Так, фу-фу-фу, отставить, я спокоен — обратился я сам к себе, чувствуя накатывающее раздражение на всех и все вокруг. Не люблю, когда на меня смотрят, как на витрине.
Надежда ведь видит мои психоэмоциональные показатели, не стоит давать ей повод делать выводы обо мне как об истеричке. Но вообще, блин… Эта виртуальность настолько реальная, что я реально в полном шоке. Не был так удивлен даже когда про «воскрешение» услышал; тогда ведь просто с чужих слов, а сейчас — наблюдаю нечто невероятное своими глазами.
Ладно, что мне там надо было? Ах да, вооружиться. Отлично. А для чего вооружиться, что меня там ждет за дверью?
Подышав размеренно, успокаиваясь, я вернул внутреннее спокойствие и прошел вперед, заглянул в оружейный шкаф. Внутри — автомат, немного похожий на АК-12. Цвет только не привычный черный, а серо-болотный. В шкафу обнаружилась и разгрузка с пятью дополнительными секторными — изогнутыми, магазинами.
Подергал остальные дверцы — заперто. Ладно, работаем с тем что есть. Взял автомат из открытого шкафа, осмотрел. Такое оружие в руках точно никогда не держал.
Отсоединил магазин, выщелкнул один патрон. Что-то совсем незнакомое, явно нечто среднее между привычным 5,45 и 7,62. Посмотрел на донце гильзы — ну да, «6,5×49». Вставил обратно в магазин, посмотрел наличие патрона в патроннике, пощелкал переводчиком огня. Ход удивительно плавный, лежит под большим пальцем удобно. Режима огня три — автоматический, отсечка по два выстрела, одиночные.
Сделал холостой спуск, воткнул обратно магазин, дослал патрон в патронник, накинул на себя разгрузку с магазинами, отрегулировал ремни. Ладно, пойдем посмотрим, что нам кавайная княгиня Надежда подготовила.
Вместо одной из стен ворота, закрытые тяжелым металлическим роллетом. Никаких кнопок, ручной способ — с потолка свисает цепочка. Потянул, приналег — и с жутким скрежетом створка роллета поползла вверх. Как хорошо и громко, прямо ух! Теперь все вокруг в курсе того, что я собрался совершить ошибку и выйти из комнаты.
Створку ворот поднял едва наполовину — вдруг придется возвращаться, закрыть будет удобнее. Присел, посмотрел. За проемом — просторная и пустая подземная парковка. Освещена довольно слабо, есть темные углы. Машин нет, вокруг лес бетонных опорных столбов с покрашенными в желтое основаниями.
Где выход — не видно, и похоже бродить здесь можно долго. Ладно, что рассиживаться — пригнувшись, вышел из проема. И моментально роллет позади рухнул вниз со скрежетом, перекрывая проход.
— Double Ѣ! — выругался я, не сдержавшись.
Прелестно, просто прелестно — путь назад закрыт. Бежать вперед без оглядки или идти спокойно и аккуратно? Дилемма. Выбрал третье: безоглядно не помчался, но и тормозить не стал. Быстрым шагом, почти бегом, начал передвигаться от столба к столбу, периодически осматриваясь.
Стоянка оказалась не совсем пуста — впереди увидел несколько машин. Все расстрелянные, некоторые сгоревшие. На столбах мимо которых проходил начали появляться выщербленные следы пуль, на гладком бетонном полу черные отметки взрывов. Так, похоже это какая-то соревновательная карта из виртуального мира Арены, про которую я сегодня так много читал.
Ладно, погнали дальше уже. Тем более что впереди уже вижу выход — разбитые двери колодца в центре зала, внутри которого с трудом просматриваются уходящие вверх траволаторы. В этот момент — как было однажды в больнице, мои чувства многократно обострились. «Шерсть на загривке» снова поднялась, и я услышал цоканье когтей по металлу и бетонному полу. Сразу с нескольких сторон.
«Окружили, демоны!» — машинально подумал я.
Сначала замуровали, теперь окружили — с долей иронии мелькнула мысль. Вот только шутка несмешного юмора оказалась совсем недалека от действительности: на меня уже, выскакивая из тени сбоку-сзади со спины, бросилась стая собак. Царапающие когтями бетонный пол твари отдаленно напоминали ротвейлеров, но при этом в их облике были и демонические черты — ни у одного ротвейлера я не видел горящих алым глаз; шкуры тяжелые, это даже не короткая шерсть, а чешуя.
