— Что ж, я ценю твою помощь. Они хорошие демоны. Я так думаю, — всё ещё босая после случая с волдырями, Урсула прошла по деревянному полу и поднялась по плавно изгибающейся лестнице, ведя кончиками пальцев по перилам. Она могла только надеяться, что фейри и крошечная онейройка смогут сдерживать жажду крови Баэла достаточно долго, чтобы та утихла, и что он за это время не убьёт ни одного человека.
Направляясь в свою спальню, Урсула старалась не думать о драконах. Что бы они ни знали о ней, какой бы секрет ни хранили, она не хотела знать. Она не могла объяснить, почему, но она не хотела знать о своём прошлом. Если она не могла вспомнить собственную жизнь, возможно, на то была веская причина. Может, она не хотела вспоминать.
Иногда прошлое всплывало перед ней блёклыми проблесками. Там были прекрасные воспоминания — поля диких цветов, облака, плывущие по голубому небу. Женщина с такими же рыжими волосами, как у Урсулы. Руки старика, переворачивающего страницы книги, когда она сидела у него на коленях.
Но потом начинались вспышки кошмара: пламя, крики. Запах горящей плоти. Над ней возвышался мужчина с золотистой кожей и глазами цвета средиземноморского неба… Урсула растерянно моргнула. Её мысли совсем спутались с тех пор, как она ударилась головой.
Верно?
В конце коридора пол был усеян дубовыми и железными обломками. Тот факт, что Баэл смог проломиться прямо сквозь дверь, подчёркивал его ошеломляющую силу.
Урсула повернулась, открывая дверь в свою комнату. Она вытащила из-под кровати большой рюкзак, борясь с непреодолимым желанием забраться в постель и проспать несколько часов под букетом синих и жёлтых полевых цветов, которые она нарисовала у себя на стене. Повернувшись к комоду, она начала собирать одежду — брюки, рубашки, платье и нижнее бельё, которого хватило бы на неделю. Она стянула с себя опалённую огнём одежду, натянув свежий комплект из синих трусиков и лифчика, кожаных леггинсов и чёрной футболки. Она прикрепила ножны к бёдрам.
Торопливо спускаясь по лестнице, Урсула почувствовала, как магия огня разливается по её венам. Она вынуждена была признать, что приятно получить эту силу обратно.
Когда она добралась до подножия лестницы, Зи ждала её, держа в руках одну из её катан из оружейной.
— Я полагаю, ты захочешь взять это с собой.
Урсула взялась за рукоять, разглядывая лезвие. Это не Хондзё, но сойдёт. Урсула вложила клинок в ножны.
— Спасибо, Зи.
Зи наклонилась, чтобы обнять её.
— Пожалуйста, привези мне еды. И шампанского. В основном шампанского.
— Я постараюсь. Присматривай за Серой и Баэлом. Они немного не ориентируются за пределами Царства Теней.
Урсула направилась к комнате сигила, и Зи последовала за ней. Зи уже приготовила символ, и он полыхал огнём. Зи прислонилась к дверному косяку, скрестив руки на груди и наблюдая за Урсулой.
— Жильё называется «Найтс Террас» на улице Фурнье. У Кестера там должен быть сигил. Подожди! — Зи начала лихорадочно рыться в кармане. — Тебе это тоже понадобится, — она вытащила брелок и бросила его Урсуле. — Это ключ от квартиры Кестера.
Урсула начала произносить заклинание, и губы произносили ангельские слова так, как будто она знала их всю свою жизнь. Она попросила сигил направить её на Найт Террас. Она крепко вцепилась в лямки своего рюкзака, когда пламя Эмеразель вспыхнуло вокруг неё. И на этот раз, когда она искупалась в адском огне, её кожа не горела.
***
Урсула с шипением восстановилась в новой комнате, и от её тела валил дым. Угасающее пламя у её ног отбрасывало танцующие отсветы на комнату с кирпичным потолком. Через окна от пола до потолка, которые окружали комнату, открывался вид на улицу Фурнье. Здесь, в нескольких часовых поясах Нью-Йорка, уже наступила ночь. Тёплый свет лился из окон трёхэтажных домов в георгианском стиле, обрамлённых старинными деревянными ставнями. Внизу по улицам прогуливались люди, одетые в модную одежду, некоторые уже были пьяны. Урсула почувствовала прилив тепла. Наконец-то она вернулась домой.
В этой башне со стеклянными стенами она была бы полностью видна, так что она могла только предположить, что Кестер каким-то образом зачаровал это место. Закинув рюкзак за плечи, она вышла в холл. Она двигалась тихо, не уверенная, с чем столкнётся, и не включала свет. Освещение с улицы проникало в окна, и Урсула на цыпочках пробиралась по коридорам, пока её глаза привыкали. Здесь стены были тёмно-кремового цвета, а на стенах висели портреты с изображением идиллических пейзажей — вишнёвых садов, осеннего озера.
Слева от неё находилась тёмная лестница, справа — гостиная. Урсула заглянула в тёмную комнату, и декор здесь оказался более современным: мебель с тёмно-синей обивкой, блестящие перила из нержавеющей стали и стеклянные столешницы. В этой части дома Кестер отказался от уютной атмосферы своего буксира ради модернистской атмосферы.
Она почувствовала укол раскаяния из-за разрушения того буксира. Кестер любил эту старую лодку, и она никак не могла пережить падение. Вероятно, она пребывала на дне реки Гудзон.
Тихо передвигаясь по дому, Урсула поняла, что здесь что-то не так. Тут не было запаха Кестера — в воздухе витал иссушенный молнией аромат магии теней. И когда она увидела, что нарисовано на стенах, её сердце ёкнуло.
Вдоль стен коридора кто-то изобразил серебряные полумесяцы и трёхзубый символ Никсобаса.
Возможно, это дом Кестера, но теневые демоны сделали это место своим жилищем. Так где же он, чёрт возьми?
Урсула подпрыгнула, услышав приглушённые голоса, доносившиеся этажом ниже. Она медленно подкралась к лестнице, прислушиваясь.
— Ты чувствуешь запах дыма? — это был мужской голос; его акцент звучал старомодно, чертовски вычурно, но не принадлежал Кестеру.
По полу прошли шаги, заскрипели деревянные половицы.
— Вообще-то, да, — сказал второй мужчина. Тоже не Кестер. — Теперь, когда ты упомянул об этом, — его голос приближался, теперь уже раздаваясь у основания лестницы.