Византии.

Другим путем складывания феодальных отношений была коренная перестройка крупной земельной собственности, унаследованной от ранневизантийской эпохи. Менялись формы ведения хозяйства, труд рабов и колонов постепенно заменялся трудом разорившихся крестьян, поселившихся в имениях в качестве зависимых людей-париков. Возникали многообразные по структуре типы феодальных вотчин. Огромную роль в складывании феодальной вотчины и феодально-зависимого крестьянства играло сильное византийское государство.

Кризис VII в. коснулся и городов империи. К арабам перешли крупнейшие восточные городские центры — Антиохия, Александрия, Дамаск, Эдесса. Некоторые города в VII—VIII вв. аграризировались и превратились в сельские поселения или крепости. Упадок городов в VII—VIII вв. повлек за собой аграризацию страны и перемещение центра тяжести хозяйственной жизни в деревню. Однако дезурбанизация коснулась Византии в значительно меньших масштабах, чем Западной Европы. В Византии и в эти столетия уцелели крупные города, такие, как Фессалоника и Коринф на Балканах, Эфес, Никея, Аморий, Анкира в Малой Азии и, разумеется, столица империи — Константинополь. Одновременно росли и новые средневековые города на месте разрушенных античных городов или на вновь отвоеванных в VIII—IX вв. территориях. Пережив временный упадок, византийские города раньше, чем города Западной Европы, уже в конце IX—X в. вступили на путь экономического подъема. Причина этого — сохранение многих плодотворных традиций, унаследованных от античности: высокой техники ремесленного производства, секретов и навыков мастерства ремесленников, развитого монетного обращения, поддержки ремесленных корпораций государством. Все это способствовало сохранению византийскими городами экономического превосходства над городами Западной Европы в течение всего раннего средневековья.

Уже в ранний период формирования феодализма постепенно менялся внешний облик городов. При сохранении их стройной планировки с прямыми улицами, богатыми общественными зданиями, двух-, трехэтажными домами античного типа все чаще появляются средневековые укрепленные жилища. Крупные города покрываются многочисленными церквами новой архитектуры. Административной единицей города становится приход с центром в резиденции епископа. В городской округе, да и в самих городах строится много монастырей.

VII—IX вв. отмечены некоторым ослаблением центральной власти в Византии. Значительные изменения претерпевает провинциальная администрация. Еще в VII в. возникает новая система военно-административного деления провинций — фемный строй, получивший большое распространение в последующие два столетия. В первых фемах-провинциях, подобно тому, как это было в экзархатах (в Равенне и Карфагене), военная и гражданская власть осуществлялась одним лицом — стратигом. Число фем и их размеры с течением времени изменялись. Создание фем было связано с перестройкой византийской армии. Фемный строй опирался на воинское ополчение в фемах, состоявшее из стратиотов — свободных крестьян-воинов, обязанных нести в пользу государства воинскую службу за владение собственными или полученными земельными участками, которые передавались по наследству. Фемная организация армии была связана с временным преобладанием в империи свободного крестьянства и ослаблением централизации. Стабилизация византийского государства произошла в правление первых императоров Исаврийской династии — Льва III (717—741) и Константина V (741— 775). Лев III — воин, дипломат, реформатор, опираясь на военную знать и фемное войско, сумел отразить натиск арабов. В это время Арабский халифат направил основной свой удар против империи. В 717 г. сильная арабская армия под командованием Мосламы начала осаду Константинополя. Арабский флот, насчитывавший 1800 боевых кораблей, вошел в Босфор. Благодаря огромной энергии Льва III Исавра и мужеству защитников города, нападение огромной арабской армии на Константинополь было отбито, а арабская эскадра была сожжена «греческим огнем» византийских кораблей. Арабы принуждены были отступить. В 740 г. Лев III в сражении при Акроине одержал новую полную победу над грозным врагом, после которой империя начала постепенно вытеснять арабов из Малой Азии и Сирии. Улучшилось положение Византии на Балканах и в Армении.

Императоры Исаврийской династии были не только воителями, но и реформаторами. При Льве III начались важные реформы в сфере права, общественных отношений и церковной политики.

Особенно широкий политический и идеологический резонанс в Византии вызвали иконоборческие реформы первых Исавров. Иконоборчество потрясало империю в течение целого столетия (726—843). Впервые в истории Византии произошло открытое столкновение государства и церкви, обычно действовавших в союзе. В VIII—IX вв. в связи с временным ослаблением центральной власти значительно возросло влияние церкви и монашества. Выросли церковные богатства, что представляло уже опасность для императорского правительства, столичной бюрократии и военно-служилой знати. Стремление императоров Исаврийской династии вновь поднять престиж центральной власти и ослабить влияние вышедших из-под контроля церковных иерархов и монашества вылилось в форму идеологической борьбы против почитания икон. Культ икон, мощей, церковных реликвий был в руках церкви мощным орудием идейного воздействия на широкие слои населения и приносил церквам и монастырям немалые доходы. Иконоборчество прежде всего было борьбой военной землевладельческой знати и части торгово-ремесленных кругов Константинополя за ограничение могущества господствующей церкви и монастырей, за раздел церковных имуществ. Важную роль в этом движении сыграло стремление светской знати подчинить церковную иерархию государственной власти, император теперь открыто объявлялся главой византийской церкви. Однако эти столкновения были теснейшим образом связаны с глубокими идейными расхождениями мировоззренческого характера, охватившими широкие слои византийского общества.

Возглавили иконоборческое движение императоры Лев III и Константин V. Они стремились консолидировать вокруг центральной власти все оппозиционные церкви и монашеству элементы: провинциальную военную знать, стратиотское войско, горожан Константинополя, столичную интеллигенцию, часть епископата, недовольного политикой Константинопольской патриархии. Оплотом иконоборцев стали восточные провинции империи — Малая Азия и Армения. Богословскую полемику с иконопочитателями вела высокообразованная светская и духовная элита. Живые импульсы иконоборчество черпало из гущи народного сознания, нашедшего воплощение в еретических движениях. Все ереси IV—VII вв. — несторианская, монофиситская и монофелитская — подвергали сомнению почитание икон. Иконоборческие идеи ранних ересей отражали протест народных масс против роскоши церкви, распущенности духовенства, призывали к отмене церковной иерархии. Наибольшее распространение еретические движения получили в Армении и Малой Азии. Иконоборческие настроения проникли и в среду еретиков-павликиан (см. ниже). Среди населения восточных провинций сказывалось и идейное воздействие ислама, отрицавшего какие-либо антропоморфные изображения бога. На стороне иконопочитателей объединилось ортодоксальное духовенство, фанатически настроенное монашество, представители константинопольской патриархии. Им удалось повести за собой часть широких народных масс, особенно в европейских областях Византийского государства. Ярым защитником и поборником иконопочитания выступил папский престол. В 726 г. Лев III Исавр поддержал малоазийских епископов, потребовавших запрещения почитания икон. Сторонник иконопочитания патриарх Герман по настоянию императора в 730 г. был свергнут с патриаршего престола и заменен иконоборцем Анастасием. Папство незамедлительно выступило в защиту Германа, но успеха не имело.