— Ладно, кто ты такой, как попал в бутылку и что у тебя есть? — перешел к делу волшебник.
Ответа не последовало. Лишь презрение к жалкому смертному. Это не он купил его, демон знал.
— Тебя купил мой фамиллиар, так что это все равно что я.
Демон угрюмо молчал. Несговорчивый типчик.
Ничего, заговорит, если хочет когда-нибудь покинуть бутылку. За него двести орбов плачены, так что «спасибо» не отделается.
Лахджа и Астрид вернулись довольно быстро. Бумажный Вепрь — это Доктадис, Ученый День. Да, во всех школах начинаются занятия, но именно сегодня они чисто номинальные. Уроков как таковых не было, а было только торжество, куча горланящих детей, угощение, воздушные шарики и знакомство с классной наставницей, так что Астрид вернулась домой предовольная, ошибочно полагая, что вот так теперь будет каждый день.
— Меня попросили первое время ее провожать, — сказала Лахджа, входя в кабинет и беря бутылку. — А то она демоненок, мало ли… Так, этот сказал что-нибудь?.. Послушай, парень…
— Не говори с ним, — потребовал Майно.
— Почему?!
— Ну есть у меня мыслишки, почему ты его купила, — закинул ногу на ногу Майно.
Лахджа уставилась на него, как на вонючий сорняк. Долго смотрела, ни разу не моргнув. Муж выдержал ее взгляд и холодно сказал:
— Лахджа, я все-таки не Хальтрекарок. У меня всего одна жена и другой не будет. Я с тобой навсегда связан.
— Поэтому ты так зол? — догадалась Лахджа. — Не из-за денег?
— И из-за денег. Он не стоит двести орбов! Это совершенно бесполезная покупка! Думаешь, твои братья и сестры тебе за это гостинцев пришлют?
— А кто говорил, что я это делаю ради гостинцев? Можно заключить договор. У меня будет свой агент в Паргороне. Будет присылать мне весточки.
— Это рядовой фархеррим, — забрал у нее бутылку Дегатти.
— Но он может находиться в Паргороне — а я нет, — выхватила ее назад Лахджа.
— К нам Совнар все время на чай захаживает! Он банкир, он может куда больше!
— Я не могу приказывать Совнару! Дай выпустить брата!
— Бра-а-ата?!
Драка за бутылку перешла в активную фазу. Но они просто толкались и пихались — Лахджа не метаморфировалась, а Майно не применял фамиллиарный контроль.
Если начать конфликт всерьез, то это может стать концом семейной жизни. Из любящих, хотя и временами ссорящихся супругов они действительно превратятся в волшебника и фамиллиара. Ненавидящих друг друга, но при этом скованных незримой цепью хозяина и раба.
— Что ты обо мне думаешь?! — возмутилась демоница. — Думаешь, я просто купила первого попавшегося фархеррима, потому что мне нестерпимо хочется мужика своего вида?!
От Дегатти пошла волна стыда. Все еще смешанного с подозрением, но стыда.
— Ты переверни ситуацию! — мстительно продолжила Лахджа. — Представь, что ты, человек, живешь в мире демонов! Ты что, притащишь домой первую попавшуюся тетку просто потому, что она тоже человек?!
— Мой отец бы так и сделал, — огрызнулся Майно, но уже только чтобы оставить за собой последнее слово.
Но потом он представил себе эту картину и не сумел сдержать улыбки. Лахджа тоже ухмыльнулась. Лед был растоплен.
— Это хорошая покупка, — уже спокойно сказала Лахджа. — Нам пригодится кто-то не враждебный, кто время от времени сможет оказывать нам услуги. Чтобы не приходилось его умолять, как Совнара. Сейчас я помирилась с родней — но мало ли что они потом замыслят? А так я всегда буду в курсе, что у них происходит.
— Сомневаюсь, что тебе это будет полезно. Самое важное все равно знают только апостолы, а этот точно не из их числа.
— Кроме того, он сможет доставлять мне из Паргорона… некоторые вещи. То, о чем я бы не посмела просить Совнара. Ну пожалуйста!..