Это повлекло за собой совершенно непредвиденную реакцию Ло Бинхэ: он, словно заворожённый, уставился на плечо учителя.
Поскольку Шэнь Цинцю недавно окатили ледяной водой, мокрая одежда и волосы всё ещё липли к снежно-белой плоти, на фоне которой красными нитями проступало вервие бессмертных. Хоть выражение лица мужчины оставалось столь же бесстрастным, было в его внешности что-то… сломленное.
Глаза Ло Бинхэ внезапно расширились. Он с усилием оторвал взгляд и резко отвернулся, отдёрнув руку, словно коснулся раскалённого железа.
Похоже, именно это движение паразиты в крови Шэнь Цинцю восприняли как сигнал к отступлению: пустившись врассыпную, словно перепуганные зверьки, они устранили мучительное ощущение застоя.
Шэнь Цинцю впервые за долгое время вздохнул с облегчением, столь отрадным, что на глазах выступили слёзы — к чертям это вервие!
«Как вообще работает этот ”Малый двигатель сюжета“? — невольно подивился он. — То, что одежду рвёт, это я уже понял — может, его стоило назвать: ”Малый инициатор стриптиза“? На чём он, интересно, основан — на природном отвращении главного героя к голому мужскому телу?»
Некоторое время Ло Бинхэ так и стоял спиной к нему в напряжённой позе, словно бы не зная, куда девать руки. Внезапно он с быстротой молнии сорвал с себя собственное верхнее платье и, не оборачиваясь, швырнул его в лицо Шэнь Цинцю.
«И что, скажите на милость, это значит?» — оторопел тот.
Эта сцена, этот жест… Почему это так его беспокоит? На ум невольно пришло сюжетное клише: «Парень накидывает куртку на измученную девушку, которую только что вырвал из лап злодея».
При этой мысли всё внутри Шэнь Цинцю похолодело, а волосы встали дыбом. Сделав лёгкое движение плечом, он позволил платью чернильного цвета соскользнуть на платформу.
Серебряная вышивка, словно живая, змеилась по тонкой опадающей ткани. Услышав шуршание, Ло Бинхэ оглянулся, чтобы увидеть своё одеяние на земле. Шэнь Цинцю даже осторожно подтолкнул его к ученику.
На самом деле, мужчина подумывал, не лучше ли было сложить одеяние — он так и не успел определиться с этим, когда Ло Бинхэ внезапно развернулся к нему. В угольно-чёрных глазах бушевало отражённое пламя факелов, на тыльной стороне кисти проступили вены — казалось, его ярость лишь разгорелась ещё пуще. Пару раз сжав и разжав пальцы, он сделал несколько стремительных выпадов, словно бы сбрасывая пар.
На самом деле он никуда особо не целился: пара ударов пришлась по озеру, вызвав несколько больших всплесков на расстоянии, ещё один достался стене, выбив здоровенную дыру — осколки камня так и брызнули, факелы осыпались в воду, продолжая гореть из-за странных свойств этого озера. Их падающий снизу свет бросал странные отблески на лицо Ло Бинхэ, превращая его в маску из резких теней и красноватого света.
— Я совсем забыл, что учитель ненавидит всё, чего коснулась грязная рука демона. —.медленно опустив руку, произнёс он.
Вы только поглядите на этого непревзойдённого главного героя, который только что учинил погром из-за какой-то высосанной из пальца ерунды, совершенно невзирая на урон, который это нанесёт его имиджу! И чем это отличается от капризного ребёнка, который швыряется кубиками? Определённо, главный герой не тянул на роль харизматичного лидера.
Прежде безупречно гладкие стены теперь испещряли выбоины и трещины — а всё потому, что Ло Бинхэ вожжа под хвост попала.
Обернувшись, он обнаружил, что Шэнь Цинцю обозревает всё это с видом безмятежного спокойствия, словно случайный наблюдатель. В затылке Ло Бинхэ застучало, и он прошипел, стиснув зубы:
— …Я и вправду хочу увидеть своими глазами, как через месяц от твоей хвалёной репутации не останется камня на камне, а сам ты будешь валяться в грязи, моля о прощении!
С этими словами он бросился вон с платформы. Проходя мимо, он что было сил двинул по механизму, и вода вновь заструилась с потолка. Шэнь Цинцю уселся на прежнее место, озираясь в полной растерянности. Нынче он пленник в безраздельной власти Ло Бинхэ, так чего ж тому ещё надо?
Примечания:
[1] До посинения — в оригинале 肠子悔青 , в пер. в кит. «до того, что внутренности позеленеют (или посинеют)».
[2] GALGAME (или сокращённо — glgm) — японская игра, где игрок встречается с привлекательными девушками, сопряжённая с частым выбором ответов из выпадающих списков.
[3] Его лицо потемнело — в оригинале 满脸黑线 , в пер. с кит. «чёрные линии по всему лицу».
[4] В китайском языке месячные обозначаются сочетанием иероглифов 大姨妈 (dà yímā), что в буквальном переводе означает «старшая тётушка» (старшая сестра матери).
Глава 39. Лабиринт Водной тюрьмы. Часть 3
Оставшегося в одиночестве Шэнь Цинцю захлестнули воспоминания. Несмотря на то, что до падения в Бесконечную бездну Ло Бинхэ никогда не выказывал своего бешеного нрава, то, с каким видом он убежал, когда учитель бросил наземь его одежду, чем-то напомнило того невинного барашка, которым когда-то был его ученик.
Внезапно мирно предающегося ностальгии Шэнь Цинцю охватило необоримое желание чихнуть. Мокрая одежда вовсе не защищала от стылого камня, так что ему оставалось лишь натянуть на себя черное одеяние Ло Бинхэ.
А что ему оставалось? В конце концов, что бы там ни навоображал себе Ло Бинхэ, нежелание Шэнь Цинцю надеть его одежду исходило вовсе не из ненависти к демонам – просто он не мог сделать этого перед учеником, и все тут.
Разве мог он забыть, как в оригинальном романе Ло Бинхэ всякий раз набрасывал свое одеяние на девушку после секса?
Принять этот жест значило пасть в его глазах так низко, насколько это вообще возможно!