— У любого явления бывают исключения! Мы здесь собрались, чтобы прояснить куда более важные вещи — так о чем был этот сон?
Выходит, ко всему прочему, во всем клане Баци, самое имя которого вещало о его величии [9], не нашлось ни единого заклинателя, сформировавшего золотое ядро — в противном случае его главе не пришлось бы признаваться в своем невежестве перед целой толпой заклинателей. Похоже, не получив приглашения на встречу, он попросту примазался к кому-то [10].
Великий мастер Уван нахмурился, однако добродушный [11] Учэнь терпеливо посвятил главу клана Баци в суть дела:
— В этом сне говорилось о том, что Тяньлан-цзюнь, долгие годы заточенный под горой Байлу, вырвался на свободу, обретя новое тело, и теперь сеет повсюду тлетворные поветрия и кровавый дождь [12].
Хотя словам великого мастера нельзя было отказать в цветистости, он передал содержание сна весьма условно — зная наклонности Ло Бинхэ и его способности в этой области, Шэнь Цинцю мог поручиться, что здесь не обошлось без множества весьма выразительных сцен.
Примечания:
[1] Владыка демонов — в оригинале 混世魔王了 (hùnshìmówáng) хуньшимован — в букв. пер. «князь демонов, дезорганизующий мир», в образном значении — «великий смутьян, злой гений мира, главный преступник».
[2] Не более чем самообман – в оригинале 一厢情愿 (yī xiāng qíng yuàn) – в пер. с кит. «заботиться только о своих желаниях, не учитывая мнения других людей».
[3] Шишу 师叔 (shīshū) — младший брат или младшая сестра учителя по школе/клану заклинателей.
Шибо 师伯 (shībó) — старший брат или старшая сестра учителя по школе/клану заклинателей.
[4] Клан заклинателей 修真世家 (xiūzhēn shìjiā) – в букв. пер. с кит. «владетельный, родовитый дом самосовершенствующихся».
[5] Зал великой силы 大雄宝殿 (Dàxióng Bǎodiàn) – будд. зал Махавира, «Драгоценный зал великого героя», главное святилище буддийского храма, где стоят статуи Будды и совершаются подношения.
[6] Набросились – в оригинале 把矛头指向 (bǎ máotóu zhǐxiàng) – в пер. с кит. «направить острие на кого-либо».
[7] Уван 无妄 (wúwàng) — в пер. с кит. его имя означает «неподвластный пороку, чистый, безвинный».
[8] Поднять камень, чтобы уронить его себе на ногу 搬起石头打自己的脚 (bānqǐ shítou dǎ zìjǐde jiǎo) — китайская пословица, означающая «копать себе яму» или «рубить сук, на котором сидишь».
[9] Клан Баци, самое имя которого вещало о его величии — в оригинале также используется игра слов 霸气侧漏 (Bàqì cè lòu) – в пер. с кит. «выпендреж прет из всех щелей», где Баци 霸气 (Bàqì) — «дерзкий, уверенный в себе, бравый, вызывающий».
[10] Примазался к кому-то – в оригинале 凑热闹 (còurènao) – в пер. с кит. «поддержать компанию», «присоединиться к общему веселью», «путаться под ногами», «соваться, куда не просят».
[11] Добродушный 心地 (xīndì) – в букв. пер. с кит. «природные данные», буддистское понятие «душа (сердце) как мерило добра и зла, как основа поступков».
[12] Тлетворные поветрия и кровавый дождь 腥风血雨 (xīng fēng xuè yǔ) — выражение, означающее «порождать ужас и резню».
Глава 69. Храм Чжаохуа. Часть 2
— Если двое видят один и тот же сон, это можно счесть удивительным совпадением, — весомо заявил великий мастер Уван. — Если же его одновременно видят несколько сотен людей, то это не объяснишь даже словом «чудо». К тому же, содержание этого сна обычным не назовешь — он был чересчур близок к реальности. Полагаю, проснувшись, все вы ощутили, что даже окружающая действительность не так ярка, как это видение.
Заклинатели, развившие золотые ядра, удрученно кивнули, обменявшись перепуганными взглядами. Кто-то, не удержавшись, бросил вслух:
— А как этот Тяньлан-цзюнь был заточен? Если он и вправду столь могущественен, как же с ним совладали в прошлом?
— Всему виной месть за причиненное зло, — вздохнул великий мастер Учэнь. — Будь с нами глава дворца Хуаньхуа, полагаю, он со скорбью в душе согласился бы со мной.
— Глава дворца Хуаньхуа? — раздался из толпы потрясенный женский голос. — Как это может быть связано с Ло Бинхэ?
Чистый и мелодичный, он звучал подобно песне иволги [1] — едва заслышав его, Шэнь Цинцю невольно проследил его источник.
Это была стройная миловидная монашка с вершины Тяньи.
Сложно сказать, которая именно, поскольку все эти сестрички в одинаковых одеяниях были словно бы отлиты в одной форме — стоя друг подле друга, они более всего напоминали три прекрасных лазоревых цветка. Даже выражение их лиц было сходным, являя… радостное предвкушение. Да, определенно радостное предвкушение.
Те самые три сестрички из гарема Ло Бинхэ — давно не виделись, цветики!
Прежде, узрев их воочию, Шэнь Цинцю преисполнился бы неизъяснимого восторга, одновременно разражаясь воодушевляющими речевками в адрес главного героя, вдохновляя его на амурные подвиги, и поношениями его автору. Но нынче…