— Я нашел его! — крикнул кто-то сверху, и через мгновения рядом с Богданом стоял мужчина в военной одежде, но без знаков отличия. Он подхватил Богдана, тут же снял с себя куртку и накинул ее Богдану на плечи. Рядом появились еще двое мужчин.
— Надо его поднимать, парню совсем плохо. Видимых повреждений вроде нет, но у него явное переохлаждение. Быстрее будет отвезти его в больницу, чем ждать скорую.
Следующее, что запомнил Богдан — Женя, стоящий около вертолета и с волнением смотрящий на него.
— Держись, парень, скоро будем в больнице, — сказал он, и Богдан удивился — неужели Женя беспокоился о нем? Он-то думал, что тот рассердился на него навсегда.
Что было дальше, Богдан помнил плохо. Он периодически выплывал из бессознательного состояния, и снова погружался в него. Вот его куда-то везут на каталке, над ним — яркие лампы, от которых слезятся глаза. Вот он лежит на высокой кровати, в руке — игла капельницы, в носу какие-то трубки. Тяжело дышать, но голова уже не разрывается от боли, осталась лишь постоянная тупая боль, которую вполне можно терпеть. Богдан хочет пить, но не может сказать ни слова. Горло словно горит огнем. Он закрывает глаза и снова погружается в сон.
Открыв глаза в следующий раз, он увидел рядом с собой маму. Она сидела в кресле рядом с его кроватью. У нее был усталый вид и заплаканные глаза. «Почему она плачет, со мной ведь все в порядке», — подумал Богдан. — «Может быть случилось еще что-нибудь плохое? Вдруг что-то с Милой?»
— Мама, — прошептал он, так как говорить по-прежнему было больно. — Что случилось? С Милой все в порядке?
— Богдан! — мама вскочила с кресла и склонилась над ним. — Как ты? Голова болит?
— Горло. Пить очень хочется.
— Сейчас!
Мама вышла из палаты и вернулась через минуту, держа стакан с трубочкой. Она приподняла голову Богдана и сунула трубочку ему в рот:
— Пей понемногу.
Сделав несколько глотков, Богдан снова опустил голову на подушку.
— Что со мной? Почему так горло болит?
— Ты сильно простыл. И еще… тебя отравили каким-то веществом… Богдан, что с тобой произошло? Кто это сделал?
— Мам, а где Женя? И папа?
— Женя рядом с Милой. Она все еще не очнулась. Папа … он беседует с полицией. Они еще не поймали тех, кто тебя отравил и ограбил. Ты их запомнил?
— Да, двоих из них точно. А Мила в этой же больнице? Мы в Москве? Долго я тут?
— Да, в Москве. Женя позвонил нам в тот же день, как ты исчез, поздно вечером. Мы уже пришли домой и прочитали твою записку. Папа как раз был в отделении полиции. Женя сказал, что примерно знает, где тебя искать. И уже отправил на поиски своих ребят. Мы с папой выехали, как только смогли. Когда добрались, тебя уже нашли и отвезли в больницу. Ты два дня был без сознания! Ты так нас напугал, Богдан!
— Два дня? И Мила все еще не очнулась? Ей сделали операцию?
— Да, сделали, и говорят, что состояние стабильное. Но она все еще в коме.
— Я хочу ее увидеть.
— Ты ведь для этого ехал? Чтобы увидеть Милу?
— Да.
— Женя сказал, это она предупредила его о том, что с тобой случилось. Даже указала место, где искать.
— Как? Ты же сказала, что она в коме.
— Не знаю. Вроде как явилась ему в виде призрака. Невероятно! Но, благодаря этим сведениям, тебя вовремя нашли. Если бы не Женя… Ты обязан ему жизнью!
— Я помню… Там был Женя и …вертолет? Меня на вертолете привезли?
— Да. Прямо до самой больницы.
— А я и не запомнил ничего. Жаль.