Низкий рокот в его груди вибрировал по всему моему телу, когда он наклонил свою голову к моей.
Новая вибрация прервала нас.
«Черт», — прошипел он, вытаскивая телефон из кармана. «Что?» Он прислушался, затем разразился чередой красочных ругательств. «Не пропускайте его мимо стойки. Я выйду через секунду».
«Что не так?» Я спросила.
«Видишь? Вот в этом-то и заключается твоя проблема», — сказал он, тыча пальцем мне в лицо, и рывком распахнул дверь.
«Что?»
«Ты вдруг слишком забеспокоилась обо мне, чтобы следить за собственной задницей, пока обслуживаешь стол преступников».
«Тебе кто-нибудь когда-нибудь говорил, что ты до смешного драматичен?» — спросила я, когда он вытащил меня наружу. Он набирал текст свободной рукой.
«Нет никого, у кого не было бы желания умереть. Пойдем, Дэйз. На этот раз я позволю тебе сделать мою проблему твоей».
20
Выигрышная сторона
Нокс
Моя проблема — помимо длины юбки Наоми — заключалась в том, что я прислонился к стойке бара в полной униформе, ведя светскую беседу с горсткой завсегдатаев.
Я потащил Наоми за собой в нишу между кухонными дверями. «Мой брат и близко не подходит к этой комнате. Поняла?».
Ее глаза расширились. «Зачем ты мне это рассказываешь?».
«Потому что ты собираешься отвлечь его и вытащить отсюда к чертовой матери».
Она уперлась каблуками в пол и скрестила руки на груди. «Я не помню раздела в моем заявлении о приеме на работу, который требовал бы, чтобы я лгала правоохранительным органам».
«Я не прошу тебя лгать. Я говорю тебе, сделай эти глаза хорошей девочки и вон ту ложбинку между грудей и флиртуй с ним до тех пор, пока он совсем не забудет о том, что проиграл в эту игру».
«Это звучит ничуть не лучше, чем ложь. Это звучит как проституция, и я почти уверена, что любой судья суда по семейным делам не одобрил бы это во время слушания дела об опеке!».
Я выдохнул через ноздри, затем достал свой бумажник. «Отлично. Я дам тебе сто баксов».
«Договорились».
Я все еще моргал, когда она выхватила купюру у меня из рук и направилась в сторону моего брата. Это был мудацкий ход с моей стороны, использовать ее потребность в деньгах и поставить ее в сомнительное положение. Но я знал своего брата, и Нэш не сделал бы ничего, что могло бы подорвать шансы Наоми стать опекуном Уэйли. Черт возьми, любой идиот с одним здоровым глазом мог бы сказать, что эта женщина была на несколько классов старше своей сестры.
«Черт», — пробормотал я, ни к кому не обращаясь.
«Интересно».
Я нашел Фи прислонившимся к стене, самодовольно наслаждающимся одним из леденцов, которые служили заменителем сигарет.
«Что?»
Ее брови шевельнулись. «Ты никогда не волновался, когда Макс или я обслуживали ту вечеринку».
«Вы с Максом знаете, как за себя постоять», — возразил я.
«Похоже, Наоми там прекрасно справляласьтам. Может быть, проблема не в ней?».
«Ты хочешь стать моей новой проблемой, Фиаско?» Я зарычал.