Сережа кивнул, указывая подбородком на машину, что стояла во дворе.
— Я отвезу её сам, — заверил Сережа.
Врач нахмурился, словно не мог поверить в слова мальчишки. Он злился на себя за беспомощность, ведь в захудалой деревне в своем стареньком доме, что служил здесь больницей, он никак не мог помочь девочке. Да и не было у него машины, чтобы самому доставить её в город. С финансированием в последние годы совсем плохо стало.
— Хорошо, — согласился он, кивнув парню и вытащил направление из кармана белого халата. — Вот, передай это направление врачу. Я вколол ей лекарства, чтобы сбить температуру, но вам лучше поспешить, молодой человек.
Сережа быстро кивнул и, не дожидаясь пока врач выйдет за калитку, побежал назад в дом. Баба Катя сидела у кровати девочки и меняла мокрый платок на её лбу, что так быстро нагревался. Когда Сережа забежал в гостиную, она подняла на него испуганные глаза, молчаливо спрашивая, что еще сказал доктор.
— Баба Катя, нужно срочно везти её в больницу, — выкрикнул Сережа, забегая в свою комнату.
Он схватил свитер с перекладины стула и быстро натянул тот, даже не замечая, что он не вывернут. Надел джинсы и туго затянул ремень. После чего быстро пробежал по лесенке в комнату к Юльке и, собрав в кучу вещи с её шифоньера, понес их вниз. Кинув кучу на пол перед старушкой, он попросил её собрать вещи девочки, а сам схватив джинсы и толстый свитер под горло, сдернул с неё два одеяла, которыми она была укутана. Юлька тут же захныкала и вся сжалась, мучаясь от холода, что испытывала, несмотря на душную жару, что стояла в доме. Он с утра топил так, что сам мог по дому ходить лишь в шортах, даже без футболки.
Сережа осторожно натянул на неё свитер, носки и джинсы, замечая, что температура её тела ни на градус не упала, даже не смотря на укол врача.
— Давай девочка, — прохрипел он, зашнуровав на ней кроссовки.
Сережа усадил её в кресло, укутав в одно из одеял, но, если бы не его поддержка, она бы запросто завалилась на бок. Девочке было совсем плохо, что его самого пугало до дрожи в коленях.
Баба Катя вынесла сумку, что собрала для Юли.
— Миленький, я не смогу поехать, — горестно призналась она.
Сережа знал, что в последние несколько дней боль в её спине разыгралась так, что даже стоять несколько минут было для неё мучительно, не говоря уже о том, чтобы просидеть около часа в машине.
— Не волнуйся, баб Кать, я все сделаю, — пообещал парнишка, зашнуровывая собственные ботинки. — Ты только не переживай так, не хватало еще и тебе загреметь в больницу. Такого я точно не переживу.
Подхватив Юлю на руки вместе с её ворохом одеял, он ногой толкнул дверь и вышел на крыльцо. Преодолев ступени, он засеменил к машине. Он волновался так сильно, что даже не чувствовал веса девочки. Если бы было нужно, он бы на своих двоих понес её в город. И донес бы. Умер бы, но донес.
Расположив девочку на заднем сиденье, он вернулся за сумкой. Затем забрался в копейку и ударил по газам даже не беспокоясь о том, чтобы закрыть ворота за собой. Как же он боялся опоздать! Он гнал, словно сумасшедший, выжимая из машины все, на что она была способна. Никогда до этого ничего подобного не делал, всегда парней ругал, когда они скорость превышали, а сейчас наплевать на все было. Лишь бы скорее в городе оказаться. Сорок километров тянулись словно тысяча.
Когда он наконец у больницы затормозил, весь трусился от нервов, поскольку Юлька на заднем сиденье бредить начала. Стонала, плакала, звала родителей. У него сердце кровью обливалось, когда он слышал её тихие нервные вскрики. Даже слезы на глаза накатывали, но он держался, понимая, что сейчас не время проявлять слабину. Нужно было сначала убедиться, что Юле ничего не грозит.
Повесив на руку сумку и схватив девочку на руки, он хлопнул дверцей машины и взбежал вместе с ней по ступенькам. Врача к его облегчению долго искать не пришлось, и уже через несколько минут Юлю забрали в палату для осмотра, а его выставили за дверь. Только сейчас, оказавшись в больнице и доверив девочку на попечение людей, которые понимали, что нужно делать, Сережка впервые вздохнул полной грудью. Даже сам не замечая, он скатился по стене прямо на пол и с силой сжал глаза, чтобы остановить предательские слезы. Он не должен был плакать, как мальчишка, но он плакал и не находил в себе силы остановиться. Не мог он потерять Юлю, не так. Не от глупой простуды. И все же это его вина, ведь это он вовремя не насобирал денег, чтобы купить ей теплые ботинки, отчего девочке пришлось ходить в школу в кроссовках несмотря на резкое ухудшение погоды. А ведь ему нужно было еще немного времени, всего несколько недель. Он планировал успеть несколько дел за эти выходные и тогда смог бы заработать достаточно, чтобы купить ей и ботинки и теплую куртку.
Если бы не эта чертовая машина, которая вдруг решила поломаться месяцем ранее, ничего из этого не произошло бы. Столько денег на неё ушло, почти все его и Дениса запаса вытянула. А у него же было все распланировано.
— Это ты привез девочку? — раздался над ним голос врача, который принял у него Юлю. — Где её родители.
Сережа так быстро вскочил на ноги, что ему пришлось схватиться за стену, чтобы удержать равновесие.
— У нее только я и бабушка, но она не смогла приехать, — тут же пояснил Сергей. — Говорите со мной, доктор, я за неё отвечаю.
Врач окинул парня недоверчивым взглядом, но все же протянул листок бумаги, что держал в руках.
— Это список лекарств, которые нужно купить в аптеке.
Взяв из рук врача перечень с десятком лекарств, написанных корявым почерком, Сережа попытался подсчитать, сколько у него с собой наличных денег. Он взял все деньги, что были дома, но этой суммы едва могло хватить.
— Вот этот антибиотик дорогой, но он ей нужен, если хочешь, чтобы она выздоровела, — пояснил доктор, указывая на строку в списке. — Сейчас самое важное победить вирус и сделать все, чтобы не возникло осложнений.
Сережа закивал, с силой сжимая листок в пальцах.
— К ней можно? — срывающимся голосом спросил он.
— Она спит, — пояснил врач. — Вы родственник?
— Старший брат, — пояснил Сергей.