Кипя от раздражения [4], он силился припомнить все, что знал о Священном мавзолее из книги, в то время как ноги уже несли его к выходу из зала. В противоположность обычным обиталищам Царства демонов, располагавшимся под землей, Мавзолей был возведен над её поверхностью – короче говоря, у демонов все шиворот-навыворот. Помимо множества ловушек, его лабиринт кишел разнообразнейшими демоническими тварями, только и поджидающими беспечного вторженца.
Если бы не домогательства Системы, Шэнь Цинцю и на аркане не затащили бы на прогулку по этим зловещим склепам!
В коридоре было темно хоть глаз выколи, однако Шэнь Цинцю не решался вызвать хотя бы искорку огня. Задерживая дыхание, он бесшумно двинулся во тьму.
Впрочем, его одиночеству не суждено было продлиться долго: вскоре его ухо различило неровные протяжные вздохи.
На самом деле это больше всего походило не на дыхание, а на предсмертные хрипы. Шэнь Цинцю застыл.
Как это они нашли его так быстро?
Во тьме постепенно проступили очертания худощавой фигуры, словно бы покачивающейся под собственным весом; за ней виднелись вторая и третья – казалось, они плыли по воздуху, будто неприкаянные души.
Эфирные создания приближались. Не меняясь в лице, Шэнь Цинцю принялся покачиваться им в такт, замедлив дыхание до предела.
Итак, познакомьтесь с самыми примитивными, и по совместительству наиболее часто встречающимися стражами Мавзолея: Незрячими остовами [5].
В глазах-то у этих созданий недостатка явно не было: бесчисленные зенки сплошь усеивали лица тварей – сущий кошмар трипофоба [6] – вот только толку от них было мало. Хоть эти недреманные стражи денно и нощно в буквальном смысле слова шатались по Священному мавзолею, их эффективность была крайне низка. Теснящиеся на лице большие глаза деградировали до крайности, реагируя лишь на свет – но зато это они делали в совершенстве, улавливая даже самый слабый отблеск.
Получив световой сигнал, из следующих друг за дружкой апатичных созданий они мигом преображались в жаждущих крови монстров. Однако Шэнь Цинцю опасался не их, а того, что последует за ними.
Стоило ему помыслить об этом, как один из Незрячих остовов подступил ближе. Шэнь Цинцю тотчас скользнул в сторону, и тут темноту неожиданно прорезала вспышка.
Ядовито-зеленый свет разгорался, превращая пещеру в гротескные декорации подводного царства. Незрячие остовы, которые уже собирались было пройти мимо, разом повернули головы, и с каждой из них на Шэнь Цинцю в упор уставилось четыре-пять пар огромных налитых кровью глаз.
Свеча последнего вздоха [7]!
Похоже, судьба твердо вознамерилась подносить ему холодный чайник [8] до скончания жизни!
Не теряя времени даром, Шэнь Цинцю в мгновение ока умчался в другой конец коридора, однако как бы он ни петлял, слабый зеленый свет неотрывно следовал за ним, не позволяя скрыться. Сколь бы быстрым он ни был, раздраженные светом Незрячие остовы были еще быстрее!
Не сбавляя темпа, Шэнь Цинцю отправил в полет нескольких Незрячих остовов, однако это ничуть не облегчило ситуацию. Свечи последнего вздоха подпитывались дыханием людей, так что их невозможно загасить, пока рядом остается хоть кто-то живой. Со стороны, возможно, это казалось простенькой видеоигрушкой: знай себе носись по лабиринту, подхватывая ништяки и избегая монстров, вот только самому игроку, засеченному Незрячими остовами, было отнюдь не весело. А как вы думали: куда бы он ни забился, не дышать он не может, а следовательно, и Свеча последнего вздоха от него не отцепится, а это, в свою очередь, означало безумную толпу озверевших фанатов в лице Незрячих остовов, вот только нужен им не автограф, а живая плоть. Лишь когда они до нее доберутся, зловещий свет погаснет. Воистину Свеча последнего вздоха – удачное название для этой штуковины!
Ну вот, пожалуйста – подтянувшиеся Незрячие остовы напрочь забили проход, подобно алчным туристам – и что прикажете делать дальше?
Покинув коридор, Шэнь Цинцю ввалился в просторный не без вкуса декорированный зал с высоким сводом, посередине которого на платформе покоился величественный гроб. Подскочив к нему, заклинатель попытался было приподнять крышку, но не преуспел. Тогда, запрыгнув на саркофаг, он ударил по крышке со всей силы – та отозвалась глухим звуком, но при этом не подалась ни на единый цунь: видимо, материал этого гроба был еще более капитальным, чем у того, в котором очнулся он сам. Подумав, что внутри этого ящика также может оказаться обитатель, Шэнь Цинцю тактично постучал по крышке:
– Эй, вы не прочь потесниться ненадолго?
Сказать по правде, он просто дурачился, меньше всего на свете ожидая услышать в ответ слегка насмешливое:
– Милости просим.
Голос явно доносился из гроба, однако звучал столь отчетливо, словно говорящий стоял рядом с ним.
Пресвятые помидоры [9]! Настоящий оживший труп!
Сковавший сердце Шэнь Цинцю первородный ужас не помешал ему, развернувшись, отшвырнуть ударом ноги нескольких устремившихся к гробу Незрячих остовов. Спрыгнув с крышки, заклинатель послал несколько взрывных импульсов прямиком в потолок – сверху посыпались камни. Чувствуя, что материал легко подается, Шэнь Цинцю возобновил удары: он рассчитывал, обрушив потолок на Незрячих остовов и этого жуткого живого мертвеца, под шумок смыться. Но в самый разгар его усилий по радикальной смене дизайна из-за стены раздалось зловещее шипение.
Примечания:
[1] Эта дичь – в оригинале 奇葩 (qípā) – в пер. с кит. «дивный цветок, выдающийся талант, чудак», иными словами, «подарочек» в ироническом смысле слова.
[2] Четыре цуня – цунь寸 (cùn) составляет 3,25 см., итого толщина стен – где-то 13 см.
[3] Священный мавзолей 圣陵 (Shèng líng) – Шэн лин – в букв. пер. с кит. «священный курган».
[4] Кипя от раздражения – в оригинале использовано сленговое выражение 蛋疼 (dànténg) «боль в яйцах» – о чем-либо, не соответствующем здравому смыслу.