Дворянство. Том II. Ступай во тьму: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Елена села на предложенное место, чинно, положив руки на стол, приняв образ примерной школьницы перед строгим учителем.

- Почему я не должен тебя убить? – спросил барон, уставившись ей прямо в глаза.

Елена с трудом удержалась от того, чтобы нервно сглотнуть, ответила столь же прямым взглядом.

- Если вы того желаете… - она подбирала фразы очень тщательно, бросая их словно камни в навозную жижу, чтобы не дай бог, не брызнуло. – Могу я хотя бы узнать причину?

- Границы моего терпения широки, - сообщил барон. – Очень широки. Особенно когда речь идет о наследниках. Но твоя связь с моей супругой лежит слишком близко к этим границам. Пожалуй, она даже попадает в область злоупотребления моим доверием.

Вот это номер, подумала Елена, преодолевая ошеломление. Прилагаешь тут прорву сил, закаляешь выдержку суровым воздержанием, чтобы не дать повода слухам. А тебя уже записали в любовницы благородной супруги. Ну и где после этого справедливость в мире?

Барон сделал глоток, слишком долгий и глубокий для простого смакования. Отставил пустой бокал и задумчиво проговорил:

- Поэтому я все чаще задаюсь простым вопросом. Зачем ты нужна в этом доме? И зачем ты нужна в спальне моей жены?

Елена хотела бы тщательно обдумать ответ, но роскошь долгой паузы она, судя по кислой мине Теобальда, позволить себе не могла. Вопрос явно не относился к риторическим и требовал отклика, причем быстро и убедительно. Проще всего было уйти в отрицание, тем более справедливое, однако… поддатого барона вряд ли удастся переубедить честным благородным словом. Елена выдохнула. Села удобнее, сложив пальцы в замок. Сосредоточилась на подбородке Теобальда, чтобы взгляд не казался подобострастным, однако и не бросал вызов.

- Ваша милость, во-первых любезная баронесса Аргрефф счастлива и довольна жизнью. А счастье и доброе самочувствие матери есть один из вернейших залогов здорового потомства.

На лице Теобальда не отразилось ничего, он по-прежнему смотрел куда-то правее собеседницы, едва заметно выстукивая кончиками пальцев по столу. Бриллиант в серьге невольно притягивал взгляд, собирая неяркий свет десятка свечей.

- Во-вторых, со мной любезной баронессе не угрожают никакие слухи, а также сопутствующие… неприятности.

Она сразу поняла, что это был скверный заход. Барон поджал губы и стиснул кулак – дурной знак. Ну да, она же уязвила его мужскую гордость, предположила саму возможность того, что супруга может глянуть куда-нибудь в сторону.

- И это все? - саркастически осведомился Теобальд.

- О, нет.

Елена искренне хотела пробежать по тонкой границе между правдой и … скажем так, полуправдой. Чтобы сохранить честность и в то же время не разубеждать барона в его нездоровой уверенности. Но, кажется, благие намерения пошли по звезде. Видимо придется банковать.

- В-третьих…

«Господи, спаси и помилуй!»

- … Наша интрига не возымеет последствий. Никаких. Я не жду привилегий, не рассчитываю на вашу протекцию, не хочу войти в… более высокий круг через рекомендации. Не будет подмигиваний за спиной, слухов и прочих неприятностей, кои проистекают от соблазнения чужих жен… недоброжелательными мужами.

Губы Теобальда поползли в стороны как-то разнонаправленно. Его странную ухмылку можно было истолковать по-всякому, от иронического понимания до злобной гримасы.

- И последнее. Ваша очаров… добрейшая супруга всегда находится под присмотром хорошего лекаря. Привязанного не только звоном серебра, но и вполне искренней привязанностью.

Привязанного… привязанностью. Ульпиан не одобрил бы, скверно прозвучало. Но переговорить сказанное уже не выйдет. Елена отчетливо сознавала, что позиция у нее вышла очень и очень шаткая. Начиная с того, что добрую половину дня она обычно пропадает у глоссатора, так что «всегда» - уже неправда. Но… уж как получилось. В конце концов, Теобальд знал, что Елена довольно-таки неплохо фехтует, и если бы вялый аристократ действительно желал ее прищучить, то уже звал бы слуг.

И, понимая, что ситуация балансирует на краю, Елена решила рискнуть. Хотя, наверное, правильнее было бы сказать - ей опять нашептал на ухо злой демоненок, чьи происки уже не раз провоцировали всяческие непростые ситуации в ее жизни.

- Ваша милость, у Дессоль страстная, энергичная натура. В ней сильна искра жизни. Она стремится гореть ярко, освещая все кругом. А вы… А вы пренебрегаете ее… искрой. От этого происходят печаль, меланхолия и недовольство жизнью. Если бы вы соизволили вернуть жене свою милость… опять согрели бы совместную постель…

«Да, да, чертов кретин и бледный тюфяк, возвращайся в постель к красавице жене и избавь меня хотя от этой проблемы!!! А также искушения»

Елена демонстративно оглянулась, проверяя, не затаились ли в тенях подслушивающие слуги. Чуть наклонилась вперед, чтобы это выглядело не проявлением панибратства, но исключительно как желание сообщить нечто серьезное.

- Да, когда срок уже настолько велик, сношения не рекомендуются. Но… есть иные способы, вполне приятственные для обеих сторон. Я слышала о них и могла бы…

Она многозначительно умолкла. В эти минуты Елена отчетливо поняла, что должен чувствовать эквилибрист, жонглирующий факелами под куполом цирка без страховки на горящем велосипеде.

«Да я просто эпический сексопатолог! Пора открывать кабинет семейной консультации. Только для дворян чином от барона и гильдейских купцов. Очень дорого»

Теобальд молчал, уставившись на Елену, как злобная сова. Женщина с уже привычной холодной отстраненностью подумала, что, если все пойдет совсем плохо, она дотянется до барона в одно движение. Плохо то, что вряд ли удастся сработать бесшумно. Убивать ножом легко, особенно если от тебя этого не ждут. А вот убивать ножом быстро и главное тихо… это задача иного толка. Шарлей, Раньян, Фигуэредо… Пантин - у них получилось бы. А у нее - вряд ли. Будет шум и, скорее всего, крик. Но идти в тюрьму и тем более на плаху Елена не собиралась. Жаль, но Ойкумена как-нибудь перебедует и без медицинской революции. Спутников тоже очень жаль, но такова суровая правда жизни.