Оно может лишь отрезвить меня.
Вспомните лицо самого бедного и беспомощного из всех людей, кого вам приходилось видеть, и спросите себя, поможет ли ему хоть чем-нибудь шаг, который вы намереваетесь предпринять.
Вера есть служение беспомощным.
Алчущий богатства непременно кого-то эксплуатирует, даже если и не употребляет этого слова.
Став на путь жертвенности, мы вскоре осознаём глубину своего эгоизма и должны постоянно отдавать всё больше и больше, испытывая растущую радость, и не успокаиваться до полной самоотдачи.
Довольствующиеся малым и наслаждающиеся этой независимостью от собственных потребностей богаче и могущественнее царя или императора.
Пока мы сознательно не самоумалились, осознав своё полное ничтожество, мы не сумеем побороть зло в собственной душе.
Если бы все работали только за кусок хлеба, такая работа была бы высшей формой жертвенности.
Только научившись любить ненавидящих нас, мы станем на путь ненасилия.
Прощение — добродетель сильного.
Моя цель — жить в дружбе со всем миром.
Сила коренится не в физической мощи.
Она таится в несокрушимой воле.
Есть, чтобы жить, а не жить, чтобы есть.
Трусы всегда безнравственны.
Истинный сатьяграх распрощался со страхом, поэтому он никогда не боится верить противнику, даже если противник двадцать раз обманывал его.
Господь рёк: "Тот, кто не оставляет усилий, не погибнет".
Если вы хотите чего-то добиться, то должны не только апеллировать к разуму, но и тронуть сердце своего противника.
Сатьяграх никогда не стремится запугать противника, а всегда должен взывать и взывает к его сердцу.
Истинная цель сатьяграха — не принудить противника сдаться, а обратить его в свою веру.
Я отказываюсь сотрудничать с методами и системами, а не с людьми.
Моя личная вера строго запрещает мне ненавидеть.
Гражданское неповиновение — неотъемлемое право человека.
Чтобы Добро одержало победу над Злом, достаточно одноо сторонника гражданского сопротивления, совершенного в своих помыслах и поступках.
Ненасилие — закон нашего биологического вида, подобно тому как насилие — закон, царящий среди животных.
Если бы не существовало жадности, никому не понадобилось бы оружие.
Убить живое существо по любым соображениям, кроме его собственного блага, есть химса, какими бы благородными побуждениями ни руководствовался убийца.
Затаить злобу на другого — химса.
"Семь заклятых врагов" в собственной душе: похоть, гнев, жадность, безрассудство, гордыня и ложь.
Я убеждён, что животные, как и мы, наделены душой.