День дворянина в столице, как и в деревне, начинался очень рано. Если он служил, то направлялся в присутственное место, на службу, а если нет, то на прогулку. Местом прогулок в Москве был Тверской бульвар. Поскольку в нынешнее время существовала большая мода на обмороки, докторов и лечение минеральными водами, то в Москве дворянин считал своим долгом уже в шесть часов утра побывать у известного врача Лодера. У него были искусственные минеральные воды в обширном саду с галереями. Здесь спозаранку играла музыка и бродили толпы гуляющих “больных”. Они пили воду и часа три прогуливались*.
Были и другие варианты — на выбор.
Можно было отправиться, например, в Ботанический сад, заложенный ещё по указу Петра I как Аптекарский огород, полюбоваться редкими цветами, травами, кустарниками и деревьями. А так же и в другой сад — Зоологический. На его территории вокруг Пресненских прудов располагались вольеры и клетки с животными и птицами, на открытой площадке играл оркестр, работал ресторан.
Мы решили, что попробуем всё. Так тщательно и регулярно “выгуливались” дворяне (по примеру, кстати, императриц и государей, которые у себя там проделывали то же самое в загородных резиденциях) с той целью, чтобы продемонстрировать свои модные наряды, пообщаться и завести светские знакомства. И так до самого обеда.
Обедать полагалось долго и непременно с гостями. Ну или в гостях. Мы решили, что меня для этого пункта программы — достаточно. После непременно полагался отдых, а затем дворянина ждали новые развлечения — балы и танцы. Однако, посовещавшись, пришли к разумному выводу, что первых пунктов и так будет “за глаза”, поэтому ими пока и ограничимся.
Практика показала, что это было более, чем рассудительное решение.
Три часа на водах мы не выдержали, поэтому решили прогуляться до другого места тусовок. И угораздило же нас замутить этот энергичный променад в выходной день. Народу в районе качелей-каруселей столпилась — тьма. Я не знаю, сколько точно там и тут стояло припаркованных карет, но не менее четырёхсот, мне кажется. И почти все с шиком запряжены четвёрками, да шестёрками.
В глазах зарябило. Мало сами качели — круглые, расписные, с флагами. Возле них — деревянные горы, с которых спускались по покатым желобам на маленьких колясках. Вокруг — знать прогуливается в самых, что ни на есть, великолепных нарядах. Добавьте к этому оркестры и, как вишенка на торте — цыганские хоры.
Лично я очень быстро запросилась домой. Впрочем, моя спутница, выразительно округлив глаза, согласилась раньше, чем я договорила фразу. Как хотите… Нетренированные мы оказались тусовщицы. Посмотреть на это разок, как на некое представление — очень увлекательно. Но жить в таком режиме — увольте.
Спрятавшись в тишине и умиротворении особняка Марты, мы наслаждались покоем и неспешной беседой, когда хозяйке доложили, что прибыл посыльный.
Наставница вышла узнать, в чём суть визита, а когда вернулась — с проницательной улыбкой на лице вручила роскошную корзину с фруктами, пирожными и письмом, заявив, что это — мне, а гонец отказывается уходить и ожидает ответа.
Как вы уже догадались, автором и организатором всего этого великолепия оказался Дмитрий.
Вскрыв конверт, пробежала глазами записку, в которой сообщалось, что граф будет несказанно счастлив, если я и Марта с супругом согласимся ответить на его приглашение. Кроме неё в письме лежали три пригласительных билета… В театр?! Большой московский?!
— Алиса! Что са фырашение лица?! Не пугай меня тефочка! — растерялась Марта.
Я похлопала ресницами, пытаясь понять — радоваться мне сейчас, или плакать.
Кажется, если бы не безупречное воспитание — она бы схватила письмо и принялась читать, спеша убедиться, что никто не умер.
— Дорогая моя фрау Келлер, на с вами приглашают в театр.
— Фу-уф, детка, ну нелься ше так пугать бетную Марту! Это фаш Дмитрий?! Я так и потумала! Прекрасно! Это ше прекрасно! — щебетала она.
— Ничего прекрасного. — уныло отозвалась я.
— Не понимаю… — искренне изумилась она.
— Нет, предложение прекрасное. И я очень хочу пойти, но… я совершенно не готова.
— ? — Марта уронила возвышенно приподнятые брови обратно на глаза, развела руки и уставилась на меня в полном недоумении.
— Мне нечего надеть. — уже почти шёпотом призналась я.
Ну в самом деле — одно дело наша диверсантская вылазка по “местам культуры и отдыха”, и совсем другое — театр! Да ещё и с Дмитрием! В том, что я с собой привезла — это совершенно недопустимо! Спасибо, что хоть рандеву назначалось не на завтра.
— Значит зафтрашний тень мы посвятим красоте! Нас ждёт Кузнецкий мост-святилище роскоши и моды! — оптимистично и вдохновенно провозгласила собеседница. — Алисочка! Мы путем слушать Померанцефа и Репину! Это фосхитительно!
—Шоппинг.— обречённо отозвалось в душе, —Ненавижу шоппинг.
— Что ше мне ответить посыльному? — лукаво и уже просто даже несколько торжествующе спросила она.
— Мы будем. — рассмеялась я. — Только кто нам поможет разобраться с нарядами?
— Ха! — беспечно воскликнула Марта, — Как гофорит мутрая русская послофица — фойна план покашет!
В моей наставнице креп азарт и совершенно неожиданная, для такой педантичной особы, авантюрная жилка. И я её сейчас просто обожала.