– Не думаю, что мой визит Вас порадует.
И сделав секундную паузу, добила окончательно:
– Разве может обрадовать приезд той, которая собралась уничтожить Ваш род?
Рудова–старшая побледнела, на лице выражение растерянности уступило место явному испугу, а младшая, издав полувсхлип–полувздох даже отшатнулась немного назад, а бокал с шампанским безвольно повис в её руке, проливая содержимое прямо ей на платье, но она этого даже не заметила.
Честно, мне стало их жалко. Стояли, никого не трогали, радовались празднику, и тут им заявляют, что условно завтра их придут убивать. Вот вы бы как себя чувствовали?
Тут Наталья, нервно сглотнув и справившись с волнением, с максимальным уважением и медленно подбирая слова, спросила:
– Простите, княгиня, но мне непонятно, чем мы заслужили Ваш гнев? Мы не враги Вам и никогда не играли на таком высоком уровне, чтобы где-то перейти Вам дорогу.
– А вы и не переходили, – зло усмехнулась Ольга, – вы просто совершили ошибку, перейдя под крыло клана Шереметьевых накануне его войнысо мной.
Мать и дочь вновь растерянно переглянулись, и голос подала уже Анна:
– Но вы же не враждуете? – скорее прошептала она свой вопрос.
Ольга смерила бедную девочку таким презрительным взглядом, что та, судя по её виду, готова была провалиться прямо сквозь мраморный пол.
– Это они вам так сказали? – язвительно спросила Ольга. – Или, – перевела она взгляд на Наталью, – это ваша СБ так работает?
Рудовы снова растерянно переглянулись, а Ольга по-прежнему холодным тоном, чеканя слова, проговорила:
– Три недели назад мы подали в императорскую канцелярию претензию. О неправомерности захвата одной нефтяной компании в Казахской губернии кланом Шереметьевых. Две недели назад нам ответили: "Разбирайтесь сами". Как разбираются кланы, думаю, Вам рассказывать не надо?
Последнюю фразу Ольга произнесла с явной насмешкой.
Здесь надо бы сделать небольшое отступление. Императорская канцелярия – это бюрократический аппарат, по сути ничего не решающий, а всего лишь фиксирующий то или иное изменение в составе клана или намерение этих кланов повоевать друг с другом. Отправка претензий сделана для того, чтобы императрица была в курсе всех важных дел внутри страны. И если бы вдруг собравшиеся воевать кланы как-нибудь задевали национальные интересы или интересы императорского клана, то в этом случае глав кланов обязательно пригласили бы на аудиенцию к монаршей особе. Очень редко, но и такое случается. По большому счету, ни один монарх в мире не станет постоянно лезть в межклановые разборки, особенно в разборки крупных кланов. Что же касаемо процедуры вступления нового рода в какой-нибудь клан, то после принесения друг другу клятв на верность, защиту и взаимопомощь в императорскую канцелярию отправляется уведомление об изменении состава клана. И на этом все. Императрица никак не влияет в этом вопросе на желания клана или рода. Вот в принципе и все, что я успел узнать о работе этого органа.
– Мы этого не знали, – произнесла Наталья с явным волнением в голосе, – ни наша СБ, ни Шереметьевы ничего нам не сказали.
– Ну вот видите, какая я молодец, – уже без насмешки, просто прохладно, сказала Ольга. – Теперь вы в курсе всех раскладов, и я честно вас предупредила.
– Д–да, – слегка запинаясь, сказала Наталья. – Благодарю Вас, – добавила она, кивнув головой.
Ольга же, не глядя, сделала полшага назад, снова взяла меня под руку и посмотрела в сторону сцены, всем своим видом демонстрируя полное отсутствие интереса к дальнейшему разговору.
Вяземская тоже выглядела немного ошарашенной прошедшим разговором и явно не знала, как реагировать. Её можно было понять, с одной стороны, Ольга, как глава союзного клана, с другой гость, которому только что открытым текстом объявили войну.
– Ты не говорила, что Рудовы теперь у Шереметьевых, – сказала Владислава, – да и не помню я таких изменений в последнем реестре кланов.
– Неделю, – тихо проговорила Наталья, – Неделю назад принесли совместную клятву.
Потом резко вскинула голову и встревоженно спросила:
– Ваш клан, что, тоже враждует с Шереметьевыми?
Владислава отрицательно покачала головой. И ровным голосом ответила:
– Мы с Ольгой союзники, и если она попросит, мы поможем.
Рудова на это подняла глаза к небесам, молчаливо вопрошая их, за что ей такое наказание, и в отчаянии махнув рукой, мрачно уставилась в узор на мраморном полу. Анна, кстати, уже давно замерла в такой же позе.
И тут я решил вмешаться.
– Скажите, пожалуйста, в свете открывшихся событий, с учетом явного сговора главы вашей СБ и клана Шереметьевых, подставивших вас, разве вы не можете разорвать клятву?