Теренс провел пальцем по животу Кристы, прослеживая красную линию, оставленную хлыстом. Он думал о Лэйси — представлял ее поверх другого мужчины, позволяющей ему прикасаться к ней везде, к местам, принадлежащим только Теренсу. Его гнев усиливался, рос, как разъяренная змея, угрожая нанести удар. Это подтолкнуло его к краю, ослепило его.
Его руки, казалось, действовали сами по себе, когда он обернул хлыст вокруг шеи Кристы и сжал. Кровь прилила к его ушам, поэтому он не слышал ее стонов и не видел мольбу в ее глазах. Все, что Теренс видел, это Лэйси, трахающуюся с другим мужчиной, Лэйси, предающую их клятвы. Чем яснее становилось лицо Лэйси в его сознании, тем туже он затягивал хлыст вокруг шеи Кристы. Он тянул, пока хлыст не впился в его плоть.
Закрыв глаза, он наслаждался болью, триумфом. Затем отпустил ее и отшатнулся, уставившись на свои трясущиеся руки, как будто они были не его собственными. Но шок длился всего мгновение, прежде чем его сменил необъяснимый прилив сил и всепоглощающее чувство удовлетворения. Такое удовлетворение Теренс испытал в ту ночь, когда умер Смитерс. Он почувствовал, что воспарил туда, где не узнавал себя — туда, где он не был тем слабым человеком, каким его представлял отец. Место, где он был сильнее своего прошлого, своей боли.
Он снова посмотрел на тело Кристы, на ее лицо, застывшее от ужаса. Она была мертва. Образ Лэйси с другим мужчиной потускнел, и Теренс почувствовал себя немного менее неконтролируемым.
Было одно обещание, которое он дал себе: он сделает все, чтобы никто никогда не нашел тело Кристы, потому что он никогда больше не вернется в тюрьму.
К тому времени, как Теренс избавился от тела Кристы Смит, уже давно миновал рассвет. Он пошел домой и долго принимал горячий душ, а затем отправился прямиком к «Классико». Он прождал пару часов, но Лэйси так и не появилась. По дороге к Мариону он чуть не разбил свою машину. Сила, которую он получил, убив Кристу, рассеялась, и дикая жажда мести вернулась. Теренс мог бы зайти в интернет и найти другую изменяющую жену, чтобы убить, но что бы это решило? Он должен был вернуться к своим корням, к человеку, который действительно был виноват.
Мариона не было дома, но у Теренса был запасной ключ. Тридцати минут у Мариона было достаточно, чтобы найти номер телефона их матери.
Глава 41
Теренс не был готов сразу же увидеться со своей матерью. Когда он сказал ей по телефону, кто он такой, она отрицала, что знает его, и повесила трубку. Мужчина решил, что ему не нужно ее разрешение, чтобы увидеться. Он использовал свои исследовательские навыки и в течение нескольких часов выяснил, где она работала и жила. Теперь, на арендованной машине, он въезжал в Милуоки.
На светофоре он прижал листок бумаги к рулю, чтобы проверить адрес ее дома. Когда он добрался туда, дома никого не было. У него не было другого выбора, кроме как поехать в отель «Бэйсайд», где она работала портье. Похоже, певческая карьера, ради которой она отказалась от своей семьи, в конце концов, не возымела успеха.
Было одиннадцать часов вечера, когда она наконец вышла из отеля, роясь в своей сумке в поисках чего-то. Теренс вылез из своей машины и позвал ее по имени. Она развернулась и застыла, широко раскрыв глаза. Через мгновенье женщина обернулась и пошла быстрее, почти спотыкаясь. Когда подъехало такси, она подняла руку. Теренс добрался до нее первым. Он схватил ее за руку и покачал головой водителю такси, который притормозил перед ней.
— Нам нужно поговорить. Я думаю, ты многим мне обязана, — он изучал ее раскрасневшееся лицо. — Ты все еще собираешься отрицать, что я твой сын?
Возраст изменил ее. Морщины на лице были видны даже под всей косметикой. Но ее голубые глаза, хотя и холодные и испуганные, все еще были проницательными. Искусственные ресницы, обрамлявшие их, портили их красоту. Ее шоколадные волосы были заколоты на макушке, локоны спадали по бокам лица. Действительно ли он стоял перед своей матерью после всех этих лет? По естественным побуждением он должен был бы броситься в ее объятия, искать утешения, которое она взяла с собой, когда уходила, но именно этот факт стоял толстой стеной между матерью и сыном. Она оставила его. Даже когда его отправили в тюрьму — а о его аресте писали все газеты Висконсина — она не пришла навестить его. Она полностью вычеркнула его из своей жизни.
— Отпусти меня, — она отдернула руку и потерла ее. — Зачем ты здесь?
— Мне нужны ответы, — потянувшись Теренс схватил ее руку и сжал так крепко, что она поморщилась. — Давай поговорим в моей машине. Я отвезу тебя домой.
— Хорошо.
Женщина попыталась вырвать свою руку из его хватки, но он держал крепко. Теренс проводил ее до своей машины, помог ей забраться внутрь и запер все двери и окна.
Мускул на челюсти Теренса дернулся, когда он повернул ключ в замке зажигания.
Его мать повернулась к окну и прошептала свой домашний адрес. Только Теренс не признал его, на уме у него был совершенно другой пункт назначения.
— Первый вопрос. Отец сказал мне, что я не его ребенок. Это правда или ложь?
Мать посмотрела на него, но взгляд Теренса был прикован к дороге.
— Он солгал тебе.
— Ты знаешь, что он мертв?
— Знаю, — она снова отвела взгляд.
— Зачем ему лгать о том, что я не его сын?
— Я не знаю. Прошло много времени, Теренс… целая жизнь.
Краем глаза Теренс увидел, как она заламывает руки на коленях.
— Хорошо. У меня был роман на стороне. Теперь ты счастлив? — она резко вдохнула. — Ты был зачат примерно в это время. Он не хотел признавать, что ребенок… что ты от него. Но я сделала ДНК тест, который доказал, что он был твоим отцом. Ты получил свой ответ.
— Так вот почему он был груб с тобой? Все эти годы я думал, что это он виноват в вашем разводе.
— Сейчас это не имеет значения. Это уже история. Я не понимаю, почему ты чувствуешь необходимость копаться в прошлом. Будет лучше, если ты забудешь меня, забудешь все обо мне.