Эти мрачные мысли стали единственным утешением Шэнь Цзю, позволяющим скоротать очередной полный мучений день. Ну, и ещё ожидание того, как один небезызвестный человек наконец-то сдержит своё обещание, вытащив его из этого моря страданий.
Примечания:
[1] Цю Цзяньло 秋剪罗 (Qiū Jiǎnluó) – имя господина Цю состоит из двух иерогрифов: 剪 (Jiǎn) означает «хлестать, ударить из-за угла», 罗(luó) – «сеть для ловли птиц», а фамилия 秋 (Qiū), как вы помните, означает «осень».
[2] Только и умеет, что механически копировать – в оригинале 依样画葫芦 (yī yàng huà húlu) – в пер. с кит. «рисовать тыкву-горлянку по трафаретному образцу», образно в значении: «копировать, подражать».
[3] В роскошной атмосфере поместья – в оригинале 砖砌的房子 (jīn zhuān qì de fángzi) – в пер. с кит. «дом, сложенный из золотых слитков».
[4] Которое он боготворил – в оригинале 心肝宝贝 (xīngān bǎobèi) – в букв. пер. с кит. «сердце и печень, драгоценность» - в образном значении «сокровище, золотко, малыш» (чаще о ребёнке).
[5] Недостоин такой пары — в оригинале 癞蛤蟆沾了天鹅肉 (làiháma zhān le tiān’éròu) – в пер. с кит. «жаба поживилась лебединым мясом» - отсыка к поговорке 癞蛤蟆想吃天鹅肉 (àiháma xiǎng chī tiān’éròu) — в пер. с кит. «жаба мечтает отведать лебяжьего мяса», русский аналог этой поговорки – «Со свиным рылом в калашный ряд».
Следующая часть
Глава 91. Юэ Цинъюань и Шэнь Цинцю. Часть 3
Предыдущая часть
Шэнь Цзю не раз задумывался о том, почему Юэ Ци так и не вернулся за ним.
Быть может, его поймали, и работорговцы переломали ему ноги. Или же ему было нечего есть, а просить подаяние не позволяла гордость, так что он умер с голода. А может, его способности оказались столь скромными, что ни одна школа не захотела принять его. Шэнь Цзю уже представлял себе, как отправится на другой конец света в поисках останков Юэ Ци, и как выкопает ему могилу собственными руками — может, даже прольёт пару слезинок. Как спасёт друга во что бы то ни стало, если тот ещё жив — даже если ради этого придётся, покинув логово волка, войти в пещеру тигра, пройдя сквозь огонь и воду [1].
Но он уж никак не ожидал, что их встреча произойдёт при подобных обстоятельствах.
Его меч поднимался и падал, вздымая в воздух ярко-алые брызги. Вид красной от крови земли привёл бы в ужас кого угодно. Когда её капли попали в глаза Шэнь Цзю, тот лишь сморгнул, и только — теперь его лицо не выражало никаких чувств, безупречно точные движения свидетельствовали о хладнокровии и высоком уровне мастерства.
Забрав его из поместья Цю, У Яньцзы наставлял своего «ученика» лишь в грабежах, убийствах, мошенничестве [2], да в том, как поискуснее наловить рыбки в мутной воде. Вот как сейчас, на Собрании Союза бессмертных: застав врасплох кучку смехотворно наивных адептов, которые почитали себя неуязвимыми лишь потому, что принадлежали к сливкам общества, они присвоили себе их имущество, собираясь по-быстрому избавиться от тел.
Когда Юэ Ци обнаружил его, должно быть, вид с ног до головы покрытого кровью [3] Шэнь Цзю оказал на него такое впечатление, что он сделал пару шагов вперед, не обращая внимания на валяющиеся на земле тела.
Почуяв его взгляд, Шэнь Цзю резко вскинул голову.
Наконец-то разглядев его как следует, Юэ Ци побледнел словно полотно — как и сам Шэнь Цзю.
— Не приближайся! — воскликнул он.
Следуя первому импульсу, Шэнь Цзю припал к земле и, сорвав сигнальный огонь с пояса одного из убитых адептов, запустил его в воздух.
Всё ещё не оправившийся от шока Юэ Ци потянулся к Шэнь Цзю, собираясь окликнуть его…
В это мгновение из чащи раздался холодный смешок.
— О мой способный ученик, кто этот человек, что умудрился настолько напугать тебя? Неужто тебе тоже знаком страх?
Пальцы Шэнь Цзю разжались, незаметно выронив использованный сигнальный огонь, после чего он резко развернулся к наставнику:
— Учитель, я вовсе не боюсь его. Просто я проявил недостаточную осторожность, так что один из этих успел запустить сигнальный огонь, прося о помощи. И боюсь, что она вот-вот появится!
Наконец осознав, в какую переделку угодил, Юэ Ци принялся молча концентрировать духовную энергию.
— Я так и понял, завидя сигнал, — вздохнул У Яньцзы. — А ведь ты всегда был так проворен и аккуратен — что с тобой стряслось сегодня? Что ж ты, видя, что кто-то из них собирается запустить сигнал, попросту не отрубил ему руки?
— Вина всецело лежит на этом ученике, — признал Шэнь Цзю, склонив голову. — Давайте уйдём поскорее: если сюда пожалуют старейшины, то мы уже не сможем скрыться, даже если пожелаем.
Однако на их пути встал Юэ Ци с занесённым мечом. Взглянув на Шэнь Цзю слегка покрасневшими глазами, он произнёс хрипловатым, но твёрдым голосом:
— Вы не можете уйти.