— И я должен в это поверить? Ты дядя, типа отец я?
— Я в отличие от тебя анализов не подделываю.
Брат бьет кулаком по бильярдному столу:
— Конечно, ты же у нас весь такой правильный, честный. Изменять Ире не будешь.
Снова стараюсь дышать ровно и не поддаваться на его провокации:
— Послушай, я говорил с врачом, ты можешь перепроверить результаты, но лучше сразу прими факт: да, случилось чудо, хоть и не могло. Врач сказал, что в зрелом возрасте число твоих сперматозоидов могло увеличиться, к тому же Виолетта молода и плодовита, или вы так с ней совместимы. Не знаю, но ребёнок твой. И возможно, это твой единственный шанс стать отцом. Оставь Иру в покое, направь своё внимание на Виолетту, она ждёт твоего ребёнка.
Вроде все сказал, собираюсь уйти.
— Ты прав, надо это остановить. Тебе лучше поторопиться домой, а то там тебя ждёт мой подарочек.
— Какой подарочек?
— Шлюху тебе заказал, чтоб отпраздновал развод как следует.
— Ты козел, Андрей, — говорю брату и быстро выбегаю за дверь.
Бегу мимо мамы, лишь на ходу машу ей рукой.
— Что случилось? — кричит мне вдогонку. Некогда мне отвечать.
Она, наверное, перепугается, но меня в данную минуту это не беспокоит. Лишь бы Ира не поняла все неправильно, не накрутила бы себя и не разволновалась бы от выходки Андрея.
Глава 34. Прошлое неважно
Ирина
Я смотрю в глазок: девушки там больше нет. Ушла, уже хорошо. Пиликает телефон, иду в другую комнату. Нахожу телефон, смотрю на дисплей: сообщение от Андрея, фотографии.
Первое желание — просто удалить, не открывая. Вряд ли там что-то хорошее? Смотреть на его фотографии с другими мне не надо. Но потом возникает любопытство: сегодня день, когда мы перестали быть мужем и женой, может, Андрей решил прислать мне открытку?
Глупо, очень глупо, но я открываю сообщение.
Вижу фотографии Платона с другими девушками. Довольно обычные, ничего такого: вот на одной он сидит, наверное, где-то на празднике и приобнимает девушку за талию, улыбается. На другой тоже что-то похожее. Невинно и просто: даже на некоторых непонятно, в каких отношениях они состоят: дружеских или романтических. Но в сердце все равно что-то щемит.
Приписка: «Вот собрал тебе коллекцию предыдущих девушек, не думай, что ты у него первая и последняя».
Надо ему ответить что-то едкое, пишу сообщение:
«Самое главное, что я не твоя больше…». Стираю, пишу снова «Да пошёл ты». Снова стираю.
«Я буду последней в этой коллекции». Блин, тоже не то.
Ничего не отвечаю, блокирую его номер, удаляю сообщение.
Ну, когда же он меня оставит в покое, неужели так сложно?
Скоро придёт Платон, мне надо успокоиться, иначе Андрей добьётся своего: мы поругаемся из-за какой-то ерунды.
Ну да, конечно, у него были девушки, я это, итак, знала. Ну и что, что на тех фотографиях он выглядит довольно счастливым, сейчас-то ему нравлюсь я. Прошлое совсем неважно — у меня так вообще за плечами неудавшийся брак с его братом. И что?
Такими мыслями я себя постепенно привела в норму, и когда Платон открыл дверь, я уже была спокойна. Только вот он был какой-то встревоженный.
— Ты чего тут сидишь в темноте? — спрашивает.