-— Мне это ничего не говорит.
-— Леш, -— начала Алиса, -— У каждого перерожденного некроманта есть доступ в мертвый мир. Там мы — под защитой, там — есть знания, забытые предки, и знания, которыми мы напитываемся, возвращаясь сюда.
-— Так и херли вы там не остались? Раз там прокачиваете свои способности?
На меня посмотрели, как на полного идиота.
-— Нельзя там долго находиться, ибо можно забыть дорогу назад, как и себя. Поэтому, многие некроманты после объявленной охоты на них — канули в небытие, позабыв себя и живой мир.
Немного, но мне стало понятно. Мы вернулись к рассказу Марго-Анны.
В общем, каждый день она упражнялась, тренировалась и исследовала свои возможности.
Но самое трудное было не усвоить все техники и заклинания, а привыкнуть к новым чувствам и энергии, которые проникли в нее. Она чувствовала, как магия проникает в каждую клеточку ее тела, изменяя ее саму. Было страшно и одновременно восхитительно ощущать такую мощь внутри себя.
Время, которое она провела в раздумьях и тренировках, позволило ей осознать свою силу и научиться контролировать ее. Она поняла, что эта магия предназначена не только для поднятия мертвых, но и для отгона самой смерти.
Тут, я не выдержал.
-— Ну, допустим, ты можешь забрать болезнь, трансформировать ее во что-то иное, и спасти человека. Также, можешь убить его. Так, почему некроманты этим и не занялись? Спасли бы свою задницу от Святой Инквизиции, не прятались бы по норам. Прослыли бы мировыми лекарями от всех болезней.
-— Такая магия — считается высшей. Из всех известных некромантов живущих в живом мире — только Посошков может дуновением оживить и умерщвлять существо. Ты не представляешь, сколько ты энергии через себя пропускаешь при подобном процессе. И он — закономерен. Нужна…
-— Жертва, -— догадался я, -— Оживляешь одного — убиваешь другого.
-— Именно.
-— А если…
На меня шикнули, я понурил плечи, и с недовольной мордой слушал дальше.
Все это время, пока она училась и открывала новые горизонты, она не могла поддерживать связь со мной. Она была поглощена своими изысканиями и открытиями.
Закончился разговор на том, что я — стал сильнее и бла-бла-бла. Мол, меня можно начинать учить. Мне даже не дали ничего сказать про древнего, ибо Анна — не затыкалась.
На очередное возмущение, она снова шикнула, глядя на меня усталым, но серьезным взглядом. Цокнул языком, и продолжил слушать.
Она объяснила, что некромантия — это искусство управления жизнью и смертью, воскрешения мертвых и общения с духами. Это древняя практика, изначально привлекавшая магов, желающих получить бесценные знания и власть над жизнью и смертью.
И требует огромных жертв и непоправимых последствий. Маг, практикующий некромантию, должен быть готов к тому, что его действия могут привести к разрушению жизни других людей и душевному разложению своей собственной души.
-— Я этого не боюсь. — сухо сказал я.
-— Тебе же лучше, -— ответила за Анну Алиса.
Она рассказала мне о том, какие навыки и знания необходимы для практики некромантии. Маг должен быть сильным владыкой элемента смерти, способным вызывать и управлять духами мертвых. Он должен обладать знаниями о ритуалах и заклинаниях, и повторила, что способных воскрешать мертвых или удерживать души в Астральном мире — единицы. И отныне — она среди них.
-— Некромантия требует от мага глубокого понимания жизни и смерти, а также этики. Воскрешение мертвых может быть соблазнительным, но его следует использовать с осторожностью и только в самых крайних случаях. Любое нарушение этой этической нормы может привести к непоправимым последствиям и наказанию со стороны природы.
-— То есть, ты думаешь, что я тоже овладею этой техникой, как и ты?
-— Без артефакта то? — она задумалась, и внимательно на меня посмотрела, -— Ну, сердце твое — мертво, и ему придется умереть еще раз, но по-другому. Так что да. Ты — сможешь. Но не сейчас.
«Оп-па… То есть, она все и так поняла?»
-— По свое сердце — объяснишь потом. — сухо приметила она.
«Нихера не знает.»