Рейн всегда не везло. Если ей не удавалось схватить влажное мясо и успеть откусить от него кусок, то ее с легкостью забивали сверстники и отбирали добычу, потому что она слабая, а они могут это сделать. Легионеру всегда хотелось заполучить себе властного покровителя, чтобы он не позволял остальным издеваться над ней, отбирать еду, и даже прикасаться к телу без его ведома. Но реальность такова. Она безродный выродок, как ее зовут остальные, выброшенная в легион матерью, подобно мусору и забыта.
Рейн ненавидит за это мать. Она ее толком никогда не знала, ей было запрещено спрашивать о ней, даже у главнокомандующего, за что не раз девчонка получала ладонью по лицу.
— Аргх, — в животе вновь раздается шум, а затем и боль.
Рейн безнадежно хватается зубами за один из прутьев, повернув для этого голову на бок, и впивается в металл клыками, чтобы утопить свой голод в ощущении сильной зубной боли.
Массивная дверь в подвальные помещения тихонько приоткрывается, тихо словно призрак внутрь прошмыгивает девчонка возраста не старше Рейн. Тихо чтобы не привлекать внимание заключенных, незнакомка ловко перемещается от тени к тени, стремительно продвигаясь к самой дальней клетке. Она быстро семенит в беленьких таби, потому ее движение остается незамеченным остальными заключенными, что могли бы поднять шум. Малышке на удивление везет, на месте не оказывается надзирателей, и никто не стережет заключенных.
Последние метры незнакомка стремительно проползает под потолком и медленно опускается вниз, переворачиваясь в воздухе, прямо перед клеткой Рейн. Она быстро осматривает легионера и присаживается возле нее.
— Рейн, — шепчет малышка, касаясь руками холодных прутьев клетки. — Рейн, ты меня слышишь?
Легионер не сразу приходит в себя, чтобы отреагировать на вопрос гостьи. Она с трудом поднимает свою голову вверх, чтобы посмотреть на лицо незнакомки.
— Рейн, — нежно касается лица заключенной гостья. — Я, я тебе тут кое-что принесла.
Малышка быстро убирает свои руки от головы легионера и достает из складок своей одежды свежий и сочный кусок розового мяса, что даже не помещается в ее руках.
Резкий запах свежей плоти, ударяет по всем рецепторам Рейн. В одно мгновение ее глаза вспыхивают темным огнем, а разум проясняется. Она резко бросается к прутьям желая вкусить свежего мяса.
— Дай, дай, дай, — хрипит голос легионера, желая вырвать свежую плоть из рук гостьи и впиться в нее своими клыками.
Рейн подобно дикому животному оскаливает свои клыки и не переставая тараторит.
— Дай, дай, дай, ррраргх. Дай, дай, дай.
— Сейчас, — шепчет подруга, — Погоди секундочку, Рейн.
Но заключенная не слушает гостью, бросаясь лицом к прутьям, желая протиснуться сквозь них и как можно скорее заполучить свежее мясо.
Как только гостья, приближает плоть ближе к лицу заключенной, то едва успевает убрать руку, чтобы в нее не впились клыки легионера. Рейн хватает плоть зубами и резко отрывает кусок свежего мяса, с диким рыком удовлетворения.
— Тише, тише Рейн, — умоляет девушку гостья. — Если меня поймают, нам обеим влетит.
Но разум легионера сейчас сосредоточен на плоти. Рейн продолжает отрывать кусок за куском, стараясь насытить свой желудок и весь организм в целом. Только при последующем прикосновении к плоти, у девушки вроде бы прослеживается возвращение разума. Она немного успокаивается, понимая, что мясо у нее уже не заберут.
Гостья улыбается, наблюдая, за тем, как ест заключенная и не замечает, что они давно здесь не одни.
— Так, так, так, что тут у нас? — Неожиданно раздается за спиной голос демона.
— Юлота? — В ужасе тараторит, гостья и оборачивается.
Она знает эту персону, это седьмой демон в легионе, и потому является одним из командиров. Все в легионе знают, что, если кого и стоит бояться, так это первую десятку. По своей кровожадности, им нет равных. Они верные поданные главнокомандующего, их слово закон для всякого, кто принадлежит легиону.
— Как давно ты здесь? — Спрашивает гостья, поднимаясь на ноги и скрывая за собой факт того, что Рейн есть свежее мясо.
Юлота молчит, лишь неспешно приближаясь к незнакомке ближе.
— Кто тут у нас прошмыгнул мимо стражи? — Ласково спрашивает приближающийся демон, медленно выходя на свет. — Аа, это вы, госпожа Айамэ?
— Да, это я, — робко отвечает гостья, не двигаясь с места.
— А что вы здесь делаете, госпожа? — Заигрывает голосом демон. — Неужели пришли проведать наших заключенных?
Молодой демон дрожит, это видно по колебаниям ее рук, плеч и даже губ. Но даже при всем при этом, гостья не собирается сдаваться, выдавливая из себя следующие слова:
— Даже если и так, — произносит с вызовом Айамэ. — В этом нет ничего плохого, Юлота. А вот, что ты здесь делаешь, это хороший вопрос. Разве ты не на собрании с остальными?