[6] Свободен, как птица в небе, как рыба в море — поговорка 海阔天高任鸟飞 (Hǎi kuò tiān gāo rèn niǎo fēi) — в пер. с кит. «бескрайнее море для рыбы, безграничное небо для птицы».
[7] Папочка 老子 (lăozĭ) — так молодые люди фамильярно говорят о самих себе, как, например, у нас «старик». Так называют себя артисты бродячего театра. Также это имя древнекитайского философа Лао-цзы.
Глава 38. Лабиринт Водной тюрьмы. Часть 2
Вообще-то говоря, всей этой истории с городом Цзиньлань в оригинальном сюжете и в помине не было. Исходя из хронологии оригинальной книги, в это время Ло Бинхэ должен был всё ещё совершенствовать свои навыки в Царстве демонов, а Шэнь Цинцю ни сном, ни духом не ведать об ожидающей его зловещей участи. Однако Сян Тянь Да Фэйцзи сделал особый упор на одной вещи: с момента повторного появления Ло Бинхэ все убийства, заговоры и злодейства неизменно связывались с ним — с какой стороны ни посмотри, а наиболее очевидным подозреваемым всегда оставался Ло Бинхэ!
Заложив руки за спину, он с мрачным видом принялся мерить платформу шагами.
— Могу я спросить учителя, — внезапно остановившись, отрывисто бросил Ло Бинхэ, — он правда полагает, что все преступления и убийства, совершаемые демонами в Царстве людей — моих рук дело?
Шэнь Цинцю нахмурился.
Не получив ответа, Ло Бинхэ сжал кулаки.
— Когда-то ты мне верил, а теперь считаешь, будто всеми моими действиями движет злой умысел. Неужто разница между нашими расами столь велика, что в корне изменила твоё отношение ко мне?
— В таком случае, у меня к тебе тоже есть один вопрос, — не в силах молчать, решился заговорить Шэнь Цинцю.
— Этот ученик готов внимать со всем почтением, — склонил голову набок Ло Бинхэ.
— Если твоим внедрением во дворец Хуаньхуа руководил не злой умысел, то, позволь спросить, каковы же были твои истинные мотивы?
И какого чёрта герой творит бог знает что, наплевав на основную сюжетную линию? Сполна настрадавшись и от Системы, и от этой бедовой книжонки, Шэнь Цинцю был просто обязан задать этот вопрос — хотя бы самому себе.
Казалось, эти слова порядком озадачили Ло Бинхэ — его губы зашевелились, будто он пытался что-то сказать, но в итоге предпочёл промолчать.
— Не можешь ответить? — вполне искренне удивился Шэнь Цинцю.
Что случилось с самоуверенностью главного героя, который сумел покорить хребет Цанцюн одной силой своего красноречия? Быть может, это тоже последствия «ускоренной программы» обучения в Царстве демонов? Очков убедительности-то явный недобор…
— Учитель всё равно мне не поверит, — наконец нехотя отозвался Ло Бинхэ. — Так что какая разница, что я скажу?
Пламя факелов затрепетало, рассыпая блики по взволновавшейся поверхности воды, и Шэнь Цинцю содрогнулся вместе с ними.
На некоторое время вновь воцарилась тишина, но на сей раз её нарушил Ло Бинхэ:
— Но я надеюсь, что учитель даст мне искренний ответ на один вопрос. — Поджав губы, он напряжённо повторил: — Один-единственный вопрос.
— Говори, — бросил Шэнь Цинцю.
Сделав медленный вдох, Ло Бинхэ прошептал:
— Ты сожалеешь об этом?
Шэнь Цинцю сомкнул губы, меряя Ло Бинхэ опасливым взглядом. Пусть то, о чём он, собственно, должен сожалеть, не прозвучало, для него это было яснее ясного: о том, что он сбросил ученика в Бесконечную бездну.
«Ты даже не можешь представить себе, насколько». Разумеется, жалеет до посинения [1]! Но сейчас главное понять: с какой целью Ло Бинхэ задал этот вопрос?
В висках Шэнь Цинцю запульсировало, и внезапно перед его глазами вспыхнуло гигантское диалоговое окно.
[Пожалуйста, выберите ответ из следующих опций:
А: Я сожалею. Учитель глубоко сожалеет об этом с того самого дня. За истекшие года не было ни единого мгновения, когда бы я не сокрушался об этом.
В: (злобно усмехаясь) Видя, во что ты превратился, я ничуть об этом не сожалею!
C: Промолчать.]