— Ну, что с Колодцами? — спросил он.
— Все в порядке, сэр, — ответил один из Работников. — Путь чист, интенсивность Поля везде нормальная.
— Вы все проверили?
— Да, сэр. Весь интервал, обслуживаемый отделом.
— Вы свободны. — Его слова прозвучали как категорический приказ немедленно удалиться.
Работники, вежливо поклонившись, заторопились прочь.
Твиссел и Харлан остались в Колодце вдвоем.
— Подожди меня здесь, — попросил Твиссел, — я скоро вернусь.
Харлан отрицательно покачал головой:
— Я поеду с вами.
— Ну, как ты не понимаешь! Что бы ни случилось со мной, ты знаешь, как найти Купера. Если же что-нибудь произойдет с тобой, то что смогут сделать без тебя я, или любой другой Вечный, или даже все Вечные, вместе взятые?
Харлан снова упрямо покачал головой.
Твиссел поднес сигарету к губам и глубоко затянулся.
— Сеннор почуял неладное. За два последних биодня он несколько раз вызывал меня по видеофону. Он допытывается, почему я вдруг уединился. Если он узнает, что по моему приказу проведена полная проверка всего оборудования Колодцев… Мне надо ехать, Харлан. Сейчас же. Не задерживай меня.
— Я вас не задерживаю. Я готов.
— Ты настаиваешь на своем?
— Если барьера нет, то нет и опасности. Если же он существует… ну что ж, я уже был там и вернулся. Что вас пугает, Вычислитель?
— Я не хочу рисковать без особой нужды.
— Тогда прибегните к своему любимому рассуждению. Твердо решите, что я еду вместе с вами. Если после этого Вечность не исчезнет — следовательно, круг еще можно замкнуть, а значит, с нами ничего не случится. Если этот шаг ложен, то Вечность погибнет, но она с одинаковым успехом погибнет и в том случае, если я не поеду, потому что — клянусь! — без Нойс я и пальцем не пошевелю, чтобы вызволить Купера.
— Я сам привезу ее к тебе.
— Если это так легко и просто, почему бы и мне не поехать вместе с вами?
Было видно, что Твиссела раздирают сомнения. Наконец он хрипло сказал:
— Ладно, поехали!
И Вечность уцелела.
Но испуганное выражение в глазах Твиссела не исчезло и после того, как они вошли в капсулу. Он не сводил взгляда с мелькающих на Счетчике Столетий цифр. Даже более грубый Счетчик Килостолетий, установленный специально для этой поездки, и тот щелкал с минутными интервалами.
— Тебе не следовало бы ехать!
— Почему? — пожал плечами Харлан.
— Я не могу объяснить. Меня одолевают предчувствия. Назови это, если угодно, суеверием. Я себе места не нахожу.
— Не понимаю вас.
Твиссел напрашивался на разговор; казалось, он стремится заговорить беса сомнения.