Длинной очередью на весь магазин перечеркнул летящую на меня стаю. Странные твари спотыкались, падали, кувыркались разбрызгивая черную кровь. Но их было много, больше десятка. Меняя магазин оценил результат — четырех или пятерых убил, еще одна бьется в агонии, оставшиеся разбежались по сторонам.
Ощущение опасности заставило меня обернуться — пользуясь атакой одной группы, на меня — со спины, уже мчалась вторая стая. В этот раз в тишине, безо всякого рычания — в отличие от первой, явно просто отвлекшей внимание.
Еще одна длинная, выбивающая куски плоти и черную кровь очередь, вновь смена магазина — но четыре демонические собаки уже было рядом, я просто не успевал. Очень захотелось увидеть перед глазами темный экран с надписью: «Игра окончена. Попробовать снова?», но ничего подобного не было.
Своротил прикладом морду одной собаке, тут же почувствовал, как сразу несколько челюстей вцепляются мне в ноги. Виртуальная реальность оказалась мало отличимой от реальности и в ощущениях — больно как в жизни. Руки потянуло тяжестью — одна псина повисла на предплечье, зубы второй заскрежетали по цевью автомата. Я все же успел вставить новый магазин, и сейчас с криком стрелял в мешанину тел передо мной.
Пуль демонические твари не боялись. Как раз сейчас ощутил горячее дыхание в лицо — лишь в последний момент успел прижать подбородок, защищая шею. Еще одна демоническая собака набросилась сзади, так что не выдержав тяжести я упал на колени.
Клыки очередной псины вцепились мне в плечо, я почувствовал неприятный смрад — и не выдержав заорал, от боли и ярости, а потом вдруг все поглотила яркая вспышка.
Глава 2
Вчерашний день для Надежды Кудашовой начался сразу после полуночи неожиданным звонком. И оказался очень длинным, плавно перетекая из дня вчерашнего в день сегодняшний без перерыва на сон. За минувшие полтора суток у молодой княгини состоялся ряд самых разных бесед, которые по итогу привели ее в Нагасаки. Сюда, в дом Новицких, где княгиня сейчас расположилась в кресле в углу комнаты и вглядывалась в отображаемую перед взором в визоре картинку, где Дмитрий Новицкий сейчас осматривал взятый в руки АК-55.
Рядом, на периферии зрения в дополненной реальности, маячила фамильяр Новицкого — Альбина, выглядящая как секретарь-референт. Надежда, в первый раз увидев фамильяра, удивилась выбору юноши. Она, особенно учитывая его характеристику, скорее ожидала увидеть не столь строгую леди, а кого-либо из звезд развлекательной индустрии, лицензии на использование образов которых в виде фамильяров продавались повсеместно.
Скорее всего, подумала Надежда, косясь краем глаза на Альбину, все это следствие ритуала, после которого, как она уже поняла, Новицкий начал жизнь с чистого лица. Еще и с видоизмененной внешностью: в карточке личного дела на нее неприятным взглядом смотрел надменный темноволосый подросток, сейчас же она увидела абсолютно спокойного и адекватного беловолосого юношу. C очень странным, никак она не могла более точно его охарактеризовать, взглядом. Взрослым? Мудрым? Насмешливым? Не понять было никак, учитывая сильный и ощутимый фон его интереса к ней как к женщине.
В этот момент Надежда почувствовала некоторое волнение. «Понимаете, вы настолько обворожительно выглядите, что я просто не могу справиться с собой», — при воспоминании об этих словах она почувствовала, как зарождается в груди злость.
Да как он посмел так с ней разговаривать?!
Но кроме злости, было что-то еще. Странное, давно не испытываемое чувство. Надежда успела привыкнуть как к должному, что на нее смотрят с обожанием, страхом, ужасом, с восхищением, опаской и почтением. Ей уже двадцать пять лет, последние шесть из которых — после дарование государыней-императрицей княжеского титула, случайно встреченные люди почтительно называют ее «ваша светлость». А сегодня утром, под спокойным взглядом подсвеченных голубым отблеском глаз крайне невоспитанного Новицкого, владеющая княгиня словно оказалась в таком сейчас далеком прошлом, когда окружающие люди смотрели на нее как на равную и называли все больше Наденькой.
Где сейчас все те люди — вздохнула молодая княгиня с тоской по ушедшей юности. Но тут же вернулась мыслями к Новицкому. За краткое время общения он успел ее разозлить, удивить, взбесить и озадачить. Особенно после того, как Надежда обратилась к темной силе для демонстрации возможностей, и в ответ… не увидела ничего. Новицкий не просто не испугался, он в ходе дальнейшей беседы словно забыл об увиденном.