Страха от него больше не ощущалось, и за это я его даже немного зауважал, признавая в нем силу главы клана. Со стороны лис не последовало никакой эмоциональной реакции, но я был уверен, что в их душах царило веселье, скрытое за серьезными каменными лицами.
— Мы получили вашу претензию, альфа Райдзен, — четко соблюдая протокол, обратился в главе стаи волколаков глава Якан, — и прибыли урегулировать вопрос по поводу загрязнения ваших вод. Я глава Волуарского логова, это мой сын Ичиро и представитель старейшин Акайо.
Его глаза прищурились, став еще более узкими и скрывая за веками истинные эмоции их обладателя. Не один я заметил, что он опустил все регалии, и это не понравилось Титусу, хотя прав на недовольство у него сейчас не было. Он поморщился, когда услышал слово логово, не до конца принимая различия между волколаками, вербэрами и кицунэ, считая наш волчий род выше по положению.
По напряжению, сквозившему в мужских мышцах, несложно было догадаться, как его напрягало присутствие Акайо, который не спешил показывать свое лицо. Более чем уверен, благодаря циркулирующей в крови энергии убитого нагваля Титус ощущал некое родство с ним, но силу приобрел насильственным путем, и многих нюансов не понимал.
— Неожиданно, я уже думал, придется решать всё через Совет Права, — напряженно произнес медленным тоном Райдзен и кинул взгляд на архея.
На секунду воцарилась тишина. И если альфа осмысливал происходящее, то вот Титус с интересом наблюдал за мимикой незваных гостей.
— Видимо, совсем недавно подали заявку, наш Сейм-Тен-О претензий от ваших археев не получал, — насмешливо вклинился в разговор Акайо. В его голосе сквозили превосходство и ехидство, которые он не пытался скрыть.
Титус заскрежетал зубами, ведь камень полетел в подвластную ему территорию.
— Советую проверить своих подчиненных. Я прибыл в клан как раз от имени Совета Права, уполномоченный решать вопрос по претензии клана Райдзена в отношении ваших грязных вод.
Формулировка, которую применил в переговорах Титус, была грубой и незамысловатой, но его, видимо, задело не боголепное отношение кицунэ к своей персоне, раз он позволил себе выйти за рамки дипломатии и применить язвительные фразы, уподобляясь уровню низших слоев населения.
По губам Даичи скользнула ничего не значащая вежливая улыбка, но за ней скрывались недюжинный ум и хитрость, позволившие ему когда-то занять место главы логова, так что на месте волколаков я бы не был столь самонадеян и разнуздан в оскорблениях.
— Что ж, для этого мы и прибыли в ваш клан, — произнес спокойно, ничего не говорило о том, задело ли его оскорбление. Ладонь его дернулась, останавливая от вспышки гнева Ичиро, который был вынужден подчиниться главе рода.
Молодой, импульсивный, он готов был вгрызаться в глотки тех, кто смел открывать рот на Якан и его семью. Ничего, поднатореет еще и научится уничтожать чужаков не кулаками, а словами и действиями. Пример в виде отца, который мог выжидать нужного момента годами — лучший учитель в науке истинной силы.
В этот момент я сделал шаг вперед, выходя из тени и показываясь на глаза кицунэ.
— Акайо, — кивнул одному из членов Сейм-Тен-О, самому неуловимому и скрытному, — давно не виделись.
Рассекретил имя незнакомца, ощущая, как сгустился вокруг нас воздух. Имя показалось волколакам знакомым. Райдзен подавил желание отшатнуться, а вот Титусу хватило выдержки не показывать своего страха.
— Я уже успел забыть твое лицо, Айвен, — ухмыльнулся Акайо и поднял голову, снимая с лица мэнгу. — Много лет прошло с нашей прошлой встречи.
Его левый глаз пересекал белесый шрам, оставшийся после битвы с диким змеелюдом на юге в те времена, когда между нашими народами царила война. Нагваль мог в любой момент излечиться, но раны оставалась для многих из нас напоминанием, что смотреть в оба нужно всегда. Охрана у блок-поста зашушукалась и всполошилась, узнавая кицунэ, а затем они шепотом заговорили между собой, пока Титус не кинул на них уничижающий ледяной взгляд, заставивший их замолчать. Архей и альфа переглянулись между собой, о чем-то договариваясь, а затем слово взял альфа.
— Нам будет лучше переговорить в моем кабинете. Вдали от посторонних глаз, — напряженно вглядываясь за спины мужчин-лис, Райдзен с опаской косился на кроны деревьев, которые могли скрывать за собой приведенную мини-армию. От него не ускользнуло, как незаметно растворились двое сопровождающих, вот только он зря беспокоился, позади гостей более никого не было.
Я еле сдержался, чтобы ядовито не рассмеяться над неправильным страхом альфы, ведь эта троица с лихвой бы заменила роту Теней, подчиняющихся архею Титусу.
Даичи кивнул, давая отмашку своим сопровождающим, и они двинулись вперед, приближаясь к нам на расстояние вытянутой руки.
— Я ведь здесь больше не нужен? Как вы и предлагали, начну проверку стаи, — оскалился, оборачиваясь к Титусу и глядя ему в лицо с вызовом.
Он стиснул челюсти и недовольно сверкнул глазами, но сделанного предложения не воротишь, особенно на границе владений при опасных гостях. Если со мной они могли бы справиться, взяв численностью, то вот с еще одним нагвалем и двумя неизвестной силы представителями клана Якан дело осложнялось в несколько раз. На секунду мне показалось, словно архей сорвется, но лицо его стало вдруг безразличной маской, а ответом мне послужил последовавший за этим кивок.
— Как я уже сказал ранее, нам нечего скрывать, весь клан к вашим услугам, — ответил вслух, а затем тихо добавил, — но о дочери моей думать не смей. Ты, Айвен, может и нагваль, но и я не рядовой волколак, чтобы ты мог безнаказанно претендовать на мое.
Ярость от его слов забурлила в крови моментально, но я усилием воли сдержался, расслабленно продолжая стоять напротив. Краем глаза подметил, что Райдзен в это время подсел на уши гостям, отвлекая их внимание на проблемы водного загрязнения.
— Время покажет, Титус, — холодно улыбнулся члену Совета Права. — Волколак может обладать любыми регалиями и властью, но кто он таков, чтобы идти против закона природы и Уложения? Это наши устои, и не нам их менять. Играть с правилами иной раз может быть опасно для жизни.
— Это угроза? — прищурился архей и процедил. От переизбытка негативных эмоций его челюсть выдвинулась вперед, а верхние резцы слегка удлинились, говоря о потере им контроля над своим зверем.
— Это совет, — дернул губой, ощериваясь и демонстрируя длину собственных клыков, — от старшего поколения к младшему.
Последние мои слова покоробили его, но сказать ему на это было нечего. Сейчас мы с ним действовали на одном поле — каждый в своих интересах.
— Не переживай, нагваль, я опытный игрок, — улыбнулся Титус, а в глазах продолжал царить холод.