— Лахджа, мы просто гуляем и разговариваем, — заверил бушук. — Как ты от меня спряталась?
— У фамиллиарства есть свои преимущества, — отказалась раскрывать карты Лахджа. — А тему не меняй. Что ты знаешь о моей дочери?
— Да, тё ты знаес? — спросила Вероника.
— Что ребенка с таким большим талантом должны взять на воспитание истинные повелители колдовства.
— Я не отдам дочь бушукам.
— Лахджа, я твой друг, а Паргорон — твой дом. Почему ты так противишься?
— Потому что твой второй господин стоит на низком старте, ожидая, когда я пересеку границу. В Паргороне меня сразу выпотрошат. И я не отдам дочь туда, где не смогу ее навещать.
— То есть дело только в этом?
— Ну… и муж против.
— Я против, — вылез из кустов и Майно.
— А ты как от меня спрятался? — еще сильнее насторожился Совнар.
Он не начинал серьезного разговора, пока они с девочками не покинули территорию поместья. Прекрасно знал о Ме Землевладельца, и что у Лахджи здесь почти что гхьет. Но коварный смертный колдун с его демонической рабыней все-таки как-то сумели подобраться так, чтобы Совнар не заметил… а ведь это всегда была его прерогатива!
— Ладно, Лахджа, давай начистоту, — сказал старый банкир. — Рассказывай, что творится с твоей младшенькой.
— Ничего особенного, Совнар, — улыбнулась Лахджа. — Ты меня спрашиваешь о внутрисемейных делах — разве это красиво?
— Лахджа, дорогая моя Лахджа, — подошел поближе Совнар. — Мне всегда хотелось считать тебя частью моей семьи. А меня — вашей. Я же вам не чужой.
— А что конкретно тебе сказал Фурундарок? — осведомился Дегатти.
— Довольно странные вещи, — уклонился от ответа Совнар. — Безумные. Я бы не поверил, если бы не знал, насколько мой господин не склонен к фантазиям. Он на редкость здравомыслящий демон.
— Это было просто недоразумение, — сказала Лахджа. — Дети нашли какой-то артефакт… одноразовый… И вот так, случайно…
— Лахджа, я еще в тот раз забрал у тебя Часы Правдивых Глаз, — напомнил Совнар. — Не лги мне так нагло. Ты хочешь, чтобы я продолжал тебе помогать и хорошо к тебе относиться?
Лахджа и Майно стремительно обменивались мыслями. Астрид подозрительно косилась на котю Соню, прикрывая собой Веронику. Из гущи ветвей снова высунулась рожица лесовичка.
Он все равно рано или поздно узнает. Он теперь будет вынюхивать. А Вероника все чаще делает… штуку.
Да и это уже секрет Полишинеля. Вератор знает. Мэтр Паганотти знает. Фурундарок знает. Еще… кто там еще знает?..
А через несколько лет так или иначе узнают все. Когда она поступит в КА.
Тем временем Веронике стало скучно. Она выглянула из-за Астрид и спросила:
— Ма-ам, а када дамой? Я кусять хотю… и на гойсёк.
— Сейчас, ежевичка, дядя Совнар пойдет домой, и мы тоже пойдем, — рассеянно сказала Лахджа.
Вероника устало вздохнула, шагнула к Совнару и сказала:
— Ухади, позялюста.
И Совнар пропал. Прежде, чем кто-либо, в том числе он сам, успел что-то сказать, рыжий кот растворился в воздухе.
Майно крякнул. Лахджа выпучила глаза, проводя руками по лицу. Астрид издала неопределенный звук и уставилась на сестру.