— Я ищу друга. Его зовут Кестер.
Фарфоровое лицо женщины оставалось бесстрастным. Если она и знала Кестера, выражение её лица этого не выдало.
— Ты готова сдать своё оружие? Авалон — мирный остров.
Урсула развела руками.
— У меня нет никакого оружия. Мне пришлось оставить все по ту сторону портала.
— Последовательница Эмеразель несёт в своих венах адский огонь, — ответила она. — Ты не можешь войти в Авалон с магией богини огня.
«О, только не снова».
Женщина выгнула бровь, и Урсула впервые заметила, что её лицо вытатуировано лёгкими серебряными звёздами.
— Ты согласна отказаться от своего пламени? Мы вернём его тебе, когда вы будете уходить.
— Всё в порядке, Урсула, — сказал Баэл. — Ты можешь им доверять.
Урсула глубоко вздохнула. У неё не было особого выбора, не так ли?
— Хорошо.
— Встаньте на колени, пожалуйста. Вы оба.
Баэл опустился на колени, и Урсула подошла к нему, заняв место на влажной земле рядом с ним. Она взглянула на него, заметив напряжение в его челюстях, в плечах. Тёмная магия закружилась вокруг него.
Предводительница сунула руку в карманы своего плаща и вытащила два яблока. Она протянула один Баэлу, а другой Урсуле.
— Не ешьте плоды этого острова. Держите их перед собой.
Урсула присмотрелась к яблоку. Оно было идеальной формы, с кожицей тёмно-красного цвета с зелёными крапинками. Даже в тусклом свете казалось, что оно искрится.
Сидевший рядом с ней Баэл поднял своё яблоко, как подношение, и Урсула последовала его примеру.
Девушки заняли свои места полукругом. Затем предводительница ясным голосом начала петь по-ангельски, её голос чётко и чисто звучал в ночном воздухе.
Она спела куплет, прежде чем другие девушки присоединились к ней. Их голоса переплелись, обвиваясь вокруг Урсулы и Баэла подобно чувственной магии. Пока девушки пели, в ребрах Урсулы начала нарастать лёгкая вибрация. Огонь Эмеразель поднялся из её сердцевины и распространился по рукам. Языки пламени лизали её кожу, пока не погасли внутри яблока.
Женщины запели громче, и огонь всё быстрее разливался по её телу, обжигая вены. Взгляд Урсулы метнулся к Баэлу, и она заметила тёмные тени, змеящиеся по его рукам и вонзающиеся в его яблоко.
Девушки продолжали свою песню, их голоса медленно нарастали до крещендо. Когда они пропели последнюю ноту, Урсула почувствовала, как остатки огня покидают её.
Яблоко задрожало в её пальцах, и теперь оно приобрело тёмно-золотистый оттенок и сделалось горячим на ощупь. Внимательно присмотревшись к нему, Урсула смогла увидеть пламя богини, горящее внутри него. Яблоко Баэла рядом с ней потемнело до черноты сажи, под кожурой двигались тени.
Девушка с волосами цвета мёда подошла к Урсуле, протягивая руки.
— Я возьму твоё яблоко. Когда ты уйдёшь, ты сможешь съесть этот фрукт, чтобы восстановить свою магию.
Другая девушка тихо заговорила с Баэлом, забирая потемневшее яблоко у него из пальцев. Он остался стоять на коленях, его плечи слегка сгорбились. У Урсулы перехватило горло при виде красных пятен, расплывшихся на спине его плаща. Раны от его украденных крыльев начали обильно кровоточить.
— Он ранен, — сказала блондинка.
Предводительница склонила голову набок.
— Королева сможет ему помочь.
Урсула поднялась на ноги.