Действительно, эта усыпальница принадлежала не кому иному, как предкам Мобэй-цзюня. Все они обладали уникальной даже для демонов способностью контролировать лед – неудивительно, что именно им было изукрашено все пространство склепа.
Не имея иных преимуществ, Шэнь Цинцю намеревался выжать все из тех сведений, что он почерпнул о Священном мавзолее из оригинального романа: пусть в бою он Тяньлан-цзюню не соперник, умелое применение этих знаний позволяло ему застать противника врасплох. В памяти всплыло, что всякий, температура тела которого выше температуры воздуха в этом склепе, будет немедленно превращен в ледяную глыбу и спустя пару-тройку дней попросту рассыплется на осколки. Потому, прежде чем зайти сюда, он максимально понизил температуру своего тела, используя духовную энергию – потому-то его лицо было белым как полотно.
Тем временем, лед уже добрался до груди Тяньлан-цзюня, однако благосклонная улыбка на его лице не дрогнула. Собрав в ладонь сгусток демонической энергии, он попытался раздробить лед – но не сумел сколоть его даже со своего кулака. Пусть ледяной панцирь и не скует его навеки, он все же позволит Шэнь Цинцю выиграть час-другой времени.
– Похоже, я не ошибся насчет мастера Шэня, – признал Тяньлан-цзюнь. – Он и вправду знает заповедные места Царства демонов как свои пять пальцев.
Не удостоив его ответом, Шэнь Цинцю помахал им с Чжучжи-ланом, прежде чем, развернувшись, двинуться прочь. Бросив осуждающий взгляд на племянника, Тяньлан-цзюнь невозмутимо произнес:
– Я ведь говорил тебе, что, если ты и вправду жаждешь залучить мастера Шэня в Царство демонов, то должен гарантировать, что от него не будет проблем. Ты ведь знаешь, что должен сделать?
– Этот подчиненный понимает, – еле слышно отозвался Чжучжи-лан.
Расслышавший этот обмен репликами до последнего слова Шэнь Цинцю внезапно понял, что упустил что-то очень важное…
Примечания:
[1] Первая стража одиночек 光棍一更 (guānggùn yī gēng) – название этой главы посвящено Дню Одиноких Людей, который в Китае отмечается 11 ноября (11.11), поскольку изначально эта глава была опубликована именно в этот день.
[2] Цинсы 情丝 (qíngsī) – в пер. с кит. «узы любви».
[3] Побелела от ужаса – в оригинале 魂飞魄散 (hún fēi pò sàn) – в пер. с кит. «душа разума улетела, а душа тела рассеялась», в образном значении «от страха душа ушла в пятки».
[4] Счастливое семейное воссоединение – в оригинале 好亲戚 (hǎo qīnqi) хао циньци – в пер. с кит. «славные родственнички по мужу (или жене), свойственники».
[5] Черное одеяние – в оригинале 黑衣 (hēiyī) хэйи – «походное (военное) платье».
[6] -Ши 氏 (shì) – в пер. с кит. «вельможа, чиновник, представитель царствующей династии».
Глава 62. Вторая стража одиночек
– Мастер Шэнь, прошу простить меня, – смиренно бросил Чжучжи-лан.
Нет! Тысячу раз нет! После того, как ты довел меня до подобного состояния своими доброхотскими потугами, чего же мне ждать от твоих извинений?
Удалявшийся уверенной походкой Шэнь Цинцю внезапно покачнулся, схватившись за стену. Казалось, что-то пытается покинуть его желудок, пробираясь по кровеносным сосудам – и это жуткое ощущение было ему знакомо куда лучше, чем хотелось бы. Совершенно выбитый из колеи, Шэнь Цинцю чуть не выпалил: «Ублюдок, мать твою! [1]»
Ло Бинхэ по-прежнему мирно почивал в гробу, так что в его теле куролесила чья-то еще кровь.
– Мастер Шэнь, – вновь достиг его ушей насмешливый голос Тяньлан-цзюня, – вам ведь уже столько раз доводилось пить кровь священного демона – неужто до сих пор не привыкли?
– Когда вы мне ее дали? – выдавил Шэнь Цинцю, с трудом подавив позыв к рвоте.
– Мастер Шэнь, – голос Тяньлан-цзюня обрел откровенно издевательские интонации, – не забывайте, что ваше бессмертное тело пребывало в нашей власти в течение довольно продолжительного промежутка времени. За подобный срок можно было сделать с вами еще и не такое.
Неудивительно, что они способны отследить его, куда бы он ни направился. Помедлив, Шэнь Цинцю вновь упрямо двинулся вперед. Чем дальше он отходил, тем резче становилась боль в животе, но вместо того, чтобы замедлиться, он лишь ускорял шаг. Возможно, он и впрямь выработал терпимость к боли, но более вероятным представлялось то, что именно сейчас он попросту не мог позволить себе остановиться.
Пока те двое изображают из себя ледяные скульптуры, у них с Ло Бинхэ еще есть шанс спастись. Если он будет ждать у моря погоды, пока эти снегурочки не оттают, другого случая уже не представится!
Тем временем Чжучжи-лан продолжал неумолимо закручивать гайки в его животе. Хоть Шэнь Цинцю и знал, к чему это может привести, он не удержался от того, чтобы, обернувшись, метнуть в него гневный взгляд. Вот так-то демоны платят за доброту, поселяя в твоем животе паразитов, а затем устраивая им развеселую семейную вечеринку?
– Даже в подобном состоянии вы не сбавляете шага, – вздохнул Тяньлан-цзюнь. – Воистину, вы необычайный человек, мастер Шэнь – ваша решимость и сила воли не знают границ. Неужто вы и впрямь готовы пожертвовать жизнью ради моего сына?
– Мой господин, – внезапно вмешался Чжучжи-лан. – Я… этот подчиненный больше не может.
Не успел он закончить фразу, как боль в животе Шэнь Цинцю внезапно исчезла, оставив в теле блаженную легкость. Не теряя времени даром, заклинатель сорвался на бег. Видя это, Тяньлан-цзюнь изумленно бросил:
– Неужто твоя кровь неспособна его удержать